Не та половина

      Работа с бумагами была самой нудной и тяжёлой для Главы Ордена Цишань Вэнь. Сейчас уже был поздний вечер и потому было ощущение, что в глаза насыпали песок. Была бы воля и мужчина бы сжёг все эти бумажки к демонам Диюя¹! Вэнь Жохань отложил очередной свиток и с удовольствием потянулся, прикрыв глаза. Сегодня закончился Совет Орденов; голову настигла сильная и стягивающая боль. Впрочем, ничего нового. Так происходило, происходит и будет происходить, ведь иногда в зале совещаний стоит жуткий балаган, создаваемый мелкими кланами. Но невыносимый шум вмиг стихает стоит одному из глав Великих Орденов сказать или сделать что-то. Быстрее всего шум затихает после него самого, Лань Циженя или же молодого Главы Не… Хотя удовлетворение их страхом не перекрывает головную боль.       В дверь постучались, и он снова принял серьёзный вид, отбросив усталое выражение лица. Такой человек, как Вэнь Жохань, просто не мог кому-то показаться в подобном виде. Если только не своей родственной душе… Но это совсем другое дело! Верховный заклинатель приказал входить, досадно поправив артефакт под одеждой. В кабинет с поклоном зашёл Вэнь Чжулю, протягивая небольшой свиток:       — Послание от молодой госпожи Вэнь из Облачных Глубин.       Вэнь Жохань с интересом принял письмо. Телохранитель замер в ожидании приказаний. Ждать пришлось недолго; аура в кабинете несколько потяжелела после раскрытия и прочтения послания. Лицо Бессмертного Владыки было нахмурено и искажено сильным недовольством. Пергамент был отброшен в сторону. Наконец-то послышался резкий приказ:       — Выясни, кто разбирался с Бездонным Омутом близ границ с Гусу и прикажи явиться! Я завтра отправляюсь в Облачные Глубины, к моему возвращению они должны уже быть в зале Восхождения Солнца².       Вэнь Чжулю без промедлений откланялся. Глава Ордена вытащил из-под ворота кулон в виде капли из рубина. Внутри белыми росчерками вилось изображение солнца, а сам камень оплетала золотая оправа. Артефакт удобно и привычно лёг между пальцев, которые начали его крутить в задумчивости своего владельца. Вэнь Жохань встал и направился в гостевые комнаты. Следует заранее договориться с Лань Циженем о совместной поездке.

***

      Завтрак уже давно прошёл и приглашённые адепты разошлись по своим делам. А у Вэй Усяня уже новый план для забавы. Для неё ещё надо найти место и рассказать остальным. А пока он ищет, они просто будут проводить время вместе, без его вмешательства. На самом-то деле он специально сказал, что придумал кое-что новенькое и хочет найти подходящее местечко, и ушёл, получая вслед угрозы переломить ноги (читать: «наставления волнующегося шиди»), если он сотворит снова какое-то непотребство. Сейчас же у старшего ученика Юньмен Цзян активно работал мозг, пытаясь придумать подходящую забаву, которая вписывается в его типичное поведение и масштабность.       По спине пробежала знакомая дрожь. Кажется, к ней привыкнуть невозможно. Вэй Усянь обернулся и заметил на другой стороне тропинки второго молодого господина Ланя, направляющегося в его сторону. У юньменца было всего несколько мяо, чтобы выбрать линию поведения, чтобы к нему особо не пристали. Ведь ситуация такова, что от липко-холодного внимания этого конкретного человека трудно уйти. Они вполне могли бы стать приятелями — здесь уже и не говорится о друзьях даже хороших — вот только всякое существо стремится к комфорту. Вэй Ин не исключение, а этот взгляд заставляет его чувствовать всё что угодно, кроме безопасности, уюта и тепла. Тут уже впору пошутить про ледяное выражение лица, но уже не смешно.       Лань Ванцзи начал на него смотреть подобным образом совсем недавно. Что-то мелькало ещё до событий на озере Билин. Однако полную форму оно приобрело только после того, как Вэй Усянь чуть не утонул. Юньменец пытался понять, что кроется во взгляде Ланя, но у него ничего не получалось. Как бы Цзян Чэн не говорил, а на раздражение или подобные эмоции это не было похоже. Вэй Усянь в тупике и в смятении — Нефрит для него недоступен, несмотря на то, что в людях он разбирался очень даже хорошо.       — А, второй молодой господин Лань! Прогуливаетесь? Слышал, что чуть меньше кэ назад был какой-то переполох. Не расскажете? — с яркой улыбкой поклонился Вэй Усянь, невольно своими словами и действиями отстраняясь от собеседника, но тот этого и не замечал, наблюдая за каждым действием обладателя алой ленты без привычной внимательности.       Лань Ванзци подумал, надо ли рассказывать об этом. В конце концов это дело только двух Орденов, в котором по случайности оказались и два ученика Юньмен Цзян. Однако они уже стали причастны, значит им стоит сообщить? Лань и не заметил, что думает уже пару фен, заставляя юношу напротив нервничать, прежде чем ответить:       — Верховный Заклинатель прибыл вместе с дядей.       — О, я думаю, стоит рассказать Вэнь Цин и Вэнь Нину! — сразу же нашёл отмазку для ухода Вэй Усянь. — Спасибо за информацию, второй молодой господин Лань! — поклонился и был таков.       Вслед ему смотрел всё тот же взгляд. В груди кольнуло и запершило в горле. Стоит уйти и прокашляться без посторонних. Никто не должен узнать… Правило 7: Лобная лента должна быть отдана только родственной душе³. — Мама, а та бродячая заклинательница знала, что ты её любишь? — Нет, А-Чжань. Таким людям не надо знать этого. — Каким людям? — Благородным и честным, А-Хуань. Эти люди влюбляются только в своих предначертанных и помогают тем, кто влюблён не в свои души. А если они не смогут помочь влюблённым в них, то будут терзаться чувством вины. Меньше всего мне бы хотелось жить с осознанием того, что моя возлюбленная страдает от моих чувств…       «Да чем же этот Усянь так приглянулся ему?! — гневно подумал недалеко стоявший Су Миншань. Он развернулся и горько хмыкнул. — Эта любовь погубит Лань Ванцзи! Как он этого не понимает?!»⁴       Знай юноша Вэй о чувствах молодого господина, то точно так же бы спросил и попытался бы помочь. Однако он ничего не знает и не замечает. Сейчас нужно поспешить к друзьям, ждущим его на поляне, заканчивающейся обрывом, где тренируется Вэнь Нин, а недавно желание изъявил и Не Фен. Как только Усянь вышел, то сразу же оказался замечен. Незнайка с Цюнлинем тут же отложили луки, а сидящие на камнях дева Вэнь и Ваньинь повернули головы.       — Знаете, что я узнал сейчас? — с лукавой и несколько нервной улыбкой спросил он.       — Ты снова пересёкся с Лань Ванцзи? — вместо этого ответил нахмурившийся Цзян Чэн, замечая нервное состояние брата; наследник до сих пор не мог понять причину такой ситуации, сложившейся между его братом и Нефритом, ведь не он единственный нарушал правила и попадался. Да и сейчас пыл его шисюна умерился после того, как он потерял интерес постоянно пересекаться с Лань Ванцзи.       — Ну, от него-то я и узнал, — рассмеялся Вэй Ин и тут же решил перейти к делу, не заостряя акцент на этом. — Недавно был какой-то переполох. Решил узнать, а он мне говорит, что Бессмертный Владыка прибыл вместе с его дядей.       — Быстро же он, — поражённо сказал Хуайсан, вертя в руках веер.       — Н-неудивительно, — тихо произнёс Вэнь Нин, немного заламывая пальцы. — Дядя не л-любит своевольных решений п-подчинённых.       — Верно, — продолжила Сежонь. — Сейчас он будет решать эту проблему. Думаю, он нас сам найдёт, когда освободится.       — Не-сюн, покажи свою стойку! А то мне показалось, что ты снова локоть опустил слишком низко, — уже перевёл тему разговора Вэй Ин.       Младший Не со смущением взял лук и встал в стойку. Цюнлинь присоединился к нему. Они оба были рады, что на эту поляну никто кроме них не приходит, хоть она и не так уж и хорошо скрыта. Находится она на вершине довольно-таки высокой скалы, один склон которой пологий, а другой оканчивается обрывом. Тропинка на эту поляну проходит как раз под ним и скрыта густой растительностью в виде деревьев и кустарников. Вокруг своеобразного стрельбища разбросаны валуны и различные кусты с цветами. Мишени стояли на расстоянии одного чжана от обрыва, поэтому даже если кто-то промахивался, то стрела не улетала с поляны.       — С-сестра, там дядя, — заметил Вэнь Нин, когда подошёл, чтобы поднять стрелу Хуайсана вместе с ним; все остальные быстро подошли.       И вправду, по тропинке шёл Верховный Заклинатель и оглядывался по сторонам. Брат и сестра Вэнь попросили подождать и ушли. Троица юношей продолжала стоять на месте, наблюдая, как их друзья подходят к своему дяде и начинают разговор.       — И всё же, Не-сюн, почему ты так заинтересовался стрельбой? — не переставая наблюдать, спросил с усмешкой Вэй Ин. — Ни за что не поверю, что это простой интерес, — со стороны Цзян Чэна послышалось согласие.       — Вэй-сюн… — смутившись, Не Фен скрыл половину лица за веером также не отрывая взгляда от Вэней, а точнее от одного конкретного Вэня, — Вэнь Нин — моя родственная душа; я уверен в этом. А что нас может сблизить больше, чем общие интересы? Тем более он так заинтересовался моими увлечениями, что было бы глупостью не ответить тем же. Честно говоря, стрельба меня и вправду заинтересовала, — послышался обречённый вздох. — Может быть дагэ успокоится, если узнает, что я захотел быть лучником?       — Цзян Чэн, а как у тебя дела с Вэнь…       — Это что за намёки?! — Вэй Ин со смехом увернулся от подзатыльника своего шиди.       Не Хуайсан дёрнул обоих, отвлекая от очередной перепалки, и юноши заметили, как Сежонь указывает в их сторону. Вэнь Жохань проследил за направлением и посмотрел прямо на них. Молодые люди смутились и застыли, не понимая, как они должны отреагировать (Усяню показалось или Глава Вэнь и вправду улыбнулся сейчас?). Мужчина повернул голову в сторону своих племянников и что-то проговорил. Было видно, что девушка удивилась, неуверенно посмотрела в сторону поляны и кивнула. Вэни пошли в сторону скрытой тропинки.       — Они сюда идут, что ли? — шокировано спросил Цзян Чэн и отпрыгнул к мишеням, а вслед за ним и Не Фен с нервным смешком.       Усянь в замешательстве поднял забытую всеми стрелу и почесал оперением затылок. Затем кинул её Незнайке, не сумевшему поймать брошенный предмет. Вэй Ин с интересом подошёл к самому краю и посмотрел вниз. На тропинке показались бело-красные одежды. Камень под его ногами соскользнул вниз; послышался вскрик.       — Вэй Ин!

***

      Ловкие пальцы снова крутили кулон, а после убрали за ворот одеяний. Ситуация с Бездонным Омутом разрешилась как нельзя лучше, что не могло не радовать. Ничего, кроме его гордости не пострадало. Впрочем, и та сильно не была задета. Ещё большую радость принесёт справедливая расправа над виновниками этого недоразумения. Думается, Вэнь Чжулю уже выполнил своё задание в наилучшем из всех виде.       О пострадавших… Двое друзей Вэнь Цин и Вэнь Нина там были, а один из них чуть не утонул. Лучше принести извинения от лица своего Ордена сейчас, пока Цзян Фэнмянь не узнал об этом небольшом недоразумении. В конце концов, сейчас лучшее время, чтобы исправить свою репутацию в заклинательском мире. Нынче она ему нужна как никогда после произошедшего… Никому лучше не знать причину этого.       Мужчина вышел из своих мыслей. Вэнь Жохань шёл позади племянников и увидел, что они в полном замешательстве. Это показалось ему забавным и он не сдержал смешка:       — Неужели моё желание посмотреть на ваших друзей такое странное? — они вышли на скрытую тропинку.       — Просто мы могли бы их позвать к нам. Вы видели, дядя, они смотрели на нас, — ответила, повернувшись к нему Вэнь Сежонь.       — У меня есть ноги. Так почему же мне самому не подойти? Мне нужно убедиться, что они не держат обиды на Цишань Вэнь в общем и меня в частности, — поднял и чуть развёл руки в стороны мужчина, усмехнувшись. — Не упадут же они мне с неба на руки?       Сверху послышались вскрик и громкий оклик; через несколько мяо на руки Вэнь Жоханя приземлился Вэй Усянь… Пожалуй, юноша снова показал девиз Юньмен Цзян во всей красе: «Стремись достичь невозможного». Наверное, только с ним могла произойти такая ситуация. Тут уже кто перед кем извиняться должен?