4
12 ноября 2020 г., 21:55
Ибо бы солгал, сказав, что не представлял бессчётное количество раз их с Сяо Чжанем воссоединение.
Самым частым сценарием в его фантазиях был тот, где он возвращался в родной город, став звездой в Корее, знакомыми дорогами походил к дому Сяо Чжаня, и тот встречал его своей прекрасной улыбкой. Он бы превзошёл самого себя, ухаживая за гэгэ, позвал бы на свидание и напомнил бы об обещании, что тот дал ему, когда Ибо было одиннадцать.
Но это было лишь мечтой, что отдалялась от него всё больше и больше, когда возникли трудности, и ему пришлось прекратить деятельность в Корее и вернуться в Китай через несколько лет после дебюта. Но Ибо был не из тех людей, что так просто сдаются. Он продолжал повторять себе, что должен работать усерднее, ставить цели всё выше и выше, становиться кем-то большим, ведь слишком много людей рассчитывало на него. Он упорно продолжал идти вперёд ради своей семьи, которая позволила ему воспользоваться шансом исполнить свою мечту, ради бесчисленных фанатов, которые оставались с ним и в хорошие, и в плохие дни, и ради того самого одного человека, который первым поверил в него, когда мечта Ибо была всего лишь полётом его фантазии. Воспоминаний об ободряющих словах Сяо Чжаня было достаточно, чтобы заставить себя воспрянуть духом и с новыми силами устремиться вперёд, когда всё тянуло его назад.
Пару раз он даже представлял, что Сяо Чжань становится айдолом как и он, и они вместе, стоя на одной сцене, воплощают в жизнь эту мечту. Ибо знал, что этому суждено было остаться лишь фантазиями, ведь Сяо Чжань собирался стать графическим дизайнером или фотографом, насколько он помнил с их последней встречи. Но это не останавливало его, когда он пел с членами своей группы, от мечтаний, что однажды он сможет спеть и со своим гэгэ, и фальцет того зазвучит в гармонии с низким тембром его голоса. И хоть этому было и не суждено исполниться, Ибо сохранил эту мечту глубоко в своём сердце, воскрешая в памяти лишь тогда, когда сцена становилась невыносимо одинокой, а ночь слишком тёмной.
А потом, восемь лет спустя, они встретились снова где-то вдали от города, чтобы сыграть вместе главные роли в одной дораме.
Ибо никогда даже и не смел мечтать о настолько прекрасном воссоединении.
Он был полон энтузиазма по поводу этого проекта с тех самых пор, как узнал, что его партнёром будет Сяо Чжань. А ещё Ибо нервничал. Вопрос, который он задавал себе множество раз за последние годы, всплыл в его голове. Помнит ли меня Чжань-гэ?
Увидев того, сидящего в одиночестве, читающего что-то щурясь и поджимая губы, словно сошедшего из его воспоминаний и оказавшегося прямо перед ним, Ибо осознал, что не знает, как себя вести. После стольких лет, что он вообще мог сказать?
И он решил, что другого способа, кроме как подобраться к тому со спины и напугать до чёртиков, не было.
Потому что Сяо Чжань не знал его как айдола Ибо, или как крутого парня Ибо. Он знал его ещё тогда, когда не знал никто другой. Знал озорного и непоседливого мальчишку, что тенью следовал за ним и не видел другого способа проявлять свою привязанность, кроме как без конца изводить свою няню.
Он понял, что принял правильное решение, когда услышал громкое и отчётливое «Ван Ибо!» среди своего хихиканья. А потом увидел искру узнавания в глазах напротив и улыбку, что расцвела на лице Сяо Чжаня, когда тот осознал, кто именно его напугал. Ибо никогда в жизни не забудет этого момента.
Ни одна его мечта о воссоединении даже сравниться не могла с Сяо Чжанем, бросившимся в его объятия, этим запахом дома, наполнившим каждую его клеточку, ощущения их тел, вжатых друг в друга в объятии настолько крепком, словно Ибо никогда и не становился лишь воспоминанием для Сяо Чжаня, словно тот никогда, ни на миг не забывал его.
Его сердце наполнилось таким восторгом и облегчением, что он не мог не рассмеяться в полный голос. Когда он вообще смеялся так в последний раз? Недели две назад? Месяц? Он не помнил, но одно знал точно — он хочет держать Сяо Чжаня в своих объятиях вечно.
Казалось, словно этих восьми лет разлуки и не было. Он был так счастлив, что Сяо Чжань снова отвечал на его остроты своими собственными, мирился с его шутками и поддразниваниями, уделял Ибо всё своё внимание.
Во время ланча они так увлеклись разговорами, что, подняв голову и осмотревшись вокруг, Ибо с удивлением обнаружил, что в столовой осталось буквально несколько человек.
— Ох, чёрт! Чтение сценария, — Сяо Чжань подскочил с места и чуть не споткнулся в спешке. Ибо бы прокомментировал, если бы тот не выглядел таким напряжённым.
— Пойдём, — Ибо взял его сценарий и двинулся в сторону зала А.
Они шли в тишине, и Ибо бросал на Сяо Чжаня взгляды, замечая, что тот не совсем в порядке.
Наконец, Сяо Чжань произнёс:
— Ибо… — а потом замолчал, так и не продолжив. Ибо схватил его за локоть, останавливая, и внимательно вгляделся в его лицо.
— Что такое, Чжань-гэ?
— Я… ничего. Пойдём, — Сяо Чжань улыбнулся, но улыбка выглядела вымученной.
Ибо нахмурился.
— Я же говорил, что помогу тебе справиться, гэ. Это всё из-за чтения сценария?
Старший поджал губы, а потом сдался и кивнул.
— Я боюсь не оправдать ожиданий, понимаешь? Я ведь не актёр и знаю, что могу много лажать, но я не хочу подвести продюсера Ян, ведь она мне так помогла, даже организовала для меня занятия по актёрскому мастерству. Я сотни раз уже прочитал сценарий за последние месяцы, изучая эмоции Вэй Усяня в каждой сцене, но всё равно не могу перестать думать, что стану огромной обузой на съёмках.
Ибо понимающе кивнул.
— На твоих плечах действительно большая ответственность. Дорама не сможет обрести успех, если актёр главной роли плох.
— Вот спасибо, диди, — отозвался Сяо Чжань с каменным лицом. — Просто то, что я хотел услышать.
— Но, — губы Ибо медленно изогнулись в улыбке. — Ты — это ты, Чжань-гэ. И я тебя знаю. Когда бы тебя ни попросили сделать что-нибудь, ты никогда не отлыниваешь, и делаешь всё возможное. Ты трудолюбивый, и я уверен, что все будут в восторге от твоего Усяня, гэгэ. К тому же, с трудной задачкой моего воспитания ты справился на отлично, разве нет?
Смущённая улыбка, появившаяся на губах Сяо Чжаня от такой похвалы, мгновенно сменилась фырканьем.
— Это совершенно не одно и то же, Ибо. Но спасибо, — Сяо Чжань улыбнулся, и Ибо был рад видеть, что тот смог хоть немного расслабиться. — А я уверен, что у тебя получится отличный Лань Ванцзи, — продолжил тот с широкой улыбкой, хлопая Ибо по спине.
Хотел бы Ибо быть настолько же уверен, но у него были свои переживания по поводу этого очень популярного персонажа.
— Давай надеяться, что фанаты будут думать так же. Я уже видел, что многие из них уверены, что я не подхожу.
Сяо Чжань моргнул от удивления и даже раздражённо прищёлкнул языком.
— Это полная чушь. Ты ведь Ван Ибо — один из самых красивых и талантливых айдолов в индустрии. Как только ты представишь им свою версию Лань Ванцзи, они замолчат.
Ибо не смог бы скрыть улыбку, даже если бы попытался (а он и не пытался).
— Вау, — воскликнул он. — Кажется, мне нужно, чтобы Чжань-гэ хвалил меня каждый день, и тогда я перестану в себе сомневаться.
Он получил за это шлепок по плечу, но оно того стоило, если он смог заставить Сяо Чжаня засмеяться.
— У тебя совсем стыда нет, Ван Ибо? Не могу поверить.
— Если гэгэ слишком смущается начать, я научу его как нужно. Я буду хвалить Чжань-гэ каждый день на съёмках, и это будет плёвым делом, потому что Сяо-лаоши действительно очень хорош.
Сяо Чжань выглядел так, словно мечтал спрятать лицо в сценарии и сбежать куда подальше. Но вместо этого он просто ускорил шаг.
— Если ты вырос таким, значит не так уж хорошо я и справился, воспитывая тебя.
Ван Ибо ухмыльнулся, догоняя его.
Он и правда не был полностью уверен, что сможет хорошо сыграть Лань Ванцзи. Он видел его образ из дунхуа, и там Лань Ванцзи был изображён хорошо сложенным мужчиной, обладателем стальных мускулов. Хотел бы Ибо быть таким же.
Нет, своё тело он любил, конечно. Даже если он и был худощав, у него всё равно был неплохой пресс и подтянутые мышцы, что помогало его сердцу с учётом всех его в основном физических увлечений. Но многие фанаты всё равно критиковали его внешность, ведь Лань Ванцзи был самым красивым человеком в новелле. Ибо мог только надеяться, что его игры будет достаточно, чтобы удовлетворить их.
А потом он перевёл взгляд на Сяо Чжаня и вспомнил, какой тонкой ощущалась талия того под его руками, когда они обнялись. Их комплекции были похожи на первый взгляд, но Ибо нахмурился. Гэгэ плохо питался с этой своей свободной занятостью? Только не говорите мне, что тот всё ещё уходит в себя с головой, когда занимается дизайном?
В прошлом Сяо Чжань всегда слишком погружался в рисование, пока Ибо спал или был чем-то занят. Тот не слышал ничего, пока ему не крикнешь прямо на ухо, а потом вздрагивал и замирал, словно олень в свете фар, не понимая, сколько времени прошло на самом деле, и того, что он совершенно забыл поесть.
Однажды Ибо, проснувшись, нашёл подростка спящим на диване. Тот поджимал колени к груди, удерживая на них бессменный скетчбук.
Ибо не собирался совать нос в чужие дела (собирался), и просто хотел переложить скетчбук на журнальный столик, но увидел рисунок. Это был реалистичный набросок льва, стоящего на фоне своего царства, и Ибо был так впечатлён, что перевернул страницу, а потом ещё одну и ещё — пока не посмотрел каждую из прекрасных работ Сяо Чжаня.
И тогда Ибо, ещё десятилетний ребёнок, восхищающийся своей няней, тоже решил попробовать рисовать. Это привело к тому, что Сяо Чжань проснулся с лицом, изрисованным чёрным маркером. Особую гордость у Ибо вызывало сердечко, пририсованное над родинкой под губой Сяо Чжаня.
К сожалению, шедевра Сяо Чжань не оценил и отобрал его приставку, пока Ибо не извинился перед ним. Но Ибо был достаточно предусмотрительным, чтобы использовать маркер, который было легко смыть водой, потому что не хотел навсегда испортить лицо Сяо Чжаня.
Заметив его взгляд, Сяо Чжань коснулся пальцами своей щеки.
— Что? У меня что-то на лице?
Ибо внутренне хихикнул. Не в этот раз.
— Да нет, просто наслаждаюсь видом, — ухмыльнулся он вместо этого.
Сяо Чжань скривился и показал ему язык, заставляя Ибо рассмеяться от восторга.
— О, Сяо Чжань, Ван Ибо!
Они обернулись и увидели махающую им Сюань Лу, второй рукой приобнимающую Ван Чжочэна. Тот застенчиво помахал им тоже.
Сяо Чжань подошёл к ним первым, спрашивая:
— Эй, а мы разве не спешим на чтение сценария?
— Пока нет, — с улыбкой ответила Сюань Лу, и Ван Ибо подумал, что та уже похожа на добрую старшую сестру. — Продюсеру Ян нужно срочно обсудить что-то с командой дизайнеров по костюмам, и она сказала, что скоро вернётся.
Сяо Чжань кивнул, и Ибо не сдержал улыбки, заметив то облегчение, что мелькнуло на лице его гэгэ.
— Так вот, Сяо Чжань, не уверена, помнишь ли ты моё имя, но я Сюань Лу.
Сяо Чжань тут же взволнованно замахал головой.
— Нет-нет, я вас знаю. Вы довольно известны, Сюань-лаоши.
Она хихикнула.
— Ты очень милый, но не стоит таких формальностей. Мы ведь одного возраста, да? — и, когда Сяо Чжань кивнул, она повернулась к парню рядом с собой. — Чжочэн, не стесняйся так.
Ван Чжочэн почесал в затылке, и слегка кивнул обоим.
— Меня зовут Чжочэн, приятно познакомиться. Я буду играть Цзян Чэна.
— Значит мы будем братьями в одном ордене, — Сяо Чжань улыбнулся, сощурив глаза, и Ибо заметил тот самый момент, когда Чжочэна ослепило.
— Ээ, да, — произнёс Чжочэн ошеломлённо, а потом выпалил: — Сяо-лаоши очень красивый.
В ту же секунду Чжочэн, видимо, осознал, что сказал это вслух, и, отступив, замахал руками, пытаясь объясниться. Сюань Лу засмеялась, а Сяо Чжань, польщённо улыбнувшись, искренне возвратил комплимент и сказал, что Чжочэн тоже красивый, заставив того смутиться ещё больше.
Ибо оставался сторонним наблюдателем, но внутри его буквально разрывало между гордостью, что его гэгэ настолько привлекателен, что другие обращают на это внимание, и раздражением, что даже дня ещё не прошло, а кто-то уже засматривался на его гэ.
— Пожалуйста, заходите. Продюсер Ян вернулась, — обратилась к ним сотрудница, и они поспешили занять свои места. Теперь, когда они снова собрались вместе, Ибо поглядывал на тех продюсеров, на чьих лицах замечал скепсис, когда речь заходила о Сяо Чжане. Хоть их переживания и были объяснимы, вера Ибо в своего гэгэ была абсолютной.
Режиссёр дал команду начинать, и Сяо Чжань полностью ушёл в своего персонажа, доказав, как хорошо он поработал над образом Вэй Усяня, чтобы каждая эмоция в каждой сцене казалась естественной. Было пару моментов слегка утрированных или вымученных, но грамотная режиссура всё поправит.
Когда Ибо не был задействован в сцене, он наблюдал за эмоциями, сменяющимися на лице Сяо Чжаня — радостью, озадаченностью, обидой, озорством — и не мог не понимать, почему Лань Ванцзи влюбился с первого взгляда в мужчину, настолько прекрасного и эмоционального, как он.
Режиссёр хотел взглянуть на сцены, которые он считал важными для рассмотрения, и Ибо не удивился, что большая часть его важнейших сцен была совместными сценами с Сяо Чжанем. Ибо еле заметно улыбался, когда Сяо Чжань называл его своей родственной душой, не глядя ему в глаза при этом, и видел, как покраснели у того кончики ушей. От этого хотелось не то рассмеяться над своим гэгэ, не то стукнуть его, не то поцеловать.
Его мозг завис на последнем варианте. Нет, Ван Ибо, не спеши. Вы только что встретились. Время определённо не подходящее.
— Ладно, остановимся сегодня на этом. Давайте продолжим в среду, раз уж у некоторых завтра практика боя на мечах. Все отлично поработали! — произнёс режиссёр и получил в ответ хор «спасибо, режиссёр» и «до свидания, режиссёр».
Взглянув на часы, Ибо хотел спросить у гэгэ, не хочет ли тот поужинать с ним, но У Ли, временный менеджер Сяо Чжаня, его опередила.
— Сяо-лаоши, команда дизайнеров просила подойти для примерки костюма. Продюсер Ян тоже хочет посмотреть.
Сяо Чжань в историческом костюме? Ибо мгновенно поднялся и спросил:
— А могу и я пойти?
У Ли моргнула от удивления.
— Д-да. Вообще-то, вас тоже ждут.
— Меня?
________________________________________
Когда Ван Ибо понял, для чего именно его попросили прийти, он едва не запустил ботинком, который держал в руке, в голову Сяо Чжаня. К сожалению, тот был надёжно спрятан за перегородкой, где его одевали в костюм, что и спасло Сяо Чжаня от его гнева. — Итак, как много стелек в этом ботинке? — голос Ибо сочился иронией. — Мы добавили всего пару сантиметров, Ван-лаоши, чтобы вы всё ещё могли без затруднений передвигаться. Продюсер Ян уточнила, что Лань Ванцзи должен быть выше, чем Вэй Усянь любыми способами, — женщина кивнула, словно соглашаясь с этим требованием. — Слышал, Чжань-гэ? Тебе действительно следовало укоротить свои ноги ради этой дорамы, — крикнул Ибо в сторону перегородки, откуда тут же донёсся смех Сяо Чжаня. — Ну прости, Бо-ди, что я пил своё молоко в детстве, а ты отказывался, — фыркнул тот. Ибо прищурился. — Тебе сегодня лучше спать с открытыми глазами, Сяо-лаоши. — Лао Ван, ты не можешь быть ко мне добрее? — Эй, вы двое, — в комнату, смеясь, вошла продюсер Ян, — сохраните эту химию для съёмок, пожалуйста. А потом она показала Ибо большие пальцы. — Надеюсь, вы не против нескольких дополнительных сантиметров, Ван-лаоши. Хотя эй, так вы несколько месяцев будете выглядеть немного выше Сяо-лаоши. Ибо хмыкнул с кривой ухмылкой. — Так и быть, позволю тебе пожить в иллюзиях, Лао Ван, — засмеялся Сяо Чжань, выходя из-за перегородки. Ибо успел только открыть рот, чтобы парировать, но все слова буквально застряли в горле. Он мог лишь мельком слушать, как дизайнер рассказывала продюсеру Ян, что костюм подошёл идеально, и они решили примерить ещё и парик, чтобы лучше оценить весь образ, и Ибо был благодарен за эту добавленную деталь, потому что в парике Сяо Чжань казался неземным. — Как я выгляжу? — вообще, Сяо Чжань спрашивал у всех, но, обведя взглядом комнату, он с неуверенной улыбкой остановил его на Ибо. «Идеально», — подумал Ибо, разглядывая то его красивое лицо в обрамлении двух прядей волос, то крепко затянутый на тонкой талии ремень. Ван Ибо ещё никогда не был так благодарен за то, что получил роль в этой исторической дораме, где Сяо Чжань будет носить этот парик и бесчисленное множество подобных костюмов следующие четыре месяца. — Так красиво! — сказал он вслух вместо этого, подняв большие пальцы. — Сяо-лаоши просто создан для исторических дорам! Тебе так идут длинные волосы. Сяо Чжань очаровательно улыбнулся и показал ему большой палец в ответ. — Красиво, действительно красиво, — похлопала Ян Ся, и улыбка на её лице слегка померкла. — Хотя очень жаль, что мы не сможем использовать причёску с высоким хвостом. Дизайнер по костюмам тоже с сожалением кивнула. — Да, Сяо-лаоши и без того так высок, что дополнительный рост совершенно не нужен, — подразнила она его, заставив опустить голову и смущённо улыбнуться. — Но у нас тут есть украшение для Ибо, которое нам поможет, — она взяла в руки корону для волос, и Ян Ся воскликнула: — Оно прекрасно! Попробуйте его на Ибо вместе с париком и пришлите мне потом фото. — Хорошо, продюсер Ян. Ибо посмотрел на украшение для волос и почувствовал, как дёргается его глаз. — В этой обуви и с таким украшением Лао Ван станет самым прекрасным Лань Ванцзи в мире! — провозгласил Сяо Чжань, приобняв его за плечи. Ладно, если ему придётся носить эти дурацкие вещи, чтобы Сяо Чжань обнимал его так, Ибо мог пойти на такие жертвы.
