Дом

      Чуя не знает, как обозначить их совместную прогулку в городе. Хорошо? Плохо? Можно назвать это чем-то забавным или пугающим? Но факт нахождения цветной коробке с той дурацкой детской шляпой, парочкой лент и клинок, который он тогда долго рассматривал — можно назвать неожиданным. И подобно выходкам Осаму в городе, наличие этих предметов — игнорировать нельзя. Мужчину вообще игнорировать сложно. Как и небольшой букет цветов под его собственной дверью! Накахара потер виски. Словно он, блять, не догадывается, что это чудовище стоит за углом и не сдерживает своей дебильной улыбки. Детский сад какой-то. Рыжий этого не понимает. Понимает, но не понимает. Когда-то он читал сестре сказку и доходчиво объяснял поведение главного героя. Сам конечно не осознавал, зачем тот это делал, но судя по жанру и манере — выражал симпатию. Потом пришлось заниматься с Кёкой этикетом и манерой поведения — отчего рыжему пришлось подтягивать социальные взаимоотношение и более углубится в проявление каких-либо чувств. Вот только на теории все хорошо, а когда ты проживаешь это сам … Рыжий все же не понимает. Ему просто не с чем сравнивать, что вводит в стопор, мгновенно реагируя на непонятное действие, как на угрозу. Вот только он страдает от выходок бинтованного аристократа не первый день, следовательно, догадался, что тот чего-то добивается. Непонятно чего — выиграть пари или просто доканать.  — Неужели это весело? — поинтересовался Накахара, смотря точно на притаившегося Осаму.  — Наблюдать за тобой? — выглянул Дазай, немного смущенный, что его вновь раскрыли. — Невероятно! Когда Чуя обескуражен, то схож с котенком! Умилительное зрелище! Мы с тобой словно играем в прятки!  — И я выигрываю? — Секюте сложил на груди руки, пропуская сомнительные комплименты мимо ушей.  — Хм, — мужчина подошел ближе, приняв глубоко задумавший вид. — думаю, если ты спрячешь, а я тебя не найду, что априори невозможно, то да.  — Почему ты так в этом уверен? — не понимал Накахара. — Это мой дом, я знаком с территорией лучше тебя.  — В этом то и дело, ты привык, что все на своих местах, — принялся на ходу объяснять аристократ. — И, если я правильно вклинюсь в систему — ты меня просто не заметишь. — мужчина победно развел руками. — Чуя, если бы я хотел, то ты бы меня ни за что не увидел!  — Правда? — рыжий удивленно вскинул брови. — Тогда, может ты спрячешься прямо сейчас и продемонстрируешь мне свое мастерство?  — Легко! — воссиял Осаму и, подобно ребенку, хлопнул в ладоши. — Ты считай до десяти, а я…  — Раз… Предупредительно выдал Секюте и закрыл глаза руками, давая шатену убежать в одну из сторон.  — Чуя-Чуя, подожди! — донеслось чуть дальше из коридора, словно Осаму вспомнил что-то важное. — А какая у меня награда?  — Награда? — задумался рыжий и немного раздраженно выкрикнул, желая поскорее избавиться. — Не знаю, делай что хочешь! И продолжил нарочно громко считать, совершенно не вслушиваясь в отдаляющиеся шаги. Осаму все же такой ребенок. Секюте стало быть беспокоиться о каких-либо изменениях после выезда в город. Да нет, у мужчины все еще ветер в голове. Накахара поднял предметы, надеясь, что никто не видел его маленькую хитрость и утренний презент. Он остается грустной кучей в покоях. Рыжий снова посмотрел на ладонь в перчатке. Наверное, за последний час больше чем за всю жизнь, сверля ее взглядом. Это было неожиданно. Хотя, зная шатен легко было догадаться, что тот что-то выкинет. Легкий поцелуй сквозь ткань прошиб до мозга, заставляя все тело покрыться гусиной коже, но в этом … было что-то приятное. Как тогда, когда Коё опасливо погладила по волосам. К тому моменту он жил в доме почти два года, но любой контакт по-прежнему выбивал воздух. Заставлял голову ходить кругом, без остановки и малейшего торможения. Так рук Накахары еще не касались. Никогда. И это все странно, странно, странно, а значит — опасно. Все что не можешь объяснить — может тебя убить. Навредить не тебе одному, но и людям, за которых ты в ответе. Но все же. Все же. Может, у Осаму действительно что-то получится? * * *  — Тут не соответствие, — проговорил рыжий и сложил два, казалось бы, идентичных документа на стол брата.  — Что? — голова другого рыжего моментально оторвалась от иных листов, мгновенно теряя информацию, что успел из них получить. — Нет, Чуя, этого не может… Накахара просто показал на выделенные фрагменты.  — Взгляни, здесь несоответствие по структуре предложения, — пояснил Чуя. Он бы никогда не посмел черкаться в документах без дозволения или распоряжения. Но сразу догадался, что проверенные его братом «сигнальники» — абсолютно разнятся по смыслу. Содержание одно и тоже, но единственная запятая способна кардинально изменить суть. При разборках, ты никак не сможешь сослаться на — не заметил или здесь была ошибка. Потому Коё Озаки временами подбрасывает подобные листы для проверки работы своего наследника.  — Повезло, что это тренировочные лисы от Госпожи, — выдохнул Накахара, пока брат был готов испустить дух  — Чуя, — жалостливо протянул Тачихара. — может поменяемся, а? Ты то в этом лучше понимаешь! И… Мичизу никогда не мог понять: как его мать, сестра и брат могут ТАК смотреть. Буравя, прижимая к стулу, да так, что аж сердце сжимается, а пот стекает с новой силой. Иногда ему кажется, что это он не имеет общей крови в их семье.  — Да-да-да-да, — пробормотал Тачихара и быстро закивал головой. — Я работаю! М-м-м-м, бумажная волокита! Обожаю! Накахара едва заметно приподнял уголки губ. Приятно, когда ваша родня понимает вас с одного взгляда. Чуя отошел от стола брата, наблюдая, как юный наследник вновь резво взялся за документы. Развернулся на каблуках и сел за стол неподалеку, возобновляя свою работу.  — Кстати, — неожиданно нарушил тишину Мичидзо, облокачиваясь на спинку кресла. — где сегодня шатается этот Дазай?  — Не знаю, — честно отозвался Чуя.  — Странно, — протянул Тачихара. Накахара неожиданно смог оторваться от ровных строк и недоуменно посмотрел на брата.  — Почему странно? — рыжий конечно Секюте и обязан знать, что происходит в доме досконально, но иногда что-то можно упустить. Тем более лично шатена непредсказуемая, может обнаружится в любой части дома, за любым делом и при любых обстоятельствах.  — Был уверен, что ты в курсе, — немного смущенно отозвался парень. — Просто, вас в последнее время тяжело застать по одиночке. Вот и подумал …  — Если он тебе потребуется, думаю, мы сможем узнать о его местоположении у прислуги или его Секюте, — предположил Чуя. — Позвать?  — Нет, не нужно, не нужно, — заплетался языком и руками Мичизу. — И все же странно, что ты не в курсе. Вас же не отодрать … ладно-ладно, не смотри так. Накахара вновь вернулся к работе. Бред какой-то. Почему это он должен следить за мужчиной? Да, он подозрительный, да вечно суется, куда не надо и доставляет массу проблем … но Чуя то в няньки не нанимался! Кто он вообще ему, чтобы знать, где тот шляется? И вправду. Помимо обязанности Секюте, у него нет причин знать, чем занят Осаму. Больше просто незачем. Отношения совершенно не такие. И почему-то от этого грустно.  — Слушай, — резко выдохнул Тачихара. — сестра мне все рассказала, и Чуя, в этом нет ничего такого. Рыжий повернулся в сторону собеседника, что снова отлынивал от работы.  — Я о том, что, — Мичизу никогда не думал, что будет говорить о таком с Накахарой. Он был определенно не тем, от кого ждешь подобное, но все же был человеком. И если так, то Тачихара в какой-то степени рад за брата. — Типо, хей, что такого в том, что одному мужчине нравится другой мужчина? Накахара застыл в немом ступоре, позволяя капле чернил упасть на стол и растечься по дереву в неприглядном узоре.  — Нет, правда, я очень рад, что ты смог кого-то к себе подпустить! Честно! — продолжил парень. — Честно, мне Осаму не особо нравится. Не так, как Идзуми, та на него волком, будь здоров, глядит. Но это все же твой выбор и …  — Ты, — запнулся рыжий и убрал перо дабы не запачкать еще что-нибудь. Все это время его рот неумолимо жаждал раскрыться и повиснуть в неверии. — ты, — еще никогда не хотел покрыть благим матом дражайшего брата. — как вообще до этого додумался?  — Тут и слепой заметит …  — Что за чушь! — вспылил Чуя и интуитивно поднялся с места. — Как ты мог такое подумать?! Это какой-то бред! Стыдоба какая-то! И это ему говорит родной брат! Накахара не помнил, чтобы позволял себе повысить голос на Мичизу. Нет, такое происходило, во времена чрезвычайных ситуаций или иных опасных моментов. Может насчитается раза три за всю жизнь.  — Я, пожалуй, дойду до Госпожи Коё, — выдохнул рыжий, чувствуя себя не в своей тарелке. — Отнесу документы. «Подумай о том, что говоришь» — осталось невысказанным. Мичизу еще долго глядел на закрывшуюся дверь, не понимая, когда его брат стал таким эмоциональным. * * *  — И да, — Коё подняла руку желая задержать Накахару, который уже был у двери. — Чуя, будь любезен уладь вопрос об изменении вечернего меню, — женщина немного стушевалась, что могла позволить себе лишь в присутствии детей. — Нет настроя на овощи, да и на говядину.  — Может, занять большую часть свежевыловленной рыбой? — предложил Чуя, внутренне морщась, представляя запах скумбрии во время готовки.  — В самый раз, — Озаки кивнула головой и вернулась к работе. — Чуя, постараешься прийти сегодня? Рыжий только кивнул головой. Разобраться с ужином, перепроверить работу брата, подготовиться к уроку Кёки, проверить, как проходят ее дела с другими преподавателями, подготовить пару писем и распорядится по поводу починки. И еще по мелочи. Это только то, что добавилось сейчас. Но хотя бы почти вся работа выполнена. Из срочного только ужин через пару часов и …  — Чуя, — Накахара понятливо остановился и обернулся к подбегающему Доппо. — Прошу прощения.  — Добрый вечер, — рыжий возобновил движение рядом с коллегой. — чем могу помочь?  — Послушайте, — мужчина в очках остановился и Чуя немного напрягся из-за разницы в росте. — Чуя, я понятие имею, как вам это удалось и первые несколько часов искренне радовался, — распинался мужчина. — Но все же… Чуя, куда запропастился Дазай? Почему все считают, что он обязан … Твою мать. Рыжий только сейчас вспомнил утренний детский фрагмент. Блять. Он же согласился играть с ним в прятки, а тот … Неужели с того момента Осаму и вправду никто больше не видел?!  — Куникида, — обратился Накахара и осмотрелся по сторонам. — Я видел его утром, и он … Чуя немного сознается — забыл. Стыдно конечно, но работа не стоит! Да и вообще, если бы что-то произошло, то Дазай — взрослый человек, наверняка справится со всем.  — Значит, — Доппо облокотился на стену. И как он не подумал о таком варианте? — Хотел поиграть в прятки? Это в его стиле …  — Скоро ужин, — поделился Накахара. — Если с того момента он не появлялся, то наверняка объявится голодный.  — В этом то и дело, — поддержал блондин. — я сказал тоже самое, во время обеда. Только он не появился, да и сейчас час уже поздний.  — Хорошо, — рыжий мотнул головой. — урегулирую с ужином и проверю документы, — Чуя выдохнул. — давайте его поищем.  — Я помогу. — предложил Доппо. — в две руки быстрее. * * *  — Черт. Чуя никогда не думал, что будет обыскивать шкафы и ругаться. Иначе говоря — играть в прятки. Поначалу, рыжий действительно свято верил, что все не так страшно, как говорит Куникида. Лениво, чисто для галочки, прошелся по коридорам и комнатам. Подумаешь, забыл о маленькой уловке. Дазай ведь не мог воспринять все всерьез? Настолько… Что правда где-то спрячется и будет целый день сидеть … Твою мать, что за поведение?  — Куникида.  — Тоже не нашли? — рыжий пересекся с мужчиной в одном из коридоров, очкарик раздраженно взглянул на часы. — Почти ужин.  — Мне это не нравится, — пробормотал Накахара. — Нужно подключать людей. Он мог выйти на улицу, а в такой темноте мы вдвоем его не отыщем. Чего его потянуло играть в эти игры с Осаму?! Тот ведь, как малое дитя, чуть что … И глазом не поведет — сиганет в гущу. Ребенок с шилом в одном месте и вечными заскоками. Вроде, умный, образованный человек, а поведение и манеры. Чуя тоже хорошо, зачем было дразнить? Вдруг, правда, что приключилось, а никто не знает. Твою мать. Этого еще не хватало. Местность хоть и цветущая, но скалистая. А если он в пруд упал?! Или за что зацепился и лоб себе расшиб?! Мог и из окна вывалится, по лестнице в подвал упасть или еще чего… За шатеном же глаз, да глаз нужен! Гений-гением, а ребенок-ребенком! Накахара потер переносицу. Снова с группой прочесывают прилегающий участок, пока прислуга, в компании Доппо, ищут в доме. Поиграли, блять, в прятки. С длинной мумией непонятно, что произошло, не ясно жив ли вообще! Что если он посчитал, что их территория мала и сиганул за стену?! Там день со дня не сыщешь! Чуе все еще тяжело поверить в происходящее. Глупо, тупо, но … страшно. Рыжий глубоко выдыхает. Дело даже не в том, что он, как Секюте не доглядел за гостем, дело в том, что именно он сказал Осаму сделать это. Не попадаться на глаза. Нужно было сразу его остановить. Черт. А сейчас он не пойми где, не пойми в каком состоянии, целый ли. Накахара бы лучше потерпел того, чем так шататься по темноте с паникой и волнением. Да и терпеть Осаму не так уж сложно …  — Найду — закопаю обратно, — выругался Накахара. За что все это? Неужели он недостаточно настрадался, чтобы еще и за это переживать? Чертов Осаму, лучше бы рядом крутился — по спокойней было бы. Найдет — запрет на кухне, что б наелся и спать лег. И что никуда не сунулся. Накахара облокотился о столб дерева и глубоко вздохнул. Ночь на дворе, почти полночь, а шатен радостный ускакал около семи утра.  — Черт. Нужно было сразу идти за ним. Чуя отпрянул и вновь зашагал, стараясь не отвлекаться на огни таких же фонарей, среди столбов и кроны деревьев.  — Дазай! — в общий гомон выкрикнул рыжий.  — Поверить не могу, — донеслось где-то сверху. — Чуя, ты отвратителен в игре. У Накахары сердце прострелило и после, казалось бы, долгих поисков источника звука, все же запрокинул голову к одному из деревьев.  — Дазай, ты, ты, — Чуя передумал, руки чешутся кинуть фонарем в этого воробья и закопать тем, где упадет.  — Чуя, — подал голос Осаму. — это я должен ругаться! Ты ужасен в прятках! И!..  — Я тебе скажу, кто должен, а кто нет, — прошипел рыжий. — Живо спускайся! Ты хоть представляешь, сколько людей тебя ищет!  — Чуя, по правилам, — усмехнулся Осаму. — мы с тобой вдвоем играли …  — Какое, блять, играли?! — выкрикнул рыжий. — Ты совсем с головой не дружишь?!  — Но, — хоть в темноте и не было видно, но Дазай улыбнулся. — если Чуя сказал, что поиграет и будет искать меня, то …  — Дурак ты, — выдохнул Накахара и опустил голову. — Ребенок, — что за глупости, от которых рыжему только больше стыдно. — Все спускайся. Обещаю, не закапывать сразу и оставить это право Куникиде.  — Ого, как ты заставил этого зануду играть?  — Этот зануда пуще меня мечется, — подметил Чуя. — Слезай говорю.  — Чуя, тут такое дело, — немного смущенно выдал шатен. — я, это, не могу. Этого еще не хватало. Тут высота ветки, на которой уместился мужчина, меньше его собственного роста.  — Почему ты не можешь? — спокойно вопросил Чуя. Нашелся и то прекрасно.  — Ну, — уклончиво ответил шатен. — не могу и все.  — И что ты мне предлагаешь? — Накахара почти уверен, что собеседник пожал плечами. Может сходить за кем еще? Осаму явно издевается.  — Чуя, не уходи, а? — шатен явно догадался о ходе его мыслей.  — Еще скажи, что темноты боишься, — выдал рыжий и подошел ближе к стволу.  — Не темноты, — пробормотал Осаму. — Ты чего? Чуя!  — Мне выше не подобраться, — ни черта не видно. — руку давай…  — Чуя, ты меня ловить вздумал? — пораженно пробормотал Осаму.  — Сам спустишься? — вопросил Чуя на что ему ответила лишь тишина. — Как ребенок … Рыжий не ожидал, что мужчина спрыгнет так быстро и как-то испуганно вцепится в него. Быстро зацепился и не позволил утянуть себя на темную траву. Накахара выдохнул и отступил.  — Тут корни, — подал голос Чуя. — Зачем вообще туда полез …  — Ты в порядке? — обеспокоенно поинтересовался шатен, почти вися на нем. Его голос прозвучал в темноте слишком близко. Почти вплотную. Осознание бьет наотмашь, но Накахара не отпускает. А куда его отпустить? Чуя шумно вздохнул, стараясь не зацикливаться на том, что ощущает тело и что выдает разум.  — Сам встанешь? — вместо этого спрашивает Чуя, уже понимая ответ.