С сигаретным дымом мы вдыхаем смерть

      Утром стало полегче, поэтому Антон, закинув в себя пару кусочков омлета, пошел в школу.       Парню казалось, что у него скоро начнет дергаться глаз от нервов, ведь в расписании сегодня снова был английский. Не сказать, что у светловолосого были проблемы с ним. По английскому языку у него всегда стояла твердая пятерка, но в этом году стало просто невыносимо. Их классу поменяли учительницу, потому что прежняя уволилась. Антон скучал по ней, особенно когда на её место пришла ведьма какая-то, а не женщина, да ещё и ходила она постоянно в темном. Ну точно нечисть! — Антон, сделал домашнее задание? — Да, — он старался говорить мягко. Учителям же нельзя грубить. Но даже если голос был мягким и спокойным, то в глазах читалась легкая ненависть. — Тогда к доске. — Удачи, — шепнул Дима. — Ага, конечно, — усмехнулся парень в ответ. Он практически уже не обижался на Диму. Просто потому что невозможно было обижаться на этого Всезнайку. Кстати, именно так он и был записан в телефоне Антона.

***

      После школы Антон и Дима пошли на заброшенную стройку. Там они иногда собирались, чтобы посмотреть на город или просто отдохнуть ото всех. Конечно, небезопасно школьникам ходить по всяким заброшкам, но находиться на высоте и смотреть, как кипит жизнь внизу, было невероятно увлекательно. В такие моменты кажется, что для тебя самого жизнь на какое-то время остановилась. — Ты знаешь, а я ведь всей душой мечтаю свалить из этого города. — Раз и навсегда? — спрашивает Антон. — Нет, конечно же я буду приезжать сюда, ведь тут мои родители, но только из-за них и не больше. А ты что планируешь после школы?       Антон не тот человек, который будет выворачивать свои душу наизнанку перед каждым, но именно Диме он доверял, и поэтому тот знал про Шастуна многое. — Не поверишь, то же самое! Но в отличие от тебя я не планирую сюда возвращаться. — Даже к родителям? — Даже к ним. — Вы поругались? — Нет, все нормально. — Что-то не видно, что всё нормально, — Дима посмотрел на Антона пронзительным взглядом, как бы говоря, что знает о нём больше, чем он сам. — Ничего особенного. Как всегда пилят по поводу учебы. — Ясно. А ты сам что думаешь? Кем хочешь быть? — Да ху… — начал было Антон, но вовремя исправился, — не знаю. А ты? — Стоматологом. — Не лучшая профессия. — Вполне нормальная. Мне нравится. А ты чего такой хмурый? — Антон вместо ответа махнул рукой. — Ты из-за четверки, что ли, расстроился? — Дим, ну скажи, ты бы не расстроился, если бы тебе поставили четыре за предмет, по которому всегда стояла твердая пятерка? — Может быть. — Я вообще не понимаю, как так выходит, что именно у неё на уроке я и слово вымолвить не могу. Со мной это впервые! Такого никогда раньше не было. Но знаешь, как говорят? — Как? — Все зависит от учителя. Если ребенок не понимает, то в этом виноват учитель. — Ты сторис девочек-подростков пересмотрел? — Дим, я прошу тебя, не начинай. — Всё, я молчу. У Антона зазвонил телефон. — Да, хорошо, иду. — Мама? — Ну а как без неё? — Понимаю.

***

      Антон остался дома один, а это значит, что в ближайший час никто не будет выносить мозг. Если честно, дни, когда светловолосый мог завалиться на постель и просто помечтать, были очень редкими.       Телефон завибрировал.       Нет, похоже, тишина — это не моё. Мне ни минуты не дают побыть одному! Дима 14:59 Есть 3 вида отличников: 1) Зубрят всё подряд, делают вид, что они такие дохуя умные, хотя на деле тупые. 2) Отличники, на которых давят родители. Глубоко несчастные, но часто приятные в общении. 3) Вообще хуй знает, как они стали отличниками, учеба им просто легко даётся.       Не, он точно цитат каких-то начитался! А говорил, что я. Вот что за человек?

Антон 15:01 И чё?

Дима 15:02 Не чё, а что — это во-первых, а во-вторых, я имел ввиду, что ты второй типаж.

Антон 15:03 Во-первых, ты точно начитался цитат не пойми кого, а во-вторых, да, ты прав.

Дима 15:05 Я всегда прав))       Вот что значит лучший друг, когда ты читаешь сообщение и знаешь, с какой интонацией он это произнес.

Антон 15:06 Заткнись!

Дима 15:07 Я и так молчу, идиотина!       И оскорбления не кажутся обидными, а лишь забавными.

***

      Надо выходить из зоны комфорта — гласит большинство книг. Похоже, что пришла очередь Шастуна переступить через себя, но чтобы переступить через себя — должна быть причина. И у Антона, как ни странно, эта причина — сигареты. Курить по-прежнему хочется, а брать сигареты у отца опасно. А Арсений — новый сосед, который ещё и работает продавцом в магазине, следовательно, остается только один вариант. Нужно как-то уговорить Арса продать сигареты несовершеннолетнему подростку, а лучше не уговорить, а сделать так, чтобы это стало обычной вещью. Поэтому Антон, как обычно, выходит из квартиры и садится на лестницу. Шастун думает, что со стороны это выглядит странно и комично, потому что сейчас он мало чем отличается от собаки. Она так же сидит и ждет своего хозяина. Хозяина? Нет, это громко сказано. Он просто человек, который поможет такому же человеку.       На этот раз Арсений не спускается, а поднимается по лестнице и останавливается рядом с парнем. Пару секунд они просто смотрят друг другу в глаза. Изумрудные в небесные и наоборот. Но Арсений отмирает первым. — Ну что? — Что? — удивленно спрашивает Антон. — Дождался меня, Хатико? — Не смешно! — Антон отвернулся и сделал вид, что вообще не желает ни с кем разговаривать. — Ладно, чего ты? Не дуйся! Я просто пошутил! — Хреново пошутил.       Антон, не будь таким резким! Помягче надо с этим человеком, а то останешься без сигарет! — кричит сознание.       Если честно, то Шастун и представить себе не мог, что будет бегать за человеком ради каких-то сигарет!       Фу, это так низко. Но ничего не поделаешь. Мы умираем понемногу каждый день. Блять, начитался книжек, теперь мыслишь так, будто роман пишешь. Всё-таки разговоры с самим собой до добра не доведут. Прекращай! — Эй, отомри, — Арсений щелкает пальцами перед глазами Антона, чтобы привлечь к себе внимание, — ты чего завис? — Ничего. — Ну раз ничего, то я пошёл, — Арсений поднялся по лестнице и, открыв дверь ключом, зашел в квартиру. — Сука, — выдыхает Антон.       Посидев ещё пару минут в подъезде, Антон психанул и побежал домой, взял сигарету и вернулся обратно.       Когда-нибудь я точно нарвусь, — усмехнулся в своих мыслях Антон. — Тогда точно будет не до смеха.       Сигаретный дым очень красиво смотрится в свете луны, он как будто её часть, такой же красивый, неповторимый и загадочный. Но у него есть один минус — он быстро исчезает, не давая насладиться собой. Прямо как люди. Ведь вся наша жизнь — вспышка на планете.       Антон и сам не заметил, как скурил половину сигареты, знатно тут надымив. Он ни в коем случае не должен так легкомысленно относиться к своему нехитрому делу. Да-а-а, плохой из Антона конспиратор, но что поделаешь? Ни-че-го. — Ты совсем совесть потерял? — Антон в который раз вздрагивает. Светловолосому кажется, что у него скоро нервный тик начнётся. — Нельзя так людей пугать! — Антон отворачивается, показывая всем своим видом, что он, вообще-то, обиделся.       Ну ребенок какой-то! — подумал Арсений. — Ничего я тебя не пугал. И нельзя так дымить. Ладно я вышел, а ты подумал, что было бы, если вместо меня вышли твои родители? — Арсений присел рядом с Антоном. Светловолосый ничего не ответил, а лишь продолжил курить. — Поэтому запомни, я тебя не пугаю, а спасаю. — Ага, герой нашёлся.       Антон, сука! Заткнись! — он невольно прикусывает язык, при этом смешно ойкнув. — Какой есть. Знаешь… героев не выбирают, — Антон на это слегка рассмеялся. — А ты смешной, Арсений. Но знай, сколько и когда курить — моё личное дело, — тот в ответ промолчал. — А ты куришь? — Нет, я эту дрянь никогда и не пробовал, — Арсений поморщился, посмотрев на сигарету. — Что, прям никогда? — Антон не унимался. — Никогда. — Ты, типа, за здоровый образ жизни, что ли? — Антона очень удивила эта информация. — Ну, типа, да, — передразнил Арсений. — Ахуеть, — заключил младший. — Ты сейчас по губам получишь! — старший повернул голову в сторону Антона. — Я не ребенок, меня этим не напугаешь. — Но и не взрослый, чтобы употреблять такие слова. — Ты наверно заботливый папочка, да? Ай, бл… м-м-мм… — Антон совсем забыл про сигарету в руках, которая всё это время медленно тлела, пока не дошла до кожи. И теперь на месте недавнего ожога образовывается новый. Ощущение не из приятных, поэтому парень мысленно себя затыкает, чтобы не сматериться, отчего получается сдавленное мычание. — Анто-о-он! — недовольно протянул Арсений, — как так можно? — светловолосый продолжает махать в воздухе рукой, чтобы унять боль. — Покажи, — требует Арсений и тянется к пострадавшей руке. Пока они сидели в подъезде, стало холодно, а на улице пошёл дождь, который придавал ситуации большую трагичность. — Ничего, быстро пройдет, надо только специальным кремом смазать, — Арсений подул на ожог, — сильно болит? — Терпимо, — ожог действительно очень болел и отдавал болью по всей руке. — Терпеть не надо. Пошли, — Арсений стал поднимать на ноги, при этом не отпуская руку младшего. — Куда это? — Антон не понимал, что творится последние несколько минут. — Куда, куда, всё тебе надо знать! — Арсений потянул его в сторону своей квартиры. — Я не пойду! — Не кричи! Родители услышат, — полушёпотом прикрикнул старший, — я же тебя не убиваю. Я просто хочу помочь, — Арсений открыл перед Антоном дверь, но тот застыл перед ней. — Входи. Чего стоишь?       Антон неуверенно сделал шаг в теплую квартиру. Голубоглазый, обхватив младшего за плечи, повел его на кухню и посадил на стул. Из навесного шкафчика он достал аптечку, а уже в ней нашёл нужную мазь и пошёл к Антону.       Шастун за это время увидел на светлой стене фотографию в рамочке. На ней были Арсений, которого Антон узнал сразу, и девушка с ребенком, но их он разглядеть не успел, так как его отвлек Арс. — Сейчас может быть немного неприятно, — предупредил старший. — Не надо, — сам от себя не ожидая, выкрикнул Антон и притянул руку к груди.       Арсений тоже был в шоке, он никак не ожидал такой реакции от младшего, поэтому стоял с удивленным лицом. — Ты чего? Я аккуратно, — он мягко прикоснулся к руке и, потянув её на себя, положил на стол. — Прости, — тихо сказал Антон и отвернулся, чтобы не было видно румянца на щеках. Но Арсений всё равно заметил и тихо хихикнул себе под нос.       Какой же он всё-таки ребенок! Хоть и курит, засранец! Так, стоп! С каких пор тебя это волнует, Арсений? Он просто твой сосед, вот и всё.