Наказанный любовью

Весеннее небо перекрыли грозные свинцовые тучи. Вокруг все резко потемнело. И дождь, ледяной стеной, обрушился на Верону. Этот холод пробирал до костей, но, все равно, не мог перебить тревогу, которая сдавливала грудь и, каждый, даже слабый вздох, отдавал лишь тупой болью. Джиселла сидела у камина в темноте, крепко обхватив себя руками. Огонь совсем не согревал ее. Ливень с ярой силой барабанил по крыше и… это был единственный шум в комнате на фоне неестественной тишины… Больше ничего. Девушка настороженно осмотрелась вокруг: темная лестница, где во власти теней, затерялся проход на 2-й этаж. Безмолвно застывшие силуэты чучел на стенах, как-будто следившие за ней своими мертвенно-пустыми глазами. Сердце застучало громкими ударами, загоняя душу в пятки. Она замерла от ужаса, пытаясь уловить хоть какие-нибудь звуки, помимо тех, что доносились от дождя. Но все происходило, как в ее кошмарах — только темнота и безысходность. Вдруг, входная дверь хлопнула, и в комнату ворвались трое парней. В поле зрения сразу же бросилась фиолетовая одежда. «Меркуцио»… На всякий случай, Джиселла протерла глаза, убедившись, что это не галлюцинация, и тут же бросилась к Скалигеру на шею. Каким же холодным и, до невозможности, мокрым он был! Ткань платья моментально пропиталась влагой и прилипла к коже. — Я…я, — с губ сорвался приглушённый всхлип. Воздуха, будто, не хватало, — Не знаю, что делать! — она подняла на ошарашенного парня голову. Капли от дождя, стекали по его черным волосам, очерчивая лицо. Его руки замерли в воздухе, так и не сомкнувшись на девушке. — Джесс, что еще произошло? — он взял ее за плечи, заглянув в глаза. — Рик… Он пропал! Слова, как стрелы, пронзили Меркуцио грудь, заставив сердце замереть, словно камень, и болезненно сжаться. — Все в этом доме куда-то делись! Я не знаю… Я искала… — продолжала шмыгать носом девушка. Парень почувствовал, как её тело затряслось в его руках. А лицо стало бледным, подобно покойнику… — Ну-ка прекрати! — он тряхнул ее за плечи и крепко обнял. — Мы найдём Рика, слышишь? Верь мне. — Скалигер обменялся с друзьями обеспокоенным взглядом. И, погладив Джиселлу по голове, продолжил, — Давай по порядку. Где ты видела его в последний раз? — Т-труп, — еле шевеля губами начала она, — перед окнами… Сэм… Он… — Ноги подкосились, и девушка сползла на пол. — Я сначала не поверила глазам… Попросила Марселлу приглядеть за Рикардо, а когда вернулась… — Джиселла закрыла лицо руками и расплакалась, — Я искала! Я никого не нашла! Меркуцио опустился к девушке: — Значит это было не так давно! У нас есть время… — Какая связь между этими трупами? — Бенволио стиснул зубы и нервно заходил по комнате, — Этот кто-то явно точит зуб на Госпожу. — Кто-то… — Скалигер как будто выпал из реальности, а потом, резко поднялся и пружинистой походкой направился к выходу, — Нам нужно прочесать город! Нужно найти мальчика! — Мерк! Да постой ты! — Ромео ринулся за ним, — Что за спешка? Ты что-то понял? — он схватил друга за руку, — Я понимаю, ожидание никогда не было твоей сильной стороной, но беспорядочная беготня по городу ничего не даст! Держи себя в руках! «Держи себя в руках!», — эхом повторил внутренний голос. Меркуцио только сейчас понял, что начал поддаваться тревоге: Им не известен убийца, его мотивы и, что он мог сделать с Рикардо… Если УЖЕ не сделал… Внутри закралось неприятное предчувствие, в перемешку с бешенной гонкой сердца и учащенным дыханием. — Круг, — еле слышно прошептала Джиселла и обхватила себя руками, — Это, как во сне! Это круг! — Чт… — племянник герцога перевел на нее вопросительный взгляд, — Какой еще круг? О чем ты говоришь? Девушка, с трудом сдерживая дрожь в голосе, попыталась объяснить свои мысли: — Все места, на которых сжигали трупы, замыкают круг. Вспомните, где горели костры… Мне известны не все местонахождения, но… — Если подумать… — Бенволио потер подбородок и отрешенно уставился куда-то в пустоту, — …и ведь, действительно… к-круг… Ромео поморщился: — Бред… Напоминает какой-то сумасбродный ритуал из рассказов дешёвых писателей… — Бред или нет, но факт… — Правда это ничего не объясняет, — Скалигер сдавил переносицу пальцами, — если это круг, значит, по логике, искать нужно… — он нерешительно замер, проговорив каким-то не своим голосом, — …Здесь? Друзья переглянусь. — Кстати чувствуете? Вонь… — Бенволио завертел головой, пытаясь определить источник. Слабая, еле заметная дымка, сквозила через дверные щели, заставляя сердце сжаться. Неприятный запах медленно проникал в каждый уголок комнаты, как незваный гость, постепенно наполняя ее. — Это в коридоре! — Бенволио приложил указательный палец к губам и, положив ладонь на рукоять меча, на цыпочках направился к двери, распахнув её. Резкий вонючий запах ударил парню в лицо, быстрее распространяясь по комнате. От него заслезились глаза и прорезался кашель. После одного вдоха, нос сам стал с жадностью вбирать этот странный секрет. — Какого… — Меркуцио почувствовал, как его глаза потяжелели, а мысли замедлились. Словно утяжеляющая мгла нависла над его сознанием. Во рту все пересохло. Прокашлявшись и закрыв нос рукавом, он вышел из комнаты. Отблески от каких-то свечей, расставленных в коридоре, скользнули по его зрачкам, отразившись в них синим сиянием. Стены слились в одно движущееся пятно. Время стало каким-то тягучим и мучительным. Тело налилось свинцом, а плечи опустились вниз. Он ощутил, как сердце забилось медленнее обычного. В голове стали возникать странные и несвязные мысли, которые путались и исчезали, не давая ему ясности. — Не вовремя Вы пришли сюда! — послышался до боли знакомый голос, от которого затрещал воздух. Он весело звенел в пространстве и расползался, затягивая сознание в пучину забвения. Меркуцио уже не различал слова, но все равно пытался приблизиться ближе, однако, каждый сделанный им шаг, становился тяжелее, словно тело само противилось чему-то. Под громкий зловещий смех он провалился пустоту. *** …Скоро поблекнут цветы… Сквозь пустоту, холодными нотами, звучал женский голос. Он был таким знакомым, но одновременно чужим, каким-то пугающим… …Марселла… Джиселла была готова покляться, что еще никогда не слышала, чтобы её служанка — такая добрая женщина, разговаривала подобным тоном. …и последний удар его сердца замрет в бесцветной пустыне бытия… В ту же секунду, девушка распахнула глаза от сильных болезненных спазмов внизу живота. Ее бросило в холодный пот. Она дернула рукой, почувствовав ледяную сталь на запястьях. Кругом горели свечи, в воздухе стоял запах крови, зельеварения и каких-то сожженных компонентов, от чего в горлу подступил комок. Джиселла не понимала, где находится: помещение похожее на подвал, но разве в доме было такое место? Свет, от единственного факела, отбрасывал зловещие тени на стены, покрытые древними рунами. Повсюду висели обрывки паутины и стояли горшки с измельченными костями. В центре на полу из пыльных досок, исписанных заплесневелыми рисунками, без сознания лежал Рикардо. Мальчик был связан веревкой, спина к спине, с какой-то соломенной куклой в полный рост. — Рик! — девушка снова дернулась, но безрезультатно, она была прочно скована цепями. Испуганный взгляд скользнул по собственному телу, где на коже, красовалось множество непонятных кровавых символов. — Вы очнулись, Госпожа, — Марселла, сверкнув безжалостным взглядом, подошла к хозяйке, — Тем хуже для Вас! Тогда бы все прошло менее болезненно. — ее губы растянулись в ухмылке. — Что это значит? — не обращая внимания на боль, девушка повернула голову в сторону женщины. По щекам заструились слезы. Она не могла поверить своим глазам: Марселла — ее верная служанка. Та, которую она считала матерью, оказалась приступницей? — Отпусти Рика! Что ты собираешься с ним делать?! На лице Джиселлы отразилось смятение. Осознание обмана сделало ее потерянной и уязвленной. — Успокойся, все с ним будет хорошо… — Марселла хищно усмехнулась, — …Почти… — морщины на ее лице стали глубже, словно смятая бумага. — Сейчас же отпусти его! Меркуцио! — девушка с ярой силой зазвенела цепями, обдирая себе кожу. — Где он?! Что ты с ним сделала? — она снова скорчилась от новой волны сильных болезненных спазмов… — Спокойно, глупышка… — жестом руки женщина указала на ее живот, — …или ты хочешь потерять его? — Ты так неистово сопротивляешься, но ведь это бесполезно… А я хочу, как лучше… — Какая мерзкая ложь! — проговорила Джиселла дрожащим губами и сжала кулаки. Ее сердце словно разбили на тысячу осколков. Слишком жестокий удар в спину от человека, которому она так доверяла. Девушка повисла на цепях, обессиленно продолжив, — Почему, Марселла? Зачем? — Видишь ли, моя дорогая, — женщина нежно заправила за ухо, упавшую на лицо хозяйки прядь волос, — мы — ведьмы, обладаем силой, но даже с ней, не можем на все повлиять. Ты, всю жизнь прожившая в богатстве, разве сможешь меня понять? Как я годами ходила в лохмотьях, мерзла… Как голодала… Я не могу наколдовать себе золото, но могу выйти замуж за богатового мужчину! — Не понимаю… — от усилившейся боли, Джиселлу начало потряхивать. Пространство вокруг нее стало расплываться. — Скажем так, меня не выдавали замуж по расчету, я сама приворожила своего бывшего жениха. Этот мужчина любил охотиться, а мне оставалось подкараулить его в лесу. Будучи не самой привлекательной внешне, это все, на что я могла расчитывать по началу. — она с отчаянием рассмеялась, — Миром правит красота и деньги! Но вот в чем беда — привороженные долго не живут! Прискорбно… — Не думаю, что моей судьбе можно позавидовать… — Ну… Не прибедняйся, — Марселла заботливо провела рукой по лицу девушки, — Кое-что у тебя все же есть. То, что нужно мне… — Ведьма подошла к мальчику и, присев рядом с ним, погладила его по голове, — Твой Рикардо, так похож на моего Адриана, — произнесла она с безумной улыбкой, оголив десны, — Моему сыну понравится в его теле, а я, — злобный вгляд вновь уперся в пленницу, — займу твоё! — Ты ненормальная… — с ужасом прошептала Джиселла, едва справляясь с эмоциями. Пока громкий смех эхом не пронесся над головой. — Эта мысль пришла мне в голову сразу, как я увидела тебя! — Марселла снова подошла к девушке и больно схватила ее за лицо, — Ты — просто идеальный вариант! А ещё, в качестве бонуса, младший Скалигер положил на тебя глаз… Кстати, не переживай, спит твой ненаглядный в гостинной, ничего с ним не сделалось, — Она безумно рассмеялась и продолжила скольским голосом. — Мне даже напрягаться не придётся! К таким высокопоставленным сложно подобраться! А приворот же дело такое! С ним до смерти ходят! — большой шершавый палец руки прошёлся по бледным губам госпожи. Джиселла яростно тряхнула головой, смахнув его с лица, чем вызвала снисходительный смешок, — А за ним итак смерть по пятам бродит… Злить костлявую опасно. Сколько он еще проживет? Кто знает… — голос стал скрипучим, режущим по ушам, — поживу с ним, а потом и до короля недалеко… И ведь как удачно все сложилось. Для завершения ритуала возвращения Адриана нужна смерть одного из кровных родственников жертвы — последний компонент. Однако ты нужна была мне живой, это оказалось проблемой… Но вот удача! Отец Рикардо сам объявился! Да и ещё, младший Скалигер подсобил, ранил его сильно… — Откуда ты… — …Узнала? Я вижу тонкие энергии. То, что ты забеременела, я тоже поняла сразу… Джиселла побледнела, ей казалось, что она уже начала терять рассудок. Какое еще объяснение можно было придумать происходящему? Сон не может быть таким отчетливым! — Изначально моей целью был герцог, но как достать мужчину, который вплотную окружён охраной? И раз уж подвернулся мужчина помоложе, то почему бы и нет! Сегодня полнолуние — Идеальное время. Пока Марселла громко хохотала, Джиселла снова попыталась вырваться. Дышать стало совсем невмоготу. Слезы с новой силой хлынули из глаз… Ей стало казаться, что тени, сожженных на кострах, закружились над ее головой. А потом, сильная продолжительная боль в животе. Девушка почувствовала, как по ногам потекло что-то теплое. Она опустила глаза и закричала: это была кровь. Не в силах больше терпеть боль, она потеряла сознание. — Ничего, ничего… — заботливо погладила её обмякшее тело ведьма, — Скоро ты ничего не будешь чувствовать! *** — Думаю, мы сможем пойти на бал, если ты достанешь мне платье. — златовласая девушка кружилась у зеркала, с восхищением рассматривая свою миниатюрную фигурку. Служанка уже давно не выглядела, как прислуга: Руки, не обремененные работой, имели нежную белую кожу, хорошо уложенные волосы, и форма была сшита из дорогой ткани, идеально выглаженной и белоснежно чистой. — Я же не должна выглядеть, как чернь! Да и меня на бал так не пустят, а мне очень хочется сходить! — подняв голубые глаза, она обратилась к парню через отражение. Меркуцио сидел на кровати и не сводил с неё пристального взгляда: — Это не то, за что стоит переживать… — Ну что с тобой сегодня, Мерк? — она игривой походкой подбежала к юноше и обняла его, — Какой-то ты сегодня мрачный. — служанка чмокнула его в щеку, — Увидишь меня в платье и сразу повеселеешь… А потом, после бала мы… — …Ты же понимаешь, что мне может сильно влететь от дяди. Он давно, что-то заподозрил, — прервал ее Скалигер, нахмурив брови, и небрежно скинул с себя ее руки, — В прошлый раз мне сильно досталось за твою прихоть… — Да брось! — девушка легко отмахнулась рукой и улыбнулась, — Ты же у меня умный! Знаешь, как добиться своего! Ну же, сможешь?! — она полезла к нему, чтобы поцеловать в губы, но Меркуцио резко отвернул голову и усмехнулся: — Знаешь, я тут совершенно случайно кое-что узнал… — И что же? — Девушка ласково погладила его по голове, накручивая на палец черную прядь. Меркуцио вздохнул и какое-то время просто молча сидел, наблюдая за ней. Его разрывали смешанные чувства. Парень по-прежнему любил девушку, но сейчас, когда пелена с глаз спала, внутри, к основному чувству, примешались ярость и горечь. Вся его наивная вера в любовь была разрушена в один короткий миг. — Ты правда все это время держала меня за идиота? — растянулся он в кривой ухмылке. Девушка замерла. С губ сразу же сползла улыбка. Она поднялась с кровати и отступила на шаг назад. На лице проскользнула тревога: — Не понимаю о чем ты! — слова застряли в горле. — Я люблю тебя и никогда не считала идиотом. — Люди лгут тем, кого считают тупыми. — проговорил он с ядовитой усмешкой, — скажем так, позавчера столкнулся с некоторыми удивительными фактами о тебе. За секунду все весёлые и счастливые моменты их отношений превратились в тяжелую тень. В этот момент Меркуцио проклинал свою наивность и тот роковой момент, когда он решил срезать дорогу и пойти другим путем. Тогда он увидел ЕЕ с мужчиной средних лет. И все бы можно было бы списать на встречу с родственником. Но с родными так страстно не целуются. Да и по одежде было видно, что мужчина не из бедных. Его руки бесстыдно скользили по ее телу, а она с удовольствием отвечала ему. Тогда в душе парня, что-то надломилось и тяжелым камнем опустились вниз. Он ощутил себя полностью опустошенным. — Да что случилось, Мерк? — ее беспокойный голос выдернул племянника герцога из дымки воспоминаний. Парень поморщился, сейчас его имя, произнесенное этими устами, вызывало отвращение. — Ничего особенного! — он поднялся с кровати и, схватив служанку за подбородок, упер в нее ледяной взгляд, от которого подкосились ноги, — Просто случайно узнал, что я для тебя всего лишь удобная игрушка! И что, помимо меня, у тебя были еще «идиоты», претендующие на эту роль! Какой чудесный сюрприз! — К-кто тебе сказал подобную чушь? — служанка заметно занервничала. — Я сам это видел! Поздравляю! — он театрально положил руку на сердце, — Моя искренняя благодарность за эту забавную игру! — после недолгой паузы, его губы сжались в тонкую линию. Он нежно провел рукой по таким, некогда желанным, плечам. — Ты знаешь, что мне всегда было трудно отказывать тебе, — продолжил Меркуцио уже более мягким, но грустным голосом, — Почему ты попалась мне на глаза с тем уродом?! Почему я видел ваш поцелуй? — он отдернул руку, сдавив ее в кулаке, — Я мог ещё долго закрывать глаза на твои обманы, но сейчас… — Послушай, все не так, как ты думаешь. Я… — пыталась промурлыкать что-то примирительное девушка, но парень резко отстранился: — О, нет, нет… Служанка вздрогнула. Что теперь с ней сделает Меркуцио, когда узнал правду? Явно ничего хорошего. И так досадно потерять то, к чему она привыкла. Юноша стиснул зубы. Его лицо покраснело, а на скулах заходили желваки, отчего стало очевидно, что это хладнокровие напускное: — Мне не нужны твои глупые оправдания. Меня уже позабавил тот факт, что я, как оказалось, всего лишь развлечение для тебя. — он безумно рассмеялся, — Забавно… И ведь даже после этого… — его брови возмущенно подлетели вверх, — Я люблю тебя… Но знаешь, у идиотов тоже есть чувство собственного достоинства. Я больше не собираюсь продолжать эту игру. — И-извини… — Ну, конечно! Извинения. — протянул Меркуцио с иронией в голосе, — Мне сразу полегчало! — Я действительно ошиблась! Видимо ты не любил меня, если так просто сейчас… — Ошибка? — он снова рассмеялся, — Очень удобная ошибка, между прочим! Ты предпочла меня тем, кто тоже имел высокий статус, не так ли? — голос Меркуцио начал срываться, а на шее выступили вены, — Это не ошибка! А очень точный расчёт! Убирайся! Девушка съежилась, а глаза заблестели: — Мерк, ну что ты такое говоришь… Давай просто забудем это недоразумение… — Оставь свои слезы для своих ухажеров! И не смей больше обращаться ко мне по имени! — он указал на дверь, — Пожалуйста, просто уходи! —… Тебе полегчало? — Внезапный сонный голос Джеселлы, заставил Скалигера вздрогнуть от неожиданности. Перед ним возникла комната девушки. Аромат горьких трав и тонкие ноты сандала ударили в нос. В тот раз он очнулся от лихорадки, и она лежала усталая подле кровати, всю ночь не смыкая глаз, из-за его болезни. — Температура спала? — Джиселла легко улыбнулась. — Знаешь, мы все ошибаемся, но не каждый готов взять ответственность за свои поступки, проще переложить их на других… — Джесс. — Меркуцио выдохнул, опустив плечи. Ее образ был таким лёгким, родным и успокаивающим. Раздражение моментально растворилось. Она прищурилась: — Смотри, мы даже не пострадали в этот раз… Считай, что с тобой тоже, не все потеряно, господин Скалигер. Воспоминания быстро мельтешили, как картинки, перекидывая юношу из одного места в другое. Туда, где они были вместе. Парень слабо улыбнулся ей. — Мы оба друг друга стоим! — девушка звонко рассмеялась и посмотрела на Меркуцио глазами, полными нежности. Пока в одну секунду, все кругом не охватили гневные языки пламени. Джиселла повисла на кресте и закричала, изнывая от боли… А у подножия лежало измученное и безжизненное тело светловолосой девушки. Ожесточенные следы от побоев выделялись на бледной нагой фигуре. Стеклянный голубой взгляд, смотрел в пустоту. В нем, казалось, застыл весь ужас ее последних минут жизни. После разговора с Меркуцио, девушка сбежала из особняка. Парень разными способами пытался выяснить, как у нее дела и где она, но мало кто слышал про данную служанку. Единственное, что было известно по слухам: мужчин у нее было много. И, вроде как, живёт сейчас в достатке, но с кем, неизвестно… Нестерпимое чувство тошноты в желудке заставило Скалигера очнуться. Парень с трудом перевернулся на бок, прежде чем, его вывернуло на пол… *** Залитый нездоровым румянцем, он шумно задышал. От тех странных свечей остались лишь огарки. Юноша, усилием воли, поднялся на ноги и, опираясь о стену, вернулся обратно в комнату. Он огляделся. В воздухе, по прежнему, витал этот неприятный запах, но уже он, хотя бы, не дурманил голову. Кровавые оттенки луны, проглядывались сквозь окно, накладывая блики на мебель и стены комнаты. Которая стала выглядеть поистине зловещей. Меркуцио вздрогнул, когда его взгляд зацепился за неподвижные тела Монтекки, раскинувшиеся на полу, будто марионетки без нитей. — Нет! — Скалигер, на дрожащих ногах, добрался до друзей. В глазах читался ужас. Он упал на колени перед мертвенно-бледными парнями и приложил ладонь ко рту, сначала одного, потом другого товарища. — Дыхание есть… — племянник герцога с облегчением выдохнул, — Слава Богу! НО… — Он снова огляделся. — Г-где ОНА? В груди зародилось беспокойство и страх. Наполненная мрачностью комната, словно затягивала в свои объятья. Осознание того, что время идет не в его пользу заставляло сердце, с каждым вздохом, колотиться сильнее. Он должен найти ее. Собрав все свои силы, Меркуцио поднялся на ноги. Виски сильно сдавило. Каждое движение отдавало болью в теле. Раз друзья здесь, значит похитителю они явно не нужны. А вот с Джиселлой, все видимо, не так позитивно… Сквозь тишину, парень услышал слабые звуки. Он инстинктивно схватился за пояс, где висел его меч, но оружия там не оказалось. — Проклятье… — Скалигер бросил взгляд на друзей, но их тоже обезоружили. Ещё немного отдышавшись, он снова прислушался… Загадочный звук, странным образом, доносился из-за камина. Меркуцио, с осторожностью, начал перемещать предметы, которые стояли поблизости… Подозрительным оказался держатель для факела, который, как начищенный пятак, поблескивал только с одной стороны. Такое бывает, когда часто прикасаешься или трешь бронзу... Парень спонтанно дернул за него. В воздухе раздался неприятный скрежет. И камин, словно живой, медленно повернулся под прямым углом, открывая перед юношей потайную непроглядную дыру… — Как в рассказах дешёвых писателей! — повторил он недавние слова Ромео. Скалигер помрачнел. Сейчас, он, как главный герой второсортного рассказа, бежит на поиски злодея, похитившего его возлюбленную. От подобного нелепого совпадения, по привычке, захотелось посмеяться. Но серьезность ситуации не позволяла ему этого сделать. Взяв рядом лежащую кочергу, племянник герцога направился на звук.