Хвостоловы

      — Дженсен?       — Уйди, чудовище!       Джаред бесстыдно расселся на его постели.       — Мне было хорошо. Спасибо.       — Заткнись. — Дженсен поморщился. — За секс не благодарят.       — Даже если было хорошо?       — Особенно в этом случае! — огрызнулся он и накрыл голову подушкой.       Чертов Маннс, сука, споил-таки. Всю прелесть похмельного утра Дженсен ощутил сейчас во всей красе. Вчерашний вечер выплывал урывками. Горячими, жаркими урывками. И подробными, как бы ни хотелось обратного.       — Дженсен?       — Что тебе? — Он неохотно приподнял подушку, не желая знать, о чем спросит русал.       — Я еще хочу. — Джаред нетерпеливо заерзал.       — Обойдешься, — отрезал Дженсен и лег обратно.       Сейчас он будет спать.       

***

      Дженсен отсутствовал весь день, а Джаред не любил оставаться один. И не только потому, что ему становилось скучно — жилье начинало казаться тесным и ограниченным. Чужим.       Утром обычно улыбчивый и насмешливый Дженсен был замкнут и, как только появилась возможность, исчез. Джаред догадывался, в чем причина. Знал это наверняка, но все равно не понимал мотивов поступка человека.       Ночью им обоим было хорошо. Джаред до сих пор ощущал тянущее, ни с чем не сравнимое удовольствие во всем теле. А Дженсен вел себя так, словно сделал что-то неправильное.       Когда к вечеру он так и не появился, Джаред попробовал самостоятельно заняться поисками ответов на свои вопросы. Как расспрашивать всезнающую штуку, он знал, но была проблема с формулировками, и ему пришлось постараться, прежде чем выйти на нужную информацию. Информации оказалось много, но доступнее она не сделалась. Все, что касалось человеческих эмоций, оставалось для Джареда загадкой. В том числе и его собственные чувства.       Дженсен не вернулся ни ночью, ни на следующее утро, и Джаред забеспокоился. То, чего не понимал он, было важно для Дженсена. А как с этим справиться, он не знал.       К полуночи ожидание стало настолько невыносимым, что перспектива выйти одному на улицы и попытаться разыскать человека в каменном лабиринте города пугала меньше, чем еще одна ночь в пустой квартире.       Надевая джинсы, Джаред опять прихватил молнией кожу на пальце и, поморщившись, засунул его в рот. Как же ему не нравилась эта тесная одежда.       На улице было холодно. Холоднее, чем зимой в Океане. И сыро. Тяжелый воздух, к которому он так и не смог привыкнуть, неприятно щекотал ноздри. Вокруг стоял шум, яркий свет резал глаза, в плечи толкали проходящие мимо люди. Вряд ли они кого-то искали. Было уже поздно, но они и не думали спать. Как и город.       Джаред впервые остался среди всего этого один. И запаниковал.       Неожиданный страх чуть было не вынудил его вернуться обратно в знакомый мир тесного жилья. Сердце загнанно стучало, но Джаред упрямо оставался на месте и ждал, пока волнение утихнет. Ему нужно найти Дженсена.       Он вспомнил название — «Хаски» — и что добираться туда следовало на желтой машине. Джаред все делал, как Дженсен: вытянул руку, подождал, пока такси остановится, залез внутрь и назвал место. В машине было тише, чем на улице. Джаред немного расслабился, но когда такси так и осталось на месте, занервничал.       — Почему мы не двигаемся?       — Ожидается оплата по заданному маршруту, — ответил неживой голос.       Деньги?       «Все зависит от того, что ты предложишь взамен».       У Джареда не было денег. Опять. Хмуро посмотрев на мерцающее табло — с ним не договориться, — он попытался выйти. Дверь не открывалась. Должно быть, он что-то сделал не так. Джаред нажал на горящую кнопку, потом на другую, но ничего не изменилось, только голос по-прежнему повторял просьбу оплатить поездку.       Запаниковав, Джаред задергал ручки. Страх вернулся, еще более резкий, чем при выходе на улицу. Грудь сдавило.       А затем дверь плавно открылась, и над ним склонилась темная тень. Джаред с облегчением узнал друга Дженсена. Джейсон.       Из-за стучащей в голове крови он не разобрал слов, но догадался, что тот может знать, где Дженсен.       — Дженсен, — вслух произнес он, не пытаясь скрыть отчаяние.       — Значит, не дома? — На лице человека мелькнула сочувствующая улыбка. — Все-таки поругались, да? Не переживай, ночевал он у меня. Правда, был злой как черт. А наутро исчез, не попрощавшись, сволочь.       Джаред понял только половину сказанного, но смысл уловил.       — Ожидается оплата по заданному маршруту, — повторил голос машины. — Закройте дверь.       — «Хаски»? — Джейсон бросил взгляд на табло. — Думаешь, он там? А впрочем, неважно. Не найдем, так погуляем. Согласен?       Он подвинул Джареда и сел рядом.       — Вперед, детка!       Монотонный голос наконец замолк, и машина тронулась с места.       Джейсон всю дорогу жаловался на Дженсена, на его работу, на частые исчезновения, говорил, что раньше такого не было. Джаред жадно слушал, пытаясь не упустить ни слова, и все равно понимал через раз. О Дженсене ему хотелось знать все.       «Хаски» был еще более шумным, чем он запомнил. Уже через десять минут Джаред потерял Джейсона, потерялся сам, и, конечно же, не нашел Дженсена. Пробравшись к знакомому высокому столу, он растерянно присел и огляделся. Если Дженсен придет домой и не найдет его там, то будет зол. Возможно, даже злее, чем после дыма. Джаред понимал, что уехать было глупостью, он и вернуться обратно-то не сможет, если не найдет Джейсона. Нельзя было уходить.       — Угощайся! — Перед ним появился наполненный стакан.       Подняв взгляд, Джаред увидел подмигнувшего ему светловолосого человека. Он встречал его раньше, когда Дженсен привел его сюда чуть больше недели назад.       — За счет заведения, — широко улыбнувшись, добавил парень и отошел в сторону.       Джаред неуверенно посмотрел на темную жидкость. В прошлый раз ему было и плохо, и хорошо одновременно. Беззаботно и легко. Наверное, сейчас это не помешало бы. Решившись, он сделал глоток, и небо тут же опалило горечью, а по горлу прокатился жидкий огонь. Закашлявшись, Джаред поспешно отодвинул стакан.       — Наверное, следовало начать с чего попроще. — Его похлопали по спине, и на соседний стул присел угостивший его парень. По другую сторону стола теперь стоял невысокий широкоплечий мужчина. — Попробуй вот это. Мой собственный рецепт.       Не обратив внимания на протянутый напиток, Джаред принялся разглядывать подошедшего человека: тот щурил яркие глаза и дружелюбно улыбался. Он нерешительно улыбнулся в ответ.       — Ты ведь здесь недавно, да?       Поколебавшись, Джаред кивнул и все же придвинул к себе странную жидкость. Вкус был сладким, без горечи, совсем как конфета. Он поспешно выпил и облизал губы.       — Осторожнее, — хмыкнул новый знакомый. — Ликер в нем коварнее, чем кажется. Но мне льстит твоя оценка. Это выглядело… впечатляюще.       Джаред почувствовал, как чужой взгляд замер на его губах, и опять облизнул их. Все еще сладкие. Что-то не давало ему покоя, но догадка ускользнула в рассеянных мыслях и вмиг закружившейся голове.       — Я тебя еще тогда заметил. Такие, как ты, тут редко появляются. Тем более, в компании Дженсена Эклза.       — Ты знаешь Дженсена? — Услышав имя, Джаред подался ближе. — Он здесь?       — Здесь? — удивленно переспросил парень. — Я его не видел. Кстати, я Митч.       Он протянул руку, и Джаред с сомнением ее пожал.       — Джаред.       — Мне нравится твоя улыбка, Джаред.       Наконец он понял, что не так было с этим парнем.       — Ты говоришь на магическом диалекте! — выпалил Джаред прежде, чем успел подумать.       Тот, кто представился Митчем, рассмеялся.       — Конечно, я говорю на магическом диалекте, иначе ты бы меня не понял. Не так ли?       Джаред не знал, что ответить.       — Я сразу сообразил, откуда ты. Это всегда видно. Я был таким же несколько лет назад.       — Ты… из магического мира?       Парень кивнул.       — Я друид.       Джаред нахмурился. В книгах друиды описывались иначе.       — Наполовину, — добавил Митч, должно быть, правильно истолковав его сомнения. — Еще на четверть эльф, на десять капель дриада, ну и всего остального понемногу. Но ничего человеческого. Моя кузина Энель — эльф. Возможно, ты ее помнишь. Она выступала, когда ты появился в первый раз.       Джаред помнил даже слишком хорошо. С тех пор и началось то, из-за чего Дженсен его избегал.       — Значит, Дженсен и тебя провел через Завесу, — догадался Джаред.       Митч склонил голову набок, а потом отрицательно мотнул головой.       — Не совсем. Но я знаю, кто он и чем занимается, — ответил он и немного помолчал. — Зачем ты сюда пришел, Джаред? Это ведь он тебя привел? Здесь небезопасно. Если не знать, с чем имеешь дело, для таких, как мы, здесь совсем не безопасно.       Джареду не понравилось, как это прозвучало: как будто Митч обвинял в чем-то Дженсена.       — Но я знаю… — попытался возразить он.       — Не обманывай, — перебил Митч. — Я по глазам вижу, что не знаешь. Я же друид.       — Я сам пришел, — не согласился Джаред. — Это я попросил Дженсена провести меня через Завесу.       Нахмурившись, он упрямо вздернул подбородок, и Митч поднял руки вверх, как будто сдаваясь.       — Хорошо, если так. Ты мне сразу понравился, Джаред. И я не хотел бы, чтобы ты попал в неприятности. А Дженсен Эклз… У него не лучшая репутация среди проводников.       — Он помог мне!       — Не злись, — рассмеялся Митч. — Мы стараемся присматривать за своими, а здесь всегда лучше перестраховаться. Возьми.       Джареду в руки легла простая белая карточка. С одной стороны текст был написан на английском языке, с другой — на магическом диалекте.       — Что это?       — Ты что-нибудь слышал про Ассоциацию по защите прав магического сообщества?       Джаред неопределенно пожал плечами. Кажется, пару раз он встречал это название.       — Если потребуется помощь, обращайся, — серьезно предложил Митч. Яркие глаза смотрели без прищура. А потом он выхватил карточку, обошел стул и засунул ее Джареду в задний карман. — Я не обманул, когда сказал, что ты мне понравился, — добавил он и хлопнул по ягодице там, где ткань скрыла бумажку. — Ты чудо как хорош! Ну, развлекайся. Если нужна компания, через два часа я свободен.       Митч перепрыгнул через столик и, подмигнув, встал напротив.       — А первый коктейль обязательно выпей. Он преподнесет тебе сюрприз.       Растерянный неожиданным знакомством, Джаред все же решил последовать совету. Несмотря ни на что, Митч ему понравился. Наверное, из-за его родства с дриадами. Земные существа, они, судя по древним книгам, находились с русалками в дальнем родстве. И тоже крайне редко показывались среди людей и ревностно оберегали свои секреты.       Выпив напиток, Джаред словно оказался в воде. Он плыл, покачивался на волнах, нырял в глубину, обгонял течение, ловил другое и заново плыл. Попытавшись взмахнуть хвостом, Джаред чуть не свалился со стула.       Оказывается, все это время Митч за ним наблюдал. Улыбнувшись, он обслужил молодую пару и опять возник рядом, по другую сторону стола. В руке был новый стакан. Невысокий, пузатый, с расположенной по центру вытянутой колбой, вокруг которой плавала оранжевая жидкость.       — Я не… — растерялся Джаред.       — Здесь все иначе, не так ли? — улыбнулся ему Митч. — Но надо отдать должное, их умение смешивать несмешиваемое превосходит все ожидания. Попробуешь?       Митч думал, что он человек, хоть и из магического мира. Он и понятия не имел, кем Джаред являлся на самом деле и как много не знал о жизни на суше.       — Что это? — обреченно спросил Джаред.       — «Ледяной поцелуй».       — Поцелуй?       Конечно, Джаред знал, что такое поцелуи. Он читал о них еще в Океане. Но очень часто его знания не соответствовали тому, что он видел.       — Смотри, — кивнул Митч в сторону только что обслуженной пары.       Джаред повернулся. Рядом с ними стоял такой же пузатый стакан. Наклонившись, девушка зубами подцепила колбу. Внутри оказался застывший лед, который она тут же вобрала в себя. Ее спутник быстро наполнил рот оранжевой водой, а затем они соприкоснулись губами.       — Лед быстро тает при контакте с жидкостью, — пояснил Митч, пока Джаред, широко раскрыв глаза, смотрел на настоящий поцелуй. Незнакомая пара увлеченно обнималась. — Химия. Но завораживает, не правда ли?       Отведя взгляд, Джаред неуверенно кивнул. Внизу потянуло, внутри стало жарко, но иначе, чем с Дженсеном.       — Готов попробовать?       Джаред сомневался.       — Здесь нет ничего сложного, — не так понял его Митч. — Лед я беру на себя. Твоя задача — не проглотить воду раньше времени. Обещаю, этот коктейль тебе понравится больше остальных.       Он наклонился и легко вобрал в рот лед, одновременно пододвигая стакан к Джареду. Не желая оскорбить отказом нового знакомого, Джаред протянул руку и обхватил прочное стекло. В голове было пусто и легко, но он все равно медлил.       На сжатые пальцы легла твердая ладонь.       — Развлекаешься, рыбка?       К его спине кто-то прижался, и Джаред вздрогнул. А потом с облегчением понял, чей голос только что услышал. Внутри как будто отпустило.       — Дженсен! — Он радостно обернулся и попытался встать, но Дженсен остановил его. Задетый стакан перевернулся, содержимое растеклось по столу.       Вскрикнув, Джаред с ужасом уставился на залитые штаны, а затем испуганно посмотрел на Дженсена.       — Прости. — Проигнорировав его взгляд, Дженсен улыбнулся выплюнувшему лед Митчу и только потом подтолкнул Джареда в спину. — Кажется, тебе нужно в уборную. Я помогу.       Паникующий, Джаред беспрекословно позволил завести себя в небольшое помещение, а потом и в узкую кабинку, знакомую по прошлому визиту.       — Хвост! — выпалил он. — Дженсен, я…       — Поверь, в этом коктейле что угодно, но только не вода, — фыркнул Дженсен.       Джаред недоверчиво заглянул в скрытое тенью лицо.       — Ты специально это сделал! — понял он. — Я же мог…       — Если бы мог, уже бы превратился, — оборвал Дженсен.       Джаред почувствовал обиду. Как тогда, когда чаша опрокинулась ему на ноги и появился хвост. Но тогда это имело определенную цель, и Дженсен не смотрел на него так, как сейчас — взвинченно и напряженно.       Зачем он так поступил?       Дженсен пристально изучал липкую ткань на его бедрах. Острый, резкий взгляд беспокоил и вынуждал ерзать. Джареду стало тесно в кабинке, захотелось выйти. Но стоило ему пошевелиться, как Дженсен развернул его лицом к стене и принялся стягивать с него штаны.       — Что… что ты делаешь?!       — Ты же хотел еще, — буднично сообщил Дженсен. — Я согласен.       Металлическая пряжка больно ударила по тазовой косточке, рука залезла в тесное пространство между кожей и тканью и грубо потерлась о пах.       Сопротивляясь, Джаред дернулся, но Дженсен держал крепко.       — Тебе же все равно с кем, рыбка. И, если подумать, это меняет дело.       Джаред не понял смысла слов, но почувствовал, что это было оскорблением. Он сжался и резко толкнулся назад.       — Отпусти меня!       Дженсен задрал его рубашку и огладил тело. Это было странно. Странно, что прикосновения, которых Джаред так желал раньше, сейчас казались ему почти отвратительными и пугающими. И в то же время он хотел подобного. Но не такого. Это было слишком сложно. Джаред запаниковал. Не только из-за чужого, непонятного Дженсена, но и из-за человеческих эмоций, таких чуждых и непостижимых, которых оказалось слишком, слишком много.       Ухватившись за металлическую перегородку, он опять попытался вырваться, хотя бы оттолкнуть Дженсена, но не вышло.       Стало страшно.       Голова все еще кружилась, непослушное тело била дрожь. Он задышал чаще, резче, пытаясь захватить больше воздуха, но словно глотал воду. Однажды, уже человеком, Джаред попробовал опустить голову в наполненную чашу. Дышать в ней было невозможно. Так же, как и сейчас. Грудь напрасно двигалась, пытаясь протолкнуть в легкие воздух. Как будто сдавливаемое, горло не пропускало ни струйки.       Джаред не сразу понял, что его больше никто не держит. В ушах стоял звон, в глазах темнело, а ноги отказывались держать, словно вместо них все-таки появился хвост. Джаред все отдал бы сейчас за хвост. Тогда он не чувствовал бы всего этого!       — Джаред! — Его встряхнули и попытались развернуть, но он только сильнее вцепился руками в перегородку.       По щекам потекла теплая вода. Она замирала на губах, соленая, как море. И стоило Джареду вспомнить об Океане, как воды стало больше. Глаза горели, и это было почти больно.       — Джаред!       — Уйди!       Голос звучал странно, совсем не его голос.       Дженсен отодвинулся, но не ушел. Джаред ощущал его молчание как тысячу слов. Паника начала отступать, воздух вернулся в тело, но вода все еще стекала по лицу. Горло перехватывало спазмами.       — Прости. — Между лопаток легла ладонь, и Джаред, дернувшись, сбросил ее.       Больше Дженсен ничего не пытался сделать. Джареду было плохо.       — Зачем ты это сделал? — потребовал он ответа. — Ты же знал, что мне будет плохо!       — Я не знал.       Не поверив, Джаред обернулся. Дженсен выглядел виноватым и, увидев его лицо, тут же отвел взгляд.       — Но догадывался, — признался он. — Извини.       Сожаление было искренним, Джаред это чувствовал, но прощать Дженсена не хотелось. Одновременно он испытывал огромное облегчение оттого, что тот рядом. Рядом с ним чувствовалось тепло, которое, Джаред верил, есть во всех людях. Именно это тепло, туманное детское воспоминание, пронесенное через двадцать лет, стало причиной его поисков.       Вздохнув, Джаред коснулся рукой щеки. На пальцах осталась вода. Она уже высыхала, но все равно странно было ее чувствовать. Слезы. Джаред знал, как это называется. У русалок не бывает слез.       — Да уж. — Все еще пряча глаза, Дженсен взъерошил волосы. — Погоди, принесу салфетки. Надо все-таки попытаться оттереть эту липкую дрянь у тебя с джинсов и… все остальное тоже.       Он вернулся мгновенно. Протянув Джареду мягкую бумагу, попросил заняться лицом, а сам, присев на унитаз, принялся за штаны. У Дженсена были четкие, выверенные движения, такие, как много-много дней назад, когда он протирал плавники, стараясь их быстрее высушить, но Джареду все равно стало жарко. Двигающиеся руки действовали как маленькие молнии, пуская огненные волны по телу. Джаред совершенно не понимал, как работает его тело! Чем то, что Дженсен делал сейчас, отличалось от того, что он делал раньше? Разум подсказывал, что ничем, но сердце, убыстряясь, стучало, как в лихорадке, и это не имело ничего общего с прежним страхом.       Рука Дженсена замерла, а затем на Джареда поднялись широко раскрытые удивленные глаза. Он впервые посмотрел прямо.       — Ты это серьезно?       Джаред не до конца понял смысл вопроса, но догадался, к чему он относится, и на всякий случай кивнул.       — Да я же тебя изна… — возмутился было Дженсен и резко оборвал сам себя.       Джаред непонимающе склонил голову набок, а затем вспомнил о главных сейчас словах.       — Ты сказал, что согласен, — напомнил он.       — Охуеть, ты действительно серьезно!       Джаред окончательно запутался, но все же счел нужным объяснить.       — Теперь я хочу. — В голову пришло нечто очень важное, очень-очень важное. Сейчас он это понимал. Поколебавшись, Джаред уточнил: — А ты… нет?       Дженсен молчал. Он сосредоточенно хмурил брови и в то же время как-то беспомощно кусал губы. Джаред не знал, какой ответ это означает, и тоже закусил губу. Если Дженсен откажется, он готов это принять.       Дженсен поднялся на ноги.       — Мне все равно не понять, как ты думаешь.       Не дав уточнить, что означают его слова, он развернул Джареда обратно к стене и, приподняв ткань рубашки, пальцами пересчитал ребра. Джаред задрожал. Не только из-за щекотно-приятных ощущений. Он все понял. Без разъяснений и абсолютно точно.       Джаред ухватился руками за перегородку, но на этот раз не чтобы оттолкнуться, а для того, чтобы удержаться на ногах. Потому что Дженсен без проблем расправился с молнией на его штанах и принялся за то, от чего темнело в глазах совершенно по другим, хорошим причинам.        — И чтобы ты знал, русалка, — гораздо позже услышал он тихий голос, вместе с тем как пальцы покинули тело, — мой ответ — да. Хочу.       Руки вцепились в перегородку поверх его, и Джаред, задохнувшись, всхлипнул, когда Дженсен легко соединил их тела.              Утро встретило Джареда ломотой в теле, ярким солнцем и греющим сбоку жаром. Заметив, что он проснулся, Дженсен убрал планшет.       — Долго же ты спишь, русалка.       Спать хотелось еще. Буркнув, Джаред отвернулся. Но стоило ему почувствовать горячую руку у паха, как дыхание сбилось и сон ушел.       — Не много же тебе надо, — фыркнул Дженсен, переместив ладонь на крепнущий член.       Охотно развернувшись, Джаред тоже дотронулся до Дженсена и, встретившись с ним взглядом, начал старательно копировать его движения. Оказывается, это было не менее приятно, чем когда касались его. А в чем-то и лучше. Ему понравилось выражение лица Дженсена, когда тот позволил ему самому водить рукой по твердому стволу. Возможно, он мог бы попробовать…       Джаред погладил свободной рукой тазовые косточки и положил ладонь на ягодицу.       — Я могу…       — Что? — промычал Дженсен с прикрытыми глазами, медленно подаваясь ему в руку.       — Можно я… Дженсен, можно? — Джаред провел пальцами в ложбинке между ягодиц и замер.       Дженсен остановился и открыл глаза. На губах мелькнула ухмылка, а потом он отодвинулся.       — Вот еще. Обойдешься.       Категоричность отказа обидела.       — Эй, не дуйся. — Дженсен опрокинул его на спину и сполз по ногам вниз. — Я только сверху, рыбка, так что извини.       Выбор слов был странным, потому что это Джаред ночью сидел на Дженсене, но то, что тот вообще попытался объясниться, пусть и непонятно, примирило его с действительностью.       — Давай лучше я покажу тебе кое-что новое. — Дженсен толчком раздвинул ему ноги, лег между них и неторопливо коснулся губами живота.       Вздрогнув, Джаред задержал дыхание. Его полностью вставший член упирался в подбородок Дженсена и терся о его горло, пуская по телу разряды удовольствия. Не острые, скорее неторопливые, как волны. Накатывающие и захлестывающие. Все изменилось, стоило только горячему дыханию опалить чувствительную, сочащуюся жидкостью головку. Язык так и не коснулся раздразненной кожи, и Джаред протестующе всхлипнул. Его бедра дернулись было вверх, но Дженсен, засмеявшись, удержал их на месте. Он лизнул выступающую косточку бедра и попытался прикусить ее зубами. Это было странно и неприятно, и в то же время от напряжения внутри все скрутилось так, что захотелось скулить.       — Что… ты… делаешь? — Дыхание сбивалось.       — Думаю, — мурлыкнул Дженсен в кожу и, выдыхая по слову на каждом движении языка, продолжил: — Например, не сойдет ли слюна за воду и не обломится ли мне сейчас с сексом из-за хвоста в моей постели.       Дженсен согнул Джареду ногу, отвел ее в сторону и на пробу лизнул внутреннюю сторону бедра.       — Судя по всему, нет, — довольно заключил он и опять укусил. Больно.       Зашипев, Джаред попытался сжаться, но Дженсен не позволил. Удержав его ноги, он хмыкнул и только потом разжал зубы.       — Дженсен, — жалобно попросил Джаред, не зная, сколько еще выдержит это издевательство.       — Сейчас, рыбка, — пообещал Дженсен, гладя укушенную кожу пальцами. А затем рука замерла. — Что это у тебя?       Джаред разочарованно застонал и требовательно двинул бедрами, но продолжения не последовало. Тогда он неохотно привстал. Дженсен рассматривал слабый, почти сливающийся с кожей знак неподалеку от наливающегося темнотой укуса.       — Это мое имя, — нетерпеливо выпалил Джаред и попытался ткнуться стоящим членом под застывшую руку. Та почти касалась его, но так и не доставала.       Дженсен не повелся, продолжая разглядывать рисунок из букв и символов.       — Дженсен! — Джаред был готов его умолять, лишь бы он прекратил изучать русалочью метку и принялся за дело.       — Что?.. Ох, рыбка, прости, он просто показался мне знакомым. — Дженсен отпустил его ногу и, запрокинув голову, заглянул в глаза. — Сейчас узнаешь, что такое минет. Запоминай.       Закончив говорить, он не колеблясь, обхватил губами член. Джаред подавился всеми возможными вопросами и возражениями. Стон был громким, почти криком, оглушившим его самого, и он поспешно зажал рот. Зубы вцепились в пальцы, но все равно не остановили вырывавшихся всхлипов. Было горячо и влажно. Дженсен заглатывал член до основания, а затем выпускал почти полностью, облизывая головку, и снова растягивал губы по стволу.       Джаред не знал, чего хотелось больше: наблюдать за человеком или, откинув голову, зажмуриться и утонуть в резком, остром удовольствии.       Он все еще не мог понять, как у Дженсена это получалось, как он парой движений разжигал огонь там, где всегда была вода. Казалось, пламя выжигает его изнутри, но это было самым ярким наслаждением, что Джареду доводилось когда-либо испытывать.       Он всхлипывал, толкался бедрами, умолял Дженсена остановиться и не хотел этого больше всего на свете. Дженсен и не останавливался.       Джаред мечтал его коснуться, доставить ему такое же сжигающее удовольствие, но не верил, что сам способен его взывать. То, что делал Дженсен, было магией — особой, присущей только человеку магией.       Он озвучил это вслух, и горло Дженсена завибрировало в стоне, перешедшем от него к Джареду. Давление рук исчезло, позволив бедрам самим приподниматься так, как им хочется. Только кончики пальцев касались кожи в иллюзии контроля.       Всего этого оказалось достаточно, чтобы Джаред потерялся. И умер. На мгновение, но он был уверен, что это так.       — Дженсен, Дженсен… — Еще не очнувшись от выжимающего удовольствия, он попытался потянуть Дженсена на себя, чтобы рассказать, как ему хорошо, но слова захлебывались и отказывались связываться в предложения.       Дженсен приподнялся, попробовал подтянуться на руках и тут же опустился обратно, так и оставшись лежать между его ног. Когда он запрокинул голову и весело посмотрел Джареду в глаза, его короткие волосы защекотали кожу на груди.       — Ты сведешь меня в могилу, русалка, — объявил он. — Кончить, только делая минет, поверить не могу!       Джаред не знал, что ответить. Тело казалось тяжелым и в то же время оглушающе легким. Ему хотелось, чтобы Дженсен полежал так еще немного. Еще маленькую вечность, пока он придет в себя и сможет сказать хоть несколько слов.       — Мне было хорошо, — наконец произнес он.       — Я знаю, — хмыкнул Дженсен. — Ты так кричал и умолял, что слышно было, наверное, в Центральном парке.       — Я не совсем понимаю, что ты хочешь этим сказать, — признался Джаред и услышал негромкий смех.       — Поверь, это я тоже знаю.       Они просто лежали. Дженсен выводил пальцами рисунок у него на животе, а Джаред смотрел в потолок.       — Дженсен... — Он подождал, пока Дженсен поднимет голову. — Почему ты вырос здесь, а не в племени Туманного Стража?       Дженсен поморщился, хотя свое занятие не оставил. От его пальцев становилось щекотно, но дергаться было лень.       — Мои родители умерли рано. Отец — еще до моего рождения, а мать — почти сразу после, поэтому меня воспитывал дед, но… в итоге родственники со стороны отца решили, что мне лучше расти здесь, на Земле.       — Разве ты не мог вернуться? Почему в племени сказали, что ты был потерян?       На этот раз Дженсен молчал дольше.       — Сложно найти кого-то, опираясь на воспоминания шестилетнего ребенка. А я… забыл почти все. Их, другой мир. Моим миром стал этот. Когда я нашел племя, уже было поздно. Я стал тем, кем стал.       — Кем?       Дженсен передернул плечами.       — Другим человеком.       — Ты мне нравишься таким, какой ты есть.       Вместо того чтобы обрадоваться его словам, Дженсен помрачнел. Пожалев о заданном вопросе, Джаред повернул голову и заметил стоявшую возле дивана яркую оранжевую вазу.       — Это из-за «ошибок молодости»? — вспомнил он о когда-то прозвучавших словах.       Дженсен удивленно приподнял голову, а когда проследил за его взглядом, фыркнул:       — То были другие ошибки. Означающие, что хищение чужой собственности может закончиться решеткой. Но я не жалею. Из тюрьмы нас с Маннсом вытащили, а ваза так и осталась у меня.       Джаред опять перестал его понимать, но суть уловил. Это было как щелчок или вспышка.       — Получается, ты тоже искал неизвестно кого и неизвестно где?       Рука Дженсена замерла.       — Получается, что так, — после долгой паузы согласился он и, улыбнувшись, приподнялся. — Пора вставать, русалка.       Джаред ощутил, как его рта мимолетно коснулся рот Дженсена. Он удивленно раскрыл глаза и недоверчиво потрогал пальцами губы.       Должно быть, Дженсен заметил его замешательство.       — Что еще?       — Ты… меня поцеловал?..       — Я тебе минет сделал, а ты заметил только поцелуй?       Джаред не знал, что сказать. Это был поцелуй? Тот самый, которыми обмениваются люди? Тот, который…       Вздохнув, Дженсен присел обратно и сжал пальцами его подбородок. Джаред опять почувствовал соприкосновение губ. Язык, вынудив шире открыть рот, уверенно прошел между зубов и скользнул внутрь. Тело пробила молния. А затем Дженсен отстранился.       — Вот это — поцелуй, — со смехом в глазах объяснил он. — А теперь в душ!