Наказанный любовью

Утром Меркуцио выбрался на городской базар, чтобы купить для Рикардо обещанный подарок. Если бы, в такую рань, его увидели друзья, то точно не поверили бы своим глазам. А, если ещё и узнали причину, то сильнее удивились бы. Ведь, парень спешил не домой, от очередной своей бабы, а на базар, за сюрпризом для некого мелкого засранца. «О любви» своего друга к детям, Монтекки знали не по наслышке. «Но, что плохого в том, чтобы воспользоваться помощью ребёнка, если по-другому, девушка никак не обращает на тебя внимание?» — думал про себя Меркуцио, внимательно рассматривая прилавки с товаром. Однако, взгляд, ничего не цепляло. Вероятно потому, что парень сам не знал, чего ищет. Скалигер никогда не имел дела с детьми и даже не мог себе представить, что можно подарить ребёнку. И не просто подарить, а удивить. Он обещал удивить мелкого карапуза, и, как обычно, ляпнул не подумав. «Ладно, не беда! Ведь в таких случаях, всегда можно посоветоваться с торговцем.» — приободрил себя юноша и огляделся по сторонам. Несмотря на утро, на базаре было много народу. Шум толпы, музыка уличных музыкантов, все это давило на мозги. Люди куда-то спешили, быстро мелькая перед глазами. Они задевали плечом, но при этом даже не оборачивались, чтобы извиниться. Продавцы зазывали к себе, пихая свой товар под нос. Нужный и ненужный. Здесь спокойно не выберешь, да и торговцы, вряд ли, что дельное порекомендуют. Все-таки, не самая удачная идея с советом. — Что ж… — подытожил Меркуцио, как ни крути, но думать придётся самому. «Наверное, подарок должен быть, большим и ярким… Ну или просто сладким…хотя нет…» — последнее Скалигер отмёл сразу, — «Вот этим мальца точно не удивишь!» Мозг лихорадочно примерял себя на его возраст и понимал, что пример совсем неудачный, т.к. у него — Меркуцио, как родственника герцога, было все. По крайней мере, все, что можно было купить за деньги. Он кинул взгляд на свое отражение, смотрящее на него из небольшого детского зеркальца, которое лежало на прилавке. Немного грустные глаза, по рассказам дяди, мамины… и лицо, без малейшего намёка на улыбку. Если на секунду задуматься, возможно, этот Рикардо был даже богаче его самого. Ведь Меркуцио никогда не знал и не узнает, что значит иметь любящую мать… Хоть, парень и любил своего строгого ворчуна. Всё-таки, это было немного другое. И женские объятия — тоже… Вряд ли, что-то похожее. Но какой смысл грустить по мертвецу? Ведь, по сути, он никогда не знал этой женщины. Вдруг, за спиной послышался издевательский смешок, вернувший парня в реальность: — Кого я вижу около прилавка с игрушками! — протянул знакомый голос. — Да и ещё с таким потерянным лицом! Наконец нашёл занятие по уму, Шут? Меркуцио покривил уголками губ и быстро развернулся на пятках. За спиной стоял его «любимый» враг, одетый в красную зимнюю одежду. Блондин насмешливо сверлил его взглядом. — О какие слова! — на лице у юноши заискрилась лукавая улыбка. — Давно тут стоишь и во все глаза за мной наблюдаешь? Неужели так сильно соскучился по дорогому «другу», Крысолов? — продолжал паясничать он. — Заткнись! На тот свет захотел? Специально попался мне на глаза?! — выхватив меч из ножен, Тибальт направил лезвие на своего врага. Меркуцио, без какого-либо интереса, перевёл на оружие взгляд, а потом, отмахнувшись от него, как от назойливой мухи, снова развернулся к прилавку: — Я бы с удовольствием поиграл с тобой, дорогой. Но сейчас мне не до тебя. Взгляд растерянно упал на тряпичную куклу, которая, вмиг, напомнила ему о младшей сестре Тибальта. И тут, у Скалигера возникла, поистине, абсурдная идея. Попросить его о помощи. Ведь, Капулетти имел дело с детьми. Джульетта, конечно, уже не ребёнок, но мало ли… — Послушай, Котик. — Юноша взял в руки игрушку и снова развернулся к врагу. — Чтобы ты подарил маленькому мальчику? — А? К-кому? — Капулетти, в недоумении, поднял одну бровь. Он не понимал, что больше его поразило. Странный вопрос или нетипичное для Меркуцио поведение. — Я подозревал, что ты тронулся умом, Скалигер. Но сейчас, в этом отпали какие-либо сомнения, — парень вернул меч в ножны. — Глупость какая… Зачем тебе? Только не говори мне… — Если не можешь помочь, то хотя бы не мешай. — прервал его племянник герцога, с небольшим раздражением в голосе. Его взгляд отстранённо скользил по огромному изобилию игрушек. — Видно, я, действительно, сильно отчаялся, раз прошу совета у тебя. Да и откуда бы тебе…ай…- махнул он рукой, не отрываясь от витрины и давая понять, что разговор окончен. Тибальт в недоумении почесал затылок и, после недолгой паузы, все-таки, выдавил: — Ты слышал про заводные игрушки? — Заводные игрушки? — с любопытством переспросил юноша и поднял взгляд на Капулетти. — Это что? — Ну сейчас они набирают популярность. Правда их достать непросто. — Тибальт сам не верил, что решил помочь врагу. — Есть один мастер, через дорогу отсюда… — он указал направление, — Сам вышел на него случайно, когда искал музыкальную шкатулку для Джульетты. — Звучит заманчиво… — в зелёных глазах заискрился интерес, — Спасибо, Котик! — радостно крикнул Скалигер и, вернув куклу на место, быстро ускакал в толпу. Тибальт, лишь вопросительно проводил парня взглядом.

***

Несмотря на то, что обычно зима в Италии была не особо суровая, в этом году, она выдалась на удивление холодной. К концу декабря, температура воздуха понизилась ещё на несколько градусов. В результате чего, в богатых особняках становилось холоднее. Особенно по ночам. Дома, построенные из камня, не могли полностью укрыть от мороза. А потому, на помощь пришли камины и шерстяные одеяла. Но порой, не только они могли согреть в холодную зимнюю ночь… На рассвете, комнату одного из таких домов заполонил блеклый рассеянный свет. Чуть касаясь немногочисленной мебели, он мягко освещал кровать, в которой спали двое: племянник герцога и хрупкая черноволосая девушка. Где-то за окном уже раздавались звуки работающей прислуги. Тяжёлые тучи, налитые свинцом, висели очень низко и, казалось, ещё немного, они осыпятся на землю очередным снегопадом. Сегодня на вечер у Меркуцио была назначена встреча с Джиселлой, а эту ночь, парень решил провести со своей знакомой. Его черноволосая «подруга» была женой одного из местных баронов. И… удобной женщиной. Эта красивая мордашка влюбилась в парня по уши и верила каждому его слову, не пилив при этом мозги. Невзирая на такую опасную связь, Меркуцио часто проводил с ней время и не сильно-то боялся огласки. Ведь для него, в случае чего, все просто выльется в очередной скандал с нудными нотациями дяди. Они, конечно, порядком утомили, но не более того. И подарок для Рикардо юноша достал без каких-либо проблем. То был деревянный паровозик, передвигающийся сам по себе. Такого на базаре не купишь, только из-под руки настоящего мастера. Причём, недёшево. Редкая и необычная диковина должна была угодить ребёнку и впечатлить его мать. Ведь не каждый мужчина додумается до чего-то подобного, да и еще умудрится достать. — Меркуцио! Эй! — девушка тряхонула спящего парня. — Вставай! Скоро должен приехать мой муж! Парень лениво перевернулся на спину: — Утро? Уже? Как будто бы, не поверив девушке, он бросил взгляд на окно. Действительно, утро. Будь оно неладно. А сбегать через окно, совсем не хотелось. Но прислуга уже встала и проскользнуть незамеченным, все равно, не получится. — Обидно, что муж всегда так ненадолго уезжает. — Брюнетка уютно устроилась у него на груди, медленно проведя по ней ладонью. Девушка досадно вздохнула. — Задерживаешь меня? — с фальшивой улыбкой произнёс Скалигер. Любовница подняла на него грустные голубые глаза и слабо улыбнулась. Этот человек даже и представить себе не мог насколько ей сейчас хотелось остановить время. Чтобы побыть с ним чуточку подольше. Продлить этот момент. Еще немного погреться в любимых объятиях. И насладиться звучанием его сердца… Таким, по-жестокому, спокойным и размеренным. И этой широкой улыбкой, украшающей его лицо, но при этом не трогающей острый лёд зелёного взгляда. Однако к черту! Не имеет значения… Пока он приходит, пока помнит про неё, ничего больше, не может иметь значения! — Тебе бы этого хотелось? — девушка с надеждой посмотрела на Меркуцио. — Остаться со мной? Парень лениво потянулся и встал с кровати. Холодный воздух помещения обжег кожу. Он быстро пробежал по ледяному полу к своим вещам, чтобы одеться. — Ты же понимаешь, что это невозможно. Твой муж спустит с меня шкуру, если узнает. — Ты так боишься его? — брюнетка уставилась стеклянным взглядом в окно, обхватив колени руками. На улице уже кружили мелкие хлопья снега. Чёрные голые ветки деревьев слегка покачивались и жалобно били по стеклу. — Ты же… Придешь в следующий раз? — продолжила она, не дождавшись ответа. — Мой муж снова уезжает по делам через три дня. Я буду ждать, ты же знаешь. — Я знаю, дорогая. — Меркуцио копошился у стула, выискивая верхнюю одежду. — Ты ведь не маленькая девочка, и должна понимать, что наш роман не может выйти за пределы этой комнаты. Он накинул на себя плащ и резко развернулся, тут же встретившись взглядом с печальным женским лицом. Глаза в глаза, совсем рядом. Девушка слабо улыбнулась и опустила взор на его губы. Снег за окном усилился, превращаясь в метель. Тишину нарушал отчетливый скрежет веток, зловеще царапающий стекло под вой сильного ветра. — Я разрушу твою жизнь. — прозвучал в темноте равнодушный голос. От этих слов у девушки замерло сердце. Конечно, все она прекрасно понимала, НО…то, как это было сказано. Хотелось бы верить, что парня, действительно, заботит её судьба. Однако, тон его голоса… Он был таким же, как и воздух в мрачной каменной комнате. Ещё секунда, и девушка подалась вперёд, чтобы вновь поцеловать такие желанные губы. Но парень быстро отстранился. — В следующий раз, ладно? — юноша подмигнул ей на прощание и поспешно выскочил в окно. Чтож, ничего другого ожидать от Меркуцио и не приходилось. Угораздило же влюбиться в этого эгоиста! Как же все очевидно. Он всего лишь подросток, который, на данном этапе жизни, готов приударить за любой женской юбкой. Но, к сожалению, сердце далеко от здравого смысла и в душе, по-прежнему продолжала биться горькая надежда, что когда-нибудь он все же ответит ей взаимностью. Нужно лишь ещё немного подождать.

***

В преддверии дня Святого Стефана, Верона утопала в праздничной суете. Муж Джиселлы, уехал по делам и должен был вернуться только в середине января. Потому, девушка, не без участия своего сына, всё-таки, договорилась с Меркуцио о встрече. Встретились они в окрестностях дома Бонмарито. Парень добирался до него пешком, дабы не спровоцировать поводов для лишних разговоров. С подарком он не прогадал, Рикардо был в восторге от игрушки. Никогда ещё прежде, мальчик не видел ничего подобного. Жадный отчим ребёнка не баловал, и потому, даже самые обычные подарки были для него, в новинку. А тут, настоящее событие. Джиселла, не теряя времени, потянула Меркуцио в сторону конюшни. Уговор с платьем, никто не отменял. Наряд давно был приготовлен и дожидался своего часа в укромном месте за сеновалом. — Надеюсь сойдется. — кряхтел племянник герцога, в попытках напялить на себя женское платье. В плечах, оно оказалось маловато, но парня это явно веселило. Чего нельзя было сказать про девушку, которая стояла у входа, наблюдая за тем, чтобы никто не вошёл. Страх сковал её, пригвоздив к полу. Джиселла, до сих пор, не понимала, в каком бреду, и зачем, она согласилась на данное безумие. Ведь, если так подумать, то для парня это была очередная авантюра, которая даже, если и провалится, не будет иметь последствий. Для неё же, подобное вконец уничтожит, и без того, шаткую репутацию. Но, что ещё страшнее, от всего, может пострадать её сын. Стоит ли это бессмысленное обещание таких жертв? Она — ужасная мать! Пока Джиселла терзалась в сомнениях, Рикардо, наоборот, с интересом смотрел, как Меркуцио перевоплощается в служанку. Он даже забыл про свою новую игрушку. Было весело наблюдать за такими странными играми взрослых. Изредка подхихикивая, он тут же закрывал ладошкой рот, потому что просили сидеть тихо. Позже, мальчик и вовсе залез на стог сена, весело покачиваясь на нем. Для Джиселлы же, минуты тянулись, как вечность. В конюшне было темно, в нос бил неприятный запах навоза. А от осознания последствий распирало грудь. И этот парень… Она изредка бросала на него взгляд. В ответ, получая лишь хитрую улыбку, и выражение лица, с каким-то диким предвкушением. Да он ведёт себя, подстать её не повзрослевшему ребёнку! Эти дурацкие шалости, точно уничтожат ее жизнь, которую она, с таким трудом пытается исправить. Наконец-то, переодевание подошло к концу. Девушка окинула его глазами снизу вверх и нервно усмехнулась. В полумраке, освещенном одним единственным факелом, стояла и, все еще, поправляла на себе платье «женщина». Наверное, самая странная, какую ей, когда-либо, доводилось видеть. Даже удивительно. Она была высокой. В плечах одежда так и не сошлась, однако зимняя длинная шаль эту деталь скрыла. В грудь Меркуцио напихал тряпок, а пышная юбка завершила фигуру, сформировав талию. В целом, каждая деталь хорошо подходила образу: это и чёрная, как смоль, природная шевелюра, и удачное платье, а также глаза, с которых стёрли всю косметику. Парадокс заключался в том, что его, скорее бы узнали с яркой подводкой на лице, нежели без неё. — Не волнуйтесь. — девушка вздрогнула от мужского голоса. Теперь, все это, казалось ещё более странным сочетанием. — Все будет хорошо. — улыбаясь проговорил парень. — Зато посмотрите, у Вас появился компромат на меня. Не каждый день увидишь племянника герцога в платье служанки, — отшутился он. — Вы паршиво успокаиваете. — фыркнула Джиселла. — Но Вас, действительно, не смущает, что… — после недолгой паузы она осмелилась спросить, но не смогла подобрать дальнейших слов. — Сложно гулять по городу с человеком, который будет постоянно оглядваться по сторонам, боясь быть пойманным на измене. — губы Меркуцио изогнулись в лёгкой улыбке. — А я намерен сегодня повеселиться! Парень снял Рикардо со стога сена: — Ну что? Идём! — Да! Веселиться! — мальчик широкими прыжками подскочил к матери. Вдруг, дверь конюшни открылась, со скрипом впуская морозный воздух и мужчину средних лет, немного низкого, но довольно жилистого по телосложению. Это был слуга, с детства служивший семье Бонмарито и работающий на их конюшне. Шатен, с квадратным лицом и серыми глазами. Он удивленно посмотрел на присутствующих. У Джиселлы сердце провалилось в пятки. С этими переодеваниями, она совсем забыла следить за входом…