***
Дома Иванова оказалась только в пять вечера. Тут же на глаза попался Смирнов, спокойно сидевший на кухне, что-то жуя. – Будешь жирный, – блондинка разделась и подошла к столу, – а я пухлячков не очень люблю. Смирнов подавился ебаным куском картошки. Это была бы самая нелепая смерть, если бы Саша вовремя не подошла и не постучала по спине старшего. – Значит не для тебя мама такой цветок растила, – произнёс с недовольным лицом, запивая водой. Иванова только улыбнулась, смотря на то, как парень ест. – Что ты хочешь от меня, я не пойму? – Смирнов развёл руками, наклоняя голову в бок, изучающе вглядываясь в лицо школьницы. Уж очень оно было довольное, с улыбкой Чеширского кота и хитрющими глазами. – Ничего, – почти вышла с кухни, – я просо ухожу собираться. Блондинка скрылась, оставив Смирнова в непонимании. Если парень сидел и палил в телевизор, то Иванова сидела у зеркала и плакала из-за того, что рука трясётся и злоебучая стрелка не получается ровной. Нервы сдают. Они уже давно сдали, если честно. Одно время психолог был лучшим другом. Иванова, после своей истерики, дрожащими руками все стёрла и нарисовала снова. В этот раз все получилось, к счастью. Да и в дальнейшем нервничать не приходилось. Вскоре, девочка наконец спустилась вниз, плюхнувшись на диван и посмотрев тяжелым взглядом на Смирнова, что опять сидел на кухне. – Ты точно станешь толстым, пора прекращать тебе готовить, – парень оторвался от телефона и кинул на Иванову оценивающий взгляд, хватаясь за кружку с чаем. – Есть парни в школе постарше тебя, посильнее, пьяные, – взгляд репера зацепился за оголенные ключицы и подол клетчатой юбки, который Иванова моментально одернула, – зажмут в туалете, а Сашенька где-нибудь далеко. Не страшно? – Нет, – бросила холодно, безэмоционально, стараясь не нарываться на скандал, – Кира есть, Марк. – Кстати, – Смирнов встал и двинулся к раковине, – что это за Марк? – начал судорожно мыть свой бокал. – Паршин. У нас учился раньше. В августе улетел в Америку, – Смирнов свёл брови на переносице и Иванова уже приготовилась к целой кипе вопросов. – Хороший он друг? – не этого девочка ожидала, хотя это даже лучше. – Да, бывало прикрывал наши с Кирой жопы. Мы хорошо общались, – уголки губ Ивановой автоматически поползли вверх, в то время, как взгляд вдалбливался в пустоту, – Пили. Очень очень много пили. Я временами думала, что у меня печень отвалится. Вопросов Саша больше не задавал, лишь понимающе кивал. Потом, всё-таки подошёл и сел рядом. – Не очень хочется пить, – надул губки, как маленький, кладя тяжелую голову на колени Ивановой. – Не пей, – усмешка засветилась на его лице, – тебя никто не заставляет. Просто было бы неплохо. – Разве тебе можно отказать? – пожала плечами, опуская пустой взгляд в пол. Пальцы сами собой начали путаться в темных волосах, а голубые глаза закрылись. Не то, что бы Иванова устала или думала, нет. Голова абсолютно пуста. Просто закрыла глаза. – Пойду собираться, скоро выезжать, – Смирнов выскользнул из рук девочки, что просто проводила его взглядом. Не успела она откинуться на спинку дивана, как парень подбегает и целует ее в губы. Даже никаких стараний понять его поступок. Растерянность. Он так же молча и быстро уходит.Chapter thirteen. Старый друг.
28 января 2021 г., 22:22
27 декабря. До нового года остаются считанные дни, запах праздника уже витает в воздухе, повествуя о нем.
Сегодня состоится спектакль 10 «В». Волнуются абсолютно все, в том числе и Александр Александрович, что кажется выпил целый пузырёк валерьянки и закусил глицином.
Дело в том, что концерт их, и проведение его, на плечах Александра Александровича, то есть они готовят весь сценарий, а остальные классы по номеру. Плюс, для самого учителя это что-то новое и не то, чтобы он волновался за себя или свою репутацию, скорее за нервничающих ребят, большинство которых сидело и тряслось в данный момент.
Пожелав каждому удачи, учитель ушёл.
Смирнов появился из-за шторки и встал посредине сцены.
Оглядев зал, а людей там был херов хоровод, Смирнов, чуть с приподнятым настроением начал свою речь.
– Дорогие друзья, гости, преподаватели и конечно же ученики. Мы с десятым «В» классом приготовили спектакль по всеми известной сказке. Садитесь поудобнее, мы начинаем.
Весь зал хлопает. Шторы открываются, стоит домик со ставнями, который Смирнов, Иванова и Ганджа две ночи подряд клеили в блядской гостиной, на маленьком неудобном столике.
Ставни открываются, за ней сидит "бабушка".
По мере развития паника и страх понемногу отступали и становилось откровенно похуй.
Сцена Киры и Иры. Взгляд Тростенцовой сам по себе направился в зал. Кира встала в ступор. Она просто стояла и улыбалась, как душевнобольная, до тех пор, пока Синяева не стукнула ту рукой по плечу.
Началась другая сцена с бабой-ягой и Иваном.
– Ну и что это нахер было? – Иванова подошла сзади и подсела к Кире на скомейку за кулисами, – ты в зале приведение увидела?
В руках у неё, как никогда кстати, оказался стакан воды, который Кира моментально высушила. Начало морщиться, как будто там медицинский девяноста двух градусный спирт. Иванова понюхала стакан. Вода.
– Холодная. Зубы сводит, – Саша помотала головой, немного вскидывая брови, – там Дима пришел... я не знаю. Стою, а в голове каша. Главное в глаза ещё смотрит мне, придурок
– Что у вас за любовь такая? – хмурый взгляд Ивановой.
– Да какая любовь, я ему не нравлюсь, иначе какого хера он молчит?
– Может по той же причине что и ты? – подруга подняла глаза на блондинку, – или видит, что ты его всеми дорогами обходишь. От ворот поворот. Вот и боится.
– Да он конченый просто, – Кира мазнула рукой и снова сгорбилась, рассматривая свои руки
– Не без этого, – глаза шатенки стали по пять рублей, когда тяжелая мужская рука упала на ее плечо. Тут она поняла, что спалилась с потрохами и лучше бы промолчала, – но он надежный. И вообще неплохой человек.
Она повернула голову на парня, что уже усаживался между подругами.
– Все настолько серьезно?
– Наверно, – пожала плечами, помотав головой и отводя взгляд в темный угол, – только не говори ему. Пожалуйста.
– Да нет, что ты, – Смирнов улыбнулся, неестественно выгнув руку так, чтобы пальцы касались холодного пола.
– А почему ты не в зале? – Иванова перевела взгляд на Смирнова, пальцами перебирая складки на своём сарафане.
– Тут интересно... Отношения выясняются, – Саша прыснула в кулак.
– Тебе бы " дом-2" смотреть, – от недавнего страха уже не осталось и следа, Иванова вовсе уже начала смеяться.
– Я смотрю, – улыбнулся, – иногда.
Спектакль кончился. Все участники вышли на поклон. Неожиданно Саша ухватилась взглядом за знакомое лицо, но тут же потеряла.
Под аплодисменты 10 «В» удалился со сцены, а Александр Александрович обьявил о дискотеке в восемь часов вечера.
Выйдя в зал Иванова рыскала глазами по оставшимся людям, но никого не нашла. Сама не замечая она дошла до Димы, что ждал всех почти у самого выхода.
– Кого-то ищешь? – Иванова наконец обратила на него внимание и обняла в знак приветствия.
– Да нет, так. Показалось.
Сзади подошли Смирнов и Кира.
– Салют, – парни пожали друг другу руки, только Кира осталась где-то за спиной Саши, стесняясь посмотреть тому даже в глаза, – привет, Кир.
– Привет, – улыбнулась, чуть дёрнув рукой.
Парни о чём-то разговаривали в то время, пока зал быстрыми темпами опустошался. Иванова повернулась к подруге.
– На дискач идёшь?
– Да, – дернула плечами, поднимая глаза с пола, – скорее всего, да.
– Что за дискач? – Дима откуда-то из-за спины Ивановой влез в разговор.
– Для школоты, не волнуйся, – отмахнулась, но тот не унимался
– Ну я бы провел вечерочек в окружении двух очаровательных дам и бутылочки чего-нибудь алкогольного, – кокетливо начал наматывать свою дредину на палец, улыбаясь и стреляя глазками.
– Что ты предлагаешь? – блондинка сложила руки на груди, притопывая правой ногой, – это школа, не клуб.
– Я молодо выгляжу, – высказывание репера вызвало смех.
Все взгляды перешли на Смирнова.
– Что? – непонимающе окинул всех взглядом, расставляя руки, – я тут причём?
– Надо споить учителей, – Иванова без эмоций наклонила голову, – тебя приглашали выпить?
– Ну приглашали, – пазл в голове парня сложился, – я не буду прикрывать ваши задницы, – пальцем почему-то показал только на Иванову, – я не хочу пить с этими бабами.
Иванова быстренько сделала лицо щенка, Смирнов слишком долго сдавался, но в итоге всё-таки победа оказалась за девочкой.
Саша с Димой вышли из зала, а Кира с Ивановой вернулись за вещами с концерта, дабы сдать их куда надо. На выходе Иванова боковым зрением заметила высокого парня. Блядский пакет с костюмом упал на пол.
Визг. Звук падающего тела. Смирнов и Ганджа моментально забежали обратно в коридорчик, где уже стояла Кира.
Иванова валялась на полу и ржала вместе с Паршиным.
– Чего так орать то? – приступ смеха ещё не окончен, но Марку удаётся встать, пусть и с трудом. После, за руку потянуть блондинку, дабы та встала. И она встаёт.
– Красивая подружка, тоже иди сюда, – Кира улыбнулась и бросилась к патлатому обниматься.
Дима с Сашей все это время стояли с растерянным видом, не понимая что происходит и кто это нахуй такой. Иванова это заметила.
– Марк, – она подняла глаза на друга, показывая рукой в противоположную сторону, – это наш классный руководитель и его друг. Саша и Дима.
– Думал учителя рэп не читают, – улыбнулся, протягивая руку Смирнову, тот, в ответ улыбаясь, ее пожал.
Дима с презрением посмотрел на того, но все же пожал руку, переводя взгляд на Тростенцову.
– Саш, а можно мы до дома пешком дойдём? Не так далеко же, – посмотрела на парня.
– Можно, – мотнул головой, – только потом не визжи, что «опаздываю на дискотеку», «я не поеду, едь без меня», «если без меня уедешь, я тебя придушу», – начал перечислять писклявым голосом, передразнивая школьницу.
– Ладно, – тот дотянулся до неё и поцеловал в щеку.
До ушей донёсся шёпот - «не долго». Мотнув головой, она вытолкнула парней за дверь и моментально словила на себе удивленный взгляд друга.
– Вы тут учитесь или мутки мутите? Я не понял что-то.
– Долгая история, – отмахнулась взглянув на Тростенцову, что так же неподвижно стояла, – ты лучше рассказывай.
– Пока не расскажешь сама, хуй я что скажу, – сложил руки на груди, надувая губы.
Иванова шумно выдохнула, посмотрев на дисплей телефона и уже рассчитывая время до дискотеки. Четыре часа и двадцать четыре минуты. Закатила глаза и молча пошла в актовый зал. Развалившись на сидении начала свой рассказ.
– Александр Александрович наш новый классный и учитель литературы. В начале года стал моим опекуном, взял к себе чтобы подтянуть по учебе. Но прикол в том, что вскоре после моего уезда родители... Они умерли. Разбились, – сердце на минуту сжалось. Но из тех размышлений она вынесла очень важную мысль, что смерть – только этап. И как-то легче становилось. Плюс Марк положил руку на плечо, сострадающе кинув взгляд в ее сторону, – и я попала к Смирнову навсегда. Он меня удочерил... получается так.
– А поцелуйчики в щечки? – улыбнулся
– А поцелуйчики в щечки — знак заботы, придурок, – засмеялся, повлеча за собой смех обоих. Знала ведь, что не просто так этот порыв нежности был. Смирнов просто дал понять, чья это территория.
– Лучше ты рассказывай, – Тростенцова подложила руку под голову, закинув ноги на подлокотник.
– Ну у меня все просто, – махнул рукой отворачивая голову, – мы на Новый год приехали. Там конечно тоже весело, но тут, в России, породнее будет. В Америке ты совсем чужой, как не в своей тарелке.
– Ты можешь поехать встречать Новый год с нами.
– Я обещал отцу остаться дома тридцать первого, – Иванова заметно погрустнела, – но с удовольствием сегодня напьюсь в вами.
Как всегда, самодовольная улыбка появилась на лице Паршина. Он убрал прядь своих черных, как ночь, волос за ухо.
– А у тебя что? Красивая подружка, – Тростенцова была не тут вовсе.
Взгляд ее смотрел в соседнее сидение, но на самом деле, она сидела и смотрела в саму себя. Капалась в голове, перебирала мысли, думала о прошлом и о ближайшем будущем. Но только блять не о том, что происходит сейчас. Ей всегда было интереснее додумывать, что могло бы произойти и произойдет, чем жить сейчас и ценить каждый момент, запоминая все в деталях.
– Ничего у меня, – дернулась, стуча пальцами по подлокотнику, – спокойная размеренная жизнь.
– Да, – блондинка описала странную фигуру в воздухе указательным пальцем, – Димон ей нравится.
– Друг твоего целовальщика в щечки? – сузил глаза, наблюдая за реакцией Ивановой. Ничего не произошло, лицо ее даже не дрогнуло. Даже наоборот, улыбнулась.
– Ебнутый, но да, он.
Шатенка растерялась, бегая глазками по лицу Паршина.
– Не смотрите меня так, – вскинула руки, закатывая глаза, – я это не контролирую.
– Тебя никто и не осуждает.
Примечания:
Привет и пока.