Падение

«Стой где стоишь!» Сколько раз Джон проклинал себя за подчинение. Надо было сделать хоть что-то, а не глупо застыть. Может, тогда бы всё пошло по-другому. Может... Самый часто повторяющийся после этих событий сон - воспроизведение того дня. И каждый раз Джон не успевает. Неудивительно. *** С Бейкер-стрит Ватсон съехал спустя неделю. Сначала в захолустную гостиницу, потом к подружке. Потом опять в гостиницу и опять к подружке. Несколько раз, когда он разрывал отношения с очередной девушкой, а снимать чужую комнату не хотелось до отвращения, он возвращался туда, на 221В. Ужинал с миссис Хадсон, поднимался в свою комнату и ложился в кровать. Главным отличием от прошлой жизни было вязкое спокойствие, окутавшее всю квартиру, и непривычная ночная тишина. Никто в гостиной не шуршал бумагами, не играл на скрипке или не ставил эксперименты. Словом, всё, что раньше Джон желал и что сейчас нагоняло на него всепоглощающую тоску. Непонятно, чего от таких ночей было больше - облегчения или, наоборот, усиления боли. Каждую такую ночь Джон плакал. Именно это место не давало заснуть, разжигало огонь, поглощающий все эмоции и оставляющий только апатию. Но, уходя на следующее утро, Ватсон набирался сил на некоторое время. И снова начиналась череда гостиниц и подружек. Он завёл привычку - каждую пятницу и субботу ходить в бар. Первое время напивался до невменяемости, потом уже больше знакомился с девушками. Точнее, они сами с ним знакомились. Интересно, что их привлекало в старом свитере и уставших глазах? Видимо, что-то такое было, потому что Джон часто стал получать салфетки с номерами. И он звонил - просто чтобы отвлечься. На серьёзные отношения его не тянуло, но господи, существовать, только скорбя по бывшему соседу, нельзя, каким бы невозможным этот сосед не был. После третьего посещения могилы Холмса Джон туда больше не приходил. Решил, что лучше дать ране зарасти, чем каждый раз сдирать корочку. С девушками проще было отвлечься. Поговорить о погоде, ценах, политике - о чём говорит большинство людей. Постоянность, небольшая предсказуемость, спокойствие - то, во что Ватсону окунулся с головой и откуда не пытался вынырнуть. Окружал себя всем тем, что было противоположно его прошлой жизни , которая разрушилась на многочисленные осколки за несколько секунд. Старался забыться. С Грегом он практически перестал общаться. Пару раз они пересекались, но без помощи консультирующего детектива дела раскрывались медленнее, и Лестрейндж стал всё чаще и чаще задерживаться по вечерам. На встречу у одного не хватало времени, а другого сил. Спустя семь месяцев после похорони Джон встретил Мэри. И это был глоток свежего воздуха. В ней Ватсон увидел будущее, свет, который он считал уже недоступным для себя. Она была крайне интересным человеком. Джон мог разговаривать с ней часами, и абсолютно все затрагиваемые темы б удалились так, что заканчивать разговор не хотелось. В Мэри он заново нашёл себя, и спустя полтора года знакомства решился на серьёзный шаг. Мечта о семейном счастье и спокойной жизни была рядом, буквально за спиной, и Джон был не против, но внутренняя тревога, живущая в нём уже несколько лет, не замолкала ни на минуту. «Что-то не то».«Неправда», - уверял себя Джон, - «Это то, в чём я нуждаюсь». И в самый неподходящий момент появился Шерлок. Да, Джон вышел из себя. Но невозможно оставаться спокойным рядом с этим человеком, который не считался с окружающими. Нет, больше он с ним не пересечётся.

***

03.04.2014 После ухода с Бэйкер-стрит Джон пошёл в квартиру Мэри, где он в данный момент жил. Он проснулся достаточно рано, поэтому планировал дойти дотуда пешком и позавтракать вместе с девушкой. Как нормальный, обычный человек, который знает, что произойдёт сегодня вечером. А не тот, который срывается с работы по звонку какого-то идиота. К тому же Джона мучила совесть за то, что он вчера бросил Мэри и вёл себя неподобающе. Он планировал извиниться, возможно, чем-то загладить свою вину, потому что сегодня его жизнь точно должна измениться. Он вошёл в квартиру. В ней было тепло и пахло духами Мэри, которыми она вообще всего пользовалась - какой-то нежный цветочный запах. Джон в них не разбирался, но аромат ему очень нравился. Шум в ванной дал понять, что девушка сейчас умывается. Ватсон улыбнулся и пошёл на кухню.

***

Когда Мэри вышла из ванной комнаты, она услышала звон вилок на кухне. Выглянув из-за угла, она увидела, что это Джон - вернулся после ночёвки непонятно где. Мужчина стоял возле плиты, снимая со сковороды яичницу. Свежеиспечённые тосты, масло и джем на столе - всё, что любит Джон и что не любит Мэри. Девушка вздохнула. Ватсон обернулся и увидел девушку. Улыбнувшись, он приблизился к ней и поцеловал в щёку. - Доброе утро, - он слегка приобнял её, - Кофе? - Нет, я буду чай, - вежливо улыбнулась Мэри. И то, что она никогда не пьёт кофе, Джон не помнит. Блеск. Ватсон в это время поставил тарелки на стол. Девушка всё-таки решила съесть это - уж больно измученным выглядет Джон. Сейчас ему плохо, если Мэри скажет, что он сделал что-то не так, то расстроится ещё сильнее. А Морстер никогда не любила, чтобы её окружали удручённые люди. Это плохо сказывалось и на её самочувствии. - Хорошо ночью выспался? - вежливо спросила она, глотая ненавистную яичницу, хотя прекрасно видела, что вряд ли ночью Джон спал вообще. - Отлично, - воодушевлённо соврал Джон, - Спал как убитый. - Где же ты ночевал? - осторожно поинтересовалась Мэри. - На Бэйкер-стрит, - ответил Джон. И застыл, глядя на чашку девушки. - Как миссис Хадсон? - после некоторого молчания произнесла Морстер. Её настроение неуклонно начало портиться. - О, бесподобно, - сказал Джон, - Бедро больше не мучает, да и давление на погоду меньше реагирует. - Ясно, - Мэри отложила недоеденную яичницу и принялась пить чай. Не хотелось говорить с этим человеком ни о чём. Последние несколько месяцев он вызывал только отвращение. Джон, видимо, почувствовал перемену в голосе девушки. Он быстро доел, наспех допили кофе, положил пустую посуду в посудомойку и ушёл в другую комнату. Стал шуршать одеждой, переодеваясь. Мэри продолжала одиноко сидеть за столом, погружённая в свои мысли. - Я пошёл, - Ватсон снова появился на кухне, поцеловал девушку и стал надевать куртку, - Сегодня постараюсь пораньше. Мэри угукнула. Когда за мужчиной закрылась дверь, она тяжело вздохнула и закрыла лицо руками. Боже, как с ним тяжело!

***

Ватсон сидел на своём рабочем месте. Больных сегодня было немного, и он то и дело думал об утренней ситуации. Получилось, конечно, плохо. Он не извинился, настроение у Мэри было, мягко говоря, не очень. Джон понимал, что ей не понравилось его ночное исчезновение, но не знал, как он мог сгладить свой проступок. Да и надо ли было сглаживать? Он же и раньше иногда уходил на Бэйкер-стрит, только что предупреждал об этом заранее. А может, она думает, что он был в другом месте? Может, это ревность? Он стал машинально что-то чертить на испорченном документе, который не успел выбросить. Джон надеялся, что сегодня вечером у них всё снова станет хорошо, что они помирятся и что он отделается от мыслей о прошлом и перейдёт к своим планам на будущее. - К вам можно? - в дверь постучали, и в кабинет заглянула мальчишеская голова. - Да-да! - воскликнул Джон, сминая ненужный документ, - Проходите.