Гарри, Луна, и волшебство.

История вторая: Признание.

Учеников школы чародейства и волшебства иногда слегка возмущало: почему в их школе так мало праздников? Во всём волшебном мире была куча всяких весёлых праздников, и сопутствующие им сумасшедшие волшебные мероприятия, которые даже и не снились маглам. Однако ученики Хогвартса не могли в них участвовать, так как в это время были заняты учёбой. Конечно оставались: Хэллоуин, Рождество и Пасха, в честь которых руководство школы готовило феноменальные торжества для тех учеников, которые решили остаться здесь, а не уехать домой (ведь именно на рождество и пасху приходились каникулы). Но всё же по мнению большинства учеников (даже слизеринцы были в числе большинства) этого было очень мало. Именно по этой причине «внеплановые» праздники были так горячо любимы учениками. Например «День Святого Валентина». В этом смысле волшебники мало чем отличались от маглов. И этот день был у них на особом счету. Впрочем был и другой – не менее важный праздник, которые праздновали не только ученики и преподаватели, но и весь волшебный мир. «Юбилей Хогвартса». И так уж вышло, что именно в этом году школа праздновала своё тысячелетие. Грандиозное событие! В связи этим в программе празднования намечалось множество захватывающих вещей, начиная от парада волшебных существ и заканчивая показательными выступлениями волшебных искусств. «Святочный Бал» - также был в списке развлекательно программы. Оставался всего один день до великого события, и всеми завладело предпраздничное возбуждение. Везде была весёлая какофония голосов и выкриков. Носились в спешке туда-сюда: люди, домовые, привидения, картины и прочие волшебные и не очень существа. Многие забыли про разногласия и все были веселы и бодры. Все? Вовсе нет. Казалось среди этого праздника жизни, лишь один Гарри Поттер слонялся без дела с понурым выражением лица и без какой либо цели. Хотя цель у него была. И весьма благородная и значимая – найти себе девушку (партнёршу) с которой он мог бы пойти на «Святочный Бал». А не весел он был как раз от того, что сделать этого не удавалось. Вернее будет сказать: не удавалось так, как хотелось самому Гарри. Ведь стоит только ему захотеть и попросить, как любая девушка согласится составить ему компанию. В конце концов, кто мог отказать самому Гарри Поттеру? И это было не пустое бахвальство, а жестокая истина. Жестокая по отношению к самому Гарри. Ведь девушек, с которыми ему было комфортно общаться и проводить время, было не так уж и много. А идти на Бал с той, которая была бы ему неприятна или уж тем более не знакома – было бы слишком глупо и бесполезно. Так думал Гарри. Именно поэтому он и слонялся по оживлённым коридорам Хогвартса, обременённый этой, без сомнения, благородной целью. Найти ТУ САМУЮ, с которой ему было бы комфортно. Как то сами собой ноги принесли его в гостиную Гриффиндора. Ведь где ещё искать пару, как не на родном и дружелюбном факультете? Однако увидев целующихся в углу Рона и Гермиону (и куда только подевался стыд последней?), он резко развернулся и вышел прочь. На самом деле, изначально, у него в планах было пригласить Гермиону. Нет, он не был настолько глуп или эгоистичен, чтобы вставать между счастьем своих друзей (они с этой задачей справлялись и сами), однако так уж вышло, что Гермиона была сейчас одна и он решил попытать счастья. Рон же планировал провести этот праздник со своей девушкой, которую он по обыкновению завёл чтобы побесить Гермиону, а затем увлёкся ею. Впрочем Гарри был уверен, что это как всегда не надолго. Он знал своего друга лучше чем кто-либо другой и понимал, что несмотря на его поведение – любит он лишь Гермиону, как бы старательно не пытался он это скрыть. Вернее он думал так ровно до того момента, как за дело не взялась сама Гермиона. Взялась всерьёз и основательно. Похоже что даже ей уже надоели эти недомолвки и глупость, что происходили между ними. Гермиона всегда была умной девочкой и умела принимать волевые решения. А если она что-то решила, то уже ничто и никто не могло её остановить. В этот раз своей целью она поставила: достучаться таки до дурного Рона и донести до него свои чувства. А так как просто стукнуть его книжкой по башке и сказать: «Я же тебя люблю дурак!» было не в её стиле, она разработала целый план, который включал в себя и подставную девушку, с которой встречался, и последующее признание от самого Рона, включая её собственное признание в ответ. Многоходовочка Грейнджер – как она сама после называла эту историю. В результате – на Бал они идут вместе (впервые как официальная пара). Не сказать, чтобы Гарри был очень этим расстроен. Вовсе нет, и даже наоборот – он был всем сердцем рад за своих друзей. Однако Гермиона, как партнёр (дружеский) для похода на бал – была бы идеальным вариантом. С ней он мог бы весело провести время. Но не судьба. Кроме того, на факультете было ещё много прекрасных девушек, с которыми он мог бы пойти на бал. Но большинство из них пошли бы на бал не с Гарри, а с Поттером. С его репутацией , а не с ним самим, как бы глупо это не звучало. И таких была не малая часть. Вторая же часть женского крыла была просто ему «некомфортна» для приятного времяпровождения. Наверное, если выбирать среди них, то можно было бы остановиться на кандидатуре Джинни Уизли. Тем более, что они уже пару раз пересекались в «Норе» и вполне неплохо общались. Он прекрасно знал, что она была в него влюблена. Но что же чувствовал сам Гарри по отношению к младшей сестре своего лучшего друга? Она определённо была ему симпатична. Но был ли он готов предоставить влюблённой девушке ту свободу, о которой она так мечтает? Гарри не знал ответа на это вопрос. Но подсознательно он всегда держал дистанцию между ними. Потому что боялся, что она лишь одна из тех, кто любит не его самого, а его имя и репутацию. Иногда его пугала её нездоровая одержимость «Гарри Поттером». Иногда он считал её самым милым существом на свете. Иногда он думал, что он лишь «трофей» (красивый и сверкающий) для Младшей Уизли. Проще говоря – Гарри обуревали самые разнообразные чувства в отношении девушки, и именно поэтому не мог позволить себе подпускать её близко. На самом деле было так мало людей, которые знали его Настоящего. Впрочем, была одна девушка, которая всё же знала. Та, думая о которой, у него на лице сама собой появляется улыбка, а сердце замирает в предвкушении чего-то волшебного. Та, которая понимала его. Этой девушкой была - Луна Лавгуд. Это было бы ложью, говорить о том, что Гарри совсем не думал о том, чтобы пригласить именно её. Скорее наоборот – вся его голова была занята этими мыслями. Как бы было здорово, если бы он пошёл на бал с ней! Как бы было весело! Как бы было волшебно! Как бы было спокойно! Гарри просто не мог не мечтать об этом. Однако он старательно гнал от себя эти мысли, твердя: «Не стоит этого делать. Это плоха идея». Причём он сам не мог понять, почему именно она была плохой. О ком же он заботился и за кого боялся, если это случится? За себя или за неё? Гарри не мог ответить на этот вопрос. На самом деле Гарри был уверен, что стоит ему попросить и Луна не откажет. Она с радостью пойдёт с ним на бал и будет танцевать с улыбкой на лице, хотя в душе ей и будет тяжко от многочисленных острых взглядов, которые непременно сопровождали Гарри всю его жизнь. Она была не тем человеком, который любил толпу и многолюдные праздники с кучей незнакомых людей. За то недолгое время их знакомства он понял это. Но всё же она бы согласилась. Согласилась бы без каких либо корыстных мыслей и ничего не требуя взамен. За это Гарри и нравилась Луна – за то, что она всегда, с самой первой их встречи, видела в нём не «мальчика-который-выжил» или «живую легенду, которая однажды спасёт волшебный мир», а всего лишь обычного мальчика. Именно по этой причине, лишь стоит ему сердечно попросить, как та не откажет. Да… Стоит лишь попросить. Но Гарри не станет этого делать. Ради себя. И ради неё. Вот такая вот дилемма и стояла перед Гарри Поттером, что вокруг было столько девушек, но он оставался один. Во многом из-за своей же собственной глупости и нерешительности. Но в этом он никогда не признается. В конце концов, Гарри всё же устал бродить по коридорам Хогвартса туда-сюда, ловя на себе заинтересованные взгляды девушек. Но решения так и не было найдено. А потому он просто плюнул на всё это, и решил: «Утро вечера мудренее» - как гласила знаменитая магловская пословица (которую так любил повторять дядя Вернон). Утро праздника стало для Гарри ещё большим адом, чем он мог себе представить. А началось оно с ночных кошмаров. После гибели Седрика ужасные до мурашек сны снова и снова посещали «мистера Гарри Поттера» - как смеялся Тёмный Лорд в половине этих кошмаров. Другую половину он даже и не помнил, или она представляла просто набор всевозможных ужастиков. В этот день он снова проснулся в холодном поту, тяжело дыша, и совсем ничего не соображая, словно на него применили заклинание «круциатус». Будут ли эти кошмары преследовать его всю жизнь? Или лишь до тех пор пока он не победит Того-Кого-Нельзя-Называть? Гарри не знал ответа на этот вопрос. В любом случае – день был заведомо испорчен. Последующее за пробуждением отвратительное утро Гарри вполне мог бы принять за очередной кошмар. Но увы – это была реальность. И от этого ему становилось лишь больнее. В этой атмосфере всеобщего веселья и безудержной радости, всё что ему хотелось - это забиться куда-нибудь в тёмный угол и не вылезать оттуда пока всё не закончится. А ведь ещё пару дней назад он ждал этого праздника не меньше чем кто-либо другой, если не даже не больше. Так почему же всё полетело в бездну именно сейчас? Гарри прекрасно понимал, что это лишь его мысли. Что он на себя накручивает. Что всё не так уж и плохо. Но понимать и принимать – две разные вещи. И не было никого, кто мог бы вытащить его из этого болота, в которое он сам себя загнал. Возможно Рон или Гермиона и могли бы, но они сейчас были заняты более важными вещами чем одиночество одного конкретного парня. Ещё никогда он не чувствовал себя так одиноко как сегодня. «И что мне делать?» - спрашивал себя Гарри – «Я не могу пропустить «Святочный Бал». Профессор Макгонагалл обещала вычесть по десять очков у всех кто не придёт на это мероприятие. Это нечестно пользоваться своим положением, чтобы заставить учеников идти на Бал если они не хотят!». Подумав Гарри решил всё же пойти на Бал, показаться там на глаза декану Гриффиндора, а затем незаметно слинять и заняться другими делами (учёбой или просто побездельничать). Составив план действий, он почувствовал, что на душе стало немного легче, поэтому решил сразу же отправиться приводить его в исполнение. Выйдя из башни Гриффиндора, он пошёл самым коротким путём – через секретный проход – на первый этаж. Когда он вышел из картины, на которой сражались нелепо выглядящие рыцари, ему осталось лишь пересечь пять лестниц, чтобы оказаться в холле и большом зале, где и проходил бал. Вернее это он так думал. Но у волшебных лестниц было своё мнение. А потому первая же лестница, на которую он ступил, внезапно стала двигаться и понесла его в совершенно противоположном направлении. Достигнув ведомой лишь ей (лестнице) цели, она остановилась, поставив Гарри перед выбором: идти вперед по предложенному направлению, или остаться и подождать что глупая лестница образумится и вернёт его на прежний путь. Проблемы было лишь две: первая - Гарри совершенно не знал куда вёл тот коридор, который ему «предлагали»; вторая – он не был уверен в том, когда именно дурацкая лестница решит вернуться на своё место. Гарри немного постоял на месте ожидая разрешения второй проблемы, однако его терпение кончилось, и он, взлохматив себе волосы и тяжело вздохнув, отправился вперед к неизвестному, здраво посчитав что хуже уже не будет. Он никогда не был против случайных приключений. Это в любом случае будет интереснее, чем торчать на Балу. Гарри не знал сколько времени он блуждал по этому коридору, однако вряд ли это заняло много времени, вопреки его ожиданиям. Судя по всему этим путём, хоть он и был явно секретным, довольно часто пользовались. Вот только кто? Ответ на этот вопрос нашёлся когда Гарри вышел из очередной картины, знаменовавшей конец тайного хода, и внезапно оказался в западной башне, рядом с гостиной Когтеврана. «А может всё же?» - эта мысль родилась в голове Гарри совершенно неожиданно и словно лесной пожар захватила всё его сознание. Он почувствовал как кровь приливает к его лицу, а сердце начинает биться всё быстрее. «Рискнуть или нет?» - думал Гарри, сжимая кулаки и не обращая внимания на удивлённые взгляды входящих и выходящих учеников. – «Наверное всё же не стоит». Он сделал лишь шаг назад, как воображение, словно противясь этому решению, внезапно нарисовало до безумия реальную картину улыбающегося лица девушки. Той самой, которая будет, без сомнения, счастлива если он сейчас всё же решится на возможно самый важный поступок в своей жизни. Полностью поглощённый этим наваждением, Гарри плюнул на все свои опасения и решил: «А, будь что будет!». И глубоко вздохнув, он резко развернулся на каблуке, сделав шаг вперед. Однако встав перед стражем гостиной Когтевран, он вдруг понял, что не сможет пройти внутрь, так как не знал ответа на загадку. Впрочем, словно понимая что неприятностей на его долю сегодня и так уже выпало немало, судьба решила сжалиться над ним и выход нашёлся – в лице Чжоу Чанг, которая появилась в дверях. - Эмм, привет? – неловко поприветствовала она его. - Привет – также неловко ответил Гарри. Было время когда Гарри думал, что он любит её. Однако после гибели Седрика Чжоу неожиданно стала сторониться его и возводить стену между ними, в результате их отношения так и не зашли дальше чем «чуть больше чем просто дружеские». - Извини, если отвлекаю тебя от чего-то важного – набравшись смелости произнёс Гарри, хотя по пышному платью девушки было и так понятно, что он её именно отвлекает, и именно от Бала – Но не могла бы ты позвать Луну? Пожалуйста? Чжоу долго смотрела ему в глаза, а затем тяжело вздохнула, словно ожидала от него совсем других слов. Но поняла что это уже не важно. Ни для кого из них. - Хорошо… - кивнула она, но тут же уточнила – А Луна, это кто? Услышав этот вопрос Гарри почему-то почувствовал как изнутри поднялась волна неконтролируемой злости, которая заставила его с силой сжать кулаки. «Как? Как они могут относиться к ней так пренебрежительно? Так издевательски?» - думал он. – «Она же не какой-то посторонний человек! Она их одноклассник! А они даже не знаю её имени!». - Полумну – скрепя зубами, холодно выдохнул он – Позови Лавгуд. Чжоу с удивлением, как-то по новому, взглянула на Гарри, а затем кивнула: - Хорошо, подожди немного. На удивление, это и правда не заняло много времени. Но его хватило, чтобы парень успел «остыть». Даже его самого удивила эта внезапная вспышка злости. В чём же была её причина? Однако найти ответ в своих чувствах он так и не успел, ведь причина сама появилась перед ним. Игнорируя любую этику и торжественную атмосферу праздника, Луна была одета в свою обычную повседневную одежду: свободные светлые брюки и тонкий малиновый короткий джемпер поверх белой рубашки. Словно в противовес входящим и выходящим девушкам в пышных или даже откровенных платьях, Луна была будто островок среди шторма, о который бились волны разноцветной моды. А дополняли всю эту картину домашние мягкие тапочки на её ножках. Апофеоз абсурда. Словно её и не касалась вся эта кутерьма вокруг. Но Гарри почему-то это даже нравилось. На его взгляд она смотрелась намного милее чем все девушки которых он видел сегодня. Разве другие этого не замечают? - Привет Гарри! – она поприветствовала его яркой дружелюбной улыбкой (увидев которую у Гарри чуть сердце не остановилось от переизбытка милоты) - Я как раз хотела сходить в Западную Башню, отправить письмо папе, а заодно прокормить свою сову. Она любит кушать на дорожку. Хочешь составить мне компанию? - С радостью – почему-то вдруг смутившись, улыбнулся парень. «Как так вышло, что компанию составляю я, хотя планировалось наоборот?» - подумал Гарри. Но был ли он этим недоволен? А вот и нет. Ни капельки. - Знаешь, я недавно нашла одну полянку, где обитают очень милые пикси. И самых-самых разных расцветок! Я например никогда не видела красных пикси, а ты? Представляешь, летая ночью, и их крылья светятся, словно они большие светлячки! А ещё там были рогатые полупикси, которые украли мою шляпу. Они повесили её на дерево и использовали в качестве гнезда, накидав туда волшебных бобов, которые не пойми откуда также наворовали… Находясь в хорошем настроении от того, что у неё появился благодарный слушатель, Луна принялась рассказывать необыкновенные истории одну за другой, ни на секунду не умолкая, впрочем и не забывая время от времени спрашивать мнение Гарри, втягивая его в тот безумный диалог, который так любила. Они медленно шагали по пустым, но хорошо освещённым, секретным коридорам Хогвартса, которыми его вела Луна. Расстояние между ними постепенно становилось всё меньше и меньше, пока они не поравнялись плечом к плечу. Иногда в порыве эмоций их руки или их плечи соприкасались, но девушка не обращала на это внимания, в отличие от Гарри, который жадно ловил каждый такой момент. И каждый раз его сердце было готово остановиться от счастья. Сам того не замечая, он снова обрёл хорошее расположение духа. И ему хотелось смеяться и плясать рядом с этой весёлой девчушкой. В этом и была магия Луны – она всегда умела достать его хорошее настроение с самого дна. Почему-то именно сейчас ему помнились те ужасные ночные кошмары. Раньше он никогда не помнил на утро чем именно они заканчивались, хотя всё остальное – самое неприятное – запоминалось отлично. Однако именно сейчас он вспомнил. Там была ОНА. В те моменты, когда тьма казалось поглотила всё мироздание, обязательно появлялся лучик света, который постепенно разгонял весь мрак. Этим светом была Луна. Её свет был тёплым и ярким. Словно патронус, он отгоняла все плохие мысли и сны, оставляя лишь тепло и спокойствие. Точно. В половине своих снов, которые не были кошмарами, героиней была именно она. Осознав это, Гарри, внимательно посмотрел на увлечённую монологом девушку и подумал: «Почему именно она?». Эта мысль заставляла его смущаться ещё сильнее. Однако вскоре и она отошла на второй или третий план, уступив место новой. И чем больше времени Гарри проводил вместе с Луной сейчас, тем более привлекательной эта идея стала ему казаться. В конце концов, эта навязчивая мысль настолько сильно заняла всё его сознание, что он более ни о чём и думать мог. «Стоит пригласить её на танец, пока не закончился Бал» - решил он. Именно сейчас ему захотелось разделить с ней танец. Однако когда он набрался смелости – оказалось не так уж и просто внятно это предложить, чтобы она не поняла его неправильно. В конце концов, он просто остановился и дождался, пока девушка сделает то же самое, осознав пропажу собеседника. Гарри стоял, опустив голову вниз, не зная куда деть свой взгляд. А Луна стояла с удивлением на лице, не понимая что это нашло на её друга. Она демонстративно склонила голову вбок и вопросительно на него взглянула. - Луна… Я эмм… Это… - невнятно промямлил он, внезапно растеряв всю храбрость – Хотел бы… Хотел бы… Тебя… Это… - Гарри, если хочешь что-то сказать, то говори не то что думаешь, а то что чувствуешь. Это помогает. Тогда нужные слова сами найдутся. – высокопарно заявила девушка. «Так и сделаю» - решил Гарри. Он закрыл глаза, собираясь с духом и стараясь выбросить из головы все ненужные мысли. Несмотря на глупость разворачивающейся перед ней сценки, его собеседница не высказывала признаков удивления или насмешек. Она лишь ждала. - Луна, ты… будешь моей девушкой? – внезапно выпалил Гарри. И тут же осёкся, осознав что именно произнёс. «Вот тебе и чувства… – ошеломлённо подумал он – Я правда это чувствую и этого желаю?». А сердце барабанило в груди, отвечая и словно крича: «ДА! ДА! ДА!». - Ах… Робкий вскрик заставил Гарри оторваться от своих мыслей и взглянуть на ту, из-за которой всё это и случилось. Луна же стояла, чуть согнув колени и прикрыв рот обеими ладонями, не верящее смотря на него широко раскрытыми большими глазами. В этом серебристом океане отчётливо плескалась куча эмоций, которых Гарри никогда прежде от девушки не видел. И преобладающими были: неверие, смущение и… радость? Видя такую робкую волшебную красоту перед собой, Гарри неожиданно понял, что он должен сделать. Несмотря на то, что ответ ещё не прозвучал, это чувство в груди, которое жгло словно лава и распространяло тепло по всему телу, заставляло его действовать. Широкими шагами, очень быстро, словно девушка может куда-то исчезнуть, он быстро подошёл к Луне и крепко её обнял. В этот момент, казалось, весь мир остановился… чтобы после завращаться его быстрее. Он чувствовал как дрожит тело девушки в его руках, однако сил опустить голову, чтобы смело взглянуть ей в лицо уже не было. А потому он не знал – плачет она или смеётся. Всё что мог сейчас Гарри – это лишь крепче сжать её в своих объятьях и, зарывшись лицом в её волосы, глубоко вдыхать это пьянящий аромат девичьего тела. Он пытался полностью прочувствовать всю её, словно это был последний раз в жизни. Наверное это и был последний раз, когда он мог позволить себе такое. Ведь девушка по-прежнему не дала никакого ответа. Но Гарри он уже и не был нужен. Даже если она его отвергнет…Даже если она прекратит с ним дружить… Даже если она его возненавидит… Это волшебное мгновение, которое разрушило все оковы его души и разогнало всех демонов его сердца – стоило того. Пусть это и эгоистично… но это объятие, впервые за долгое время, заставило Гарри снова почувствовать себя живым. Да – он поддался порыву, и возможно будет после корить себя за это, но сейчас… сейчас он был самым счастливым человеком в мире. Но даже самое счастливое мгновение, каким бы долгим оно не казалось, не может длиться вечно. Ведь даже не смотря на то, что девушка не пыталась вырваться, чем дольше они так стояли в обнимку, тем смущающее становилась ситуация. - Если… - наконец раздался тихий, едва слышный голос Луны, - Если тебя устраивает такая как я… то для меня не может быть большего счастья, чем принять твоё признание. - Только ты меня и устраиваешь. Ты и никто другая – прошептал Гарри, решившись смело взглянуть ей в глаза – Я правда тебя люблю - это мои самые искренние чувства. - Я тоже, Гарри… - залившись краской, смущённо пролепетала девушка – Ты тоже мне очень сильно нравишься… В этот момент Гарри был уверен, что эта волшебная картина останется в его памяти и в его сердце на всю жизнь. Он никогда не видел ничего и никого более красивого, чем Луна сейчас. Без сомнения – она была его Богиней. Губы Луны были вкуса спелой земляники – это Гарри отметил уже краем сознания, которое, словно отрастив себе крылья, улетало куда-то ввысь. Их поцелуй длился до тех пор, пока у них не закончился воздух. А когда они отдышались и взглянули друг другу в глаза, то весело рассмеялись. Это было так на них похоже. А после, Гарри смело взял девушку за руку (и та также крепко сжала его ладонь, словно боясь потерять), и они просто прогуливались по коридору, вновь заведя привычный безумный разговор, о мозгошмыгах, которые вызывают любовь. Впрочем, иногда прерываясь, чтобы проверить – изменяются ли мозгошмыги от поцелуев. На Святочный Бал они сегодня так и не попали. Но ни один из них об этом ни капельки не жалел.