Созависимость

      — Это случилось уже после того, как мы сожгли труп, — сообщил Сэм, садясь в машину. — Старой нянечке не спалось, и она вышла за молоком. Дин, она клянется, что видела именно Энтони Саммерса. Говорит, что узнает его даже со спины.       — Мы что-то упустили, — невыразительно отозвался Дин, смотря на дорогу перед собой.       Согласно кивнув, Сэм устало потер небритую щеку. Ночью никому из них не удалось поспать. Когда они покидали кладбище, уже светало, а утро встретило транслирующей убийство полицейской волной. Все усложнялось тем, что ФБР представиться они не могли.       — Мне удалось проверить ЭМП. Даже на входе показатели зашкаливают, — поделился Сэм. — Это должен быть призрак.       — Что с сигнализацией во дворе?       Сэм отрицательно мотнул головой.       — Не сработала, как я понял. Копы не рвутся откровенничать с сыщиками.       — Должно быть что-то, какая-то вещь. — Перестав гипнотизировать трассу, Дин хлопнул рукой по рулю. — Ладно. Я еду в морг, посвечу корочками, пока там не в курсе о нашей сыскной практике. А тебе самое время предпринять вторую попытку навестить миссис Саммерс. Если кому и известно о привязанностях мужа, то только ей.       — Будь острожен, — не стал спорить Сэм. — Если в полиции узнают, что детектив выдает себя за федерала, возникнут проблемы.       — Не в первый раз. Разберемся.       Дин смотрел только вперед, и Сэм решил его не трогать. Пусть каждый займется своим делом.       — Подкинь меня до Роуд-стрит, — со вздохом попросил он.              С виду небольшой дом семьи Саммерс внутри оказался уютным и просторным. Сэм рассматривал большие арки проемов, широкие подоконники, дуговые ниши, подсвечиваемые мягким светом. Теплое дерево приглушало обманчивую простоту интерьера. Резные статуэтки располагались на полках, тумбах и даже на полу. Приблизившись к застывшему на дыбах оленю, Сэм осторожно коснулся ветвистых рогов. Вдвое меньше реальных размеров, животное все равно выглядело как живое.       — Энтони любил красивые вещи, — раздался позади тихий голос. — И умел их делать.       Отведя руку, Сэм встретился взглядом с уставшей молодой женщиной. Она протянула ему кофе.       — Благодарю, — принял он чашку и сел на диван. — Извините, что вынуждаю вас вспоминать.       — Он был моим мужем, — просто ответила женщина.       Чтобы заполнить неловкую паузу, Сэм отпил кофе. Язык обожгло, и он, поморщившись, отвел чашку.       — Я здесь потому, что миссис Хелберг…       — Я знаю, что говорит моя свекровь. Энтони инсценировал смерть и теперь мстит родным. Вы действительно в это верите, детектив?       Сэму стало еще более неловко: на лице Эмили Саммерс читалось неподдельное горе. Последние события, должно быть, разбередили еще не успевшую затянуться рану.       — Ко мне уже приезжала полиция. Они утверждают, что на камерах в доме был Энтони.       — Вы видели записи? — заинтересовался Сэм.       — Я видела труп в гробу, — с горечью ответила вдова. — И хоронила его, когда семья отказалась предоставить место в фамильном склепе. Мне пришлось просить Джонсонов, чтобы решить вопрос с землей на кладбище, а после того, как дикие животные разрыли могилу, потребовалось повторное захоронение.       — Дикие животные?       — Линвуд — полузаброшенное кладбище, детектив. Да и находится далеко на отшибе. Иногда подобное случается. К счастью, гроб не пострадал, я похоронила Энтони повторно. И после этого ко мне приходят полицейские и говорят, что прошлой ночью мой мертвый муж убил брата?.. Безумие! Свекровь и раньше не давала нашей семье свободно вздохнуть. Не сомневаюсь, она не намерена прекращать это сейчас. Ее волнует только доля в наследстве, которая по завещанию отца Энтони должна была отойти к нему и его детям.       — Но… ведь у вас не было детей.       Рука женщины в защитном жесте легла на живот, и Сэм не смог сдержать изумления. Она носит ребенка!       Вероятно, замешательство отразилось на его лице.       — После того как Энтони… После всего случившегося у меня была угроза выкидыша. Миссис Хелберг известно о беременности. — Губы Эмили крепко сжались. — Как-никак она пыталась меня от нее избавить.       — Ваш муж знал…       — Что его мать сделает все, чтобы предотвратить появление на свет ребенка?.. Не хотел верить. Но мы оба ждали этого малыша, детектив. Вчера УЗИ показало девочку — по их еврейским традициям продолжательницу рода. Наверняка миссис Хелберг уже об этом известно. Я просто хочу, чтобы меня и малышку оставили в покое.       Вдова казалась обессиленной.       Мог ли призрак вернуться, чтобы защитить еще не рожденное дитя? Чем больше Сэм узнавал, тем запутаннее казалось дело.       — Со всем этим давлением, вам, должно быть, сильно не достает мужа. Может, у вас остались какие-то его вещи? То, чем он дорожил или к чему он был крепко привязан? Иногда подобное приносит облегчение.       — Энтони всегда говорил, что привязывается к людям, а не к предметам.       — Но у вас же есть что-то, что вы смогли бы показать дочери как воспоминание об отце? — Иногда Сэм ненавидел слова, которые вынужден был говорить.       — Только его работы. Он часы проводил за резьбой по дереву.       Сэм обнадеженно подался вперед.       — Значит, какие-то из его работ имеются и у миссис Хелберг?       — Насколько я знаю, она избавилась от всех воспоминаний о младшем сыне.       Сердце Сэма упало. Чтобы найти удерживающий призрака предмет, им придется перерыть весь дом и сжечь все, что имеет отношения к дереву. Он отставил кофе и поднялся.       — Спасибо, что уделили мне время, миссис Саммерс.       Когда он шагнул к выходу, вдова неожиданно коснулась его руки. В ее глазах стояли слезы.       — Энтони был хорошим человеком, детектив, и точно никого не убивал, ни раньше, ни тем более после того, как нашел покой в могиле.       Она сохраняла самообладание из последних сил. Пальцы подрагивали на запястье Сэма, свободная ладонь крепче прижималась к животу.       Замешкавшись, Сэм все-таки опустил ладонь поверх удерживающей его руки.       — Сочувствую вашей потере, — искренне произнес он.               — Знаешь, что странное во всем этом? — Дин приподнял статуэтку и проверил клеймо в основании. — То, что призрака мы так и не встретили.       Датчик ЭМП трещал: Сэм вел им из стороны в сторону, пытаясь определить, где фон сильнее.       — Что с этой? — спросил он.       — Фабричная. — Дин поставил резную фигуру. — Может, старуха не соврала и в доме действительно ничего не осталось?       Датчик в руках опять взвыл, и Сэм раздраженно стукнул им по ладони. Он проверил все, что мог: никаких электростанций, аномальных зон или старых захоронений, но ЭМП коротило так, словно в особняке обитал сонм призраков. На поиски ушло уже несколько часов и все без толку.       — Снобы, — фыркнул Дин. — Вгрохать в дом столько бабок и зажать на камерах, это кем надо быть?       Сэм разделял его досаду. Они чудом добрались до изъятых записей, но помехи и темнота не позволили определить даже то, принадлежала ли напавшая на Адама Хелберга фигура Энтони Саммерсу.       — По крайней мере, это не оборотень. Никаких отблесков я не заметил.       — Я вообще ничего не заметил, — проворчал Дин. — Не знаю, Сэм, зуб у сыночка на мать, а трогает он кого угодно, но только не ее.       — Решил оставить напоследок? — Сэм кивнул на резную нимфу. — Проверь ее.       — Хорошо уже то, что старуха не возраж…       — Кто вы? — раздался резкий голос.       Сэм поспешно выключил датчик, а Дин завел руку с кочергой за спину. В дверном проеме стояла худощавая бледная женщина. Она плотно куталась в длинный халат, пальцы сминали дорогую ткань, но страха во взгляде не было, только настороженность.       Сэму она показалась знакомой.       — А вы кто? — не растерялся Дин и изучающе оглядел женщину с ног до головы. — И что вы здесь делаете, мисс… миссис…       — Вы — Кайла Хелберг, — понял Сэм.       Старшая дочь семьи Хелбергов. В архивах семьи были ее фотографии. Из-за слабого здоровья она почти не появлялась дома, большую часть времени проводя в частных клиниках или санаториях.       — Я здесь живу. — Кайла Хелберг сложила руки на груди. — И не помню, чтобы мать брала в штат новеньких.       Сэм мельком взглянул на Дина.       — Мы тут по просьбе миссис Хелберг, — произнес он. — Осматриваем дом.       Лицо женщины потемнело.       — Вот как? Теперь я понимаю. Вы те самые детективы, которые должны найти моего якобы не умершего брата?       — Ваша мать считает… — начал было Дин.       — Я знаю, что считает моя мать! — перебила его Кайла. — А еще она устроила церковную службу собаке! Хватит. Я потеряла одного члена семьи, а теперь приехала на похороны к другому. Мои младшие братья, детектив! Ищите убийцу, а не призраков!       — Вы хорошо общались с Энтони? — тут же спросил Сэм.       Женщина плотнее закуталась в халат, и ее неестественная худоба проступила отчетливее. Стало заметно, насколько изможденным было ее лицо: может быть, болезнью, а может — событиями последних месяцев.       — Общалась? Как будто мать позволила бы. Она даже не сообщила мне о его смерти, — ожесточенно ответила Кайла и крепко сжала губы. — А вы, детективы? Тоже считаете, что Энтони инсценировал свою смерть?       — Я считаю, что есть вещи похуже, чем инсценированная смерть, — отрезал Дин.       Сэм поспешил вмешаться:       — Вы ничего не замечали в доме? Чего-нибудь необычного? Перепады света, тени, шорохи…       — Вы пытаетесь меня испугать? — насмешливо спросила Кайла Хелберг, но злое веселье быстро сошло с ее лица. Она устало обхватила себя руками. — Давайте заканчивать. Я поздно прилетела, едва застала мать, а завтра мне нужно организовывать похороны. Пусть полиция занимается своим делом. Сейчас вам лучше уйти.       — Вы не опасаетесь повторного нападения?       — Не знаю, что вы себе надумали, но то, что случилось с Адамом, никак не связано с Энтони. Он никому не причинял зла.       — Да, конечно, вы правы, — уступчиво согласился Сэм. — Ммм… скажите, у вас не осталось что-нибудь от брата? Он ведь занимался резьбой по дереву?       — К чему эти расспросы?       — Ну, знаете, как бывает, — вмешался Дин. — Если кто-то имеет зуб на вашу семью и хочет выставить все делом рук вашего умершего брата, эти вещи могут быть использованы…       Сэм незаметно пнул Дина, и тот наступил ему на ботинок в ответ.       Кайла с сомнением посмотрела на них обоих.       — В детской игровой есть его первые поделки. — Она развернулась к выходу. — Я спать, детективы. Не задерживайтесь, или я буду вынуждена попросить вас выпроводить. Завтра я скажу матери, что мы не нуждаемся в ваших услугах.       

***

      Дин раздраженно потер шею. Вторая ночь без сна.       — Найди эту комнату и все там сожги, а я прослежу, чтобы призрак не добрался до наших дамочек. — Пальцы коснулись Метки, и он резко отдернул руку. — Не затягивай.       — Будь осторожен, — не стал возражать Сэм.       Как будто Дин когда-то проявлял беспечность.       Зря они все это затеяли. Он был взвинчен, Сэм был взвинчен, с призраком, опять же, ничего не прояснилось… Одни проблемы.       Сэм скрылся в коридоре, и Дин последовал его примеру. Вокруг стояла тишина. Он приблизительно помнил, где располагались хозяйские спальни — ему придется идти в другое крыло через весь особняк. Отсутствие дробовика нервировало, перевитая узором кочерга казалось насмешкой, но охрана на воротах исключила любую возможность пронести ружья внутрь.       Первой Дин нашел комнату миссис Хелберг. Над широкой кроватью горел тусклый светильник. За ворохом одеял и подушек очертаний фигуры было почти не разглядеть, но сонное дыхание отчетливо раздавалось в тишине. Выпив предусмотрительно подсунутое снотворное, миссис Хелберг крепко спала.       Дин приступил за дело. Рассыпать соль вдоль подоконников и порога — всего-то.       Он думал о Сэме. Бессонные ночи никому не пойдут на пользу, но было ли дело только в недостатке сна или Сэм уже становился другим? Метка въедалась незаметно, планомерно, и в какой-то момент полностью захватывала сознание. Успеет ли Дин заметить ее влияние, или же они оба поддадутся на ее…       Громкий вопль разорвал ночную тишину. Отбросив соль, Дин перехватил кочергу и выскочил в коридор. Крик повторился, ближе и отчетливее, но оборвался слишком резко. Едва вписавшись в поворот, Дин подлетел к закрытой двери.       Кайла Хелберг, это, должно быть, она!       Он дернул ручку. Заперто.       За деревом раздался глухой стук удара. Отступив, Дин с силой пнул дверь ногой и едва не упал внутрь: створка внезапно поддалась и с шумом врезалась в стену.       — Нет! Прошу!       Сжавшись на полу, Кайла Хелберг обхватила себя руками. Над ней нависла темная фигура.       — Убирайся к дьяволу, сукин сын! — Дин обрушил кочергу на силуэт.       Руку неожиданно дернуло отдачей: железо врезалось в плотное тело. Фигура повернулась — Дин смог рассмотреть лицо мертвого Энтони Саммерса — и стремительно оказалась рядом с ним.       Последнее, о чем успел подумать Дин, прежде чем его отшвырнуло к стене, а в глазах потемнело, — это что Энтони Саммерс не был призраком.              — …милая сестренка. У меня такая же, и ей хорошо…       Мотнув головой, Дин с трудом разлепил глаза. Он сидел, привязанный к стулу. Стоящий к нему спиной, силуэт возился с веревками другой жертвы. Судя по всему, времени прошло немного.       Напрягшись, Дин попробовал раздвинуть руки. Не вышло.       — Эй! — окликнул он. — Эй, Энтони, или как там тебя!       Прекратив возиться, силуэт обернулся. Дину не привиделось: это без сомнения был их несостоявшийся призрак. Все-таки оборотень?       — Зачем ты это делаешь?       Кайла Хелберг невыразительно смотрела перед собой. Казалось, она полностью оцепенела. Из рассеченного лба сочилась кровь, губы побелели.       Энтони приблизился к Дину и хмуро его изучил.       — Я думал, что приложил тебя сильнее. Помалкивай, охотник, скоро придет и твой черед.       — Черед для чего? — настойчиво переводил внимание на себя Дин. Где Сэм? Он же должен был услышать крик. — Собираешься нас убить?       — Ты не мой брат, — неожиданно заговорила Кайла, и Дин мысленно выругался.       Энтони повернулся к ней.       — Конечно же я твой брат, милая Кайла. Твой любимый младший брат, клавший по утрам резные фигурки на твою подушку, за что все, включая тебя, считали меня маленьким сопливым кретином.        Глаза Кайлы расширились, и она сильнее вжалась в стул.       — Это так, Кайла? — громко спросил Дин. Где же Сэм? — Так и было?       От крепкого удара в ушах зазвенело — Энтони не отличался особым терпением.       — Разумеется, так и было, — желчно сообщил он, оттянув голову Дина назад. — Эта проклятая мерзкая семейка всех и вся смешивают с грязью, даже друг друга.       Ухмыльнувшись, Дин сплюнул кровь под ноги. Он услышал достаточно.       — Но ты не принадлежишь к этой семейке. — Что здесь, черт возьми, происходит?       — О, нет, принадлежу. Теперь принадлежу. — Энтони отодвинулся и пальцем постучал по виску. — Это сейчас здесь, его воспоминания сейчас здесь. Они приходили постепенно, и постепенно весь их гной вылезал наружу. Тогда я подумал: почему бы и нет? У меня тоже есть семья, любимая семья. Так почему бы не занять золотое место? Если бы не та паршивая шавка, все закончилось бы, не успев начаться. Но потом появилась уличная статейка, а вслед за ней прискакали вы, охотники. И план пошел прахом! Но я умнее вас, я знал…       Дин вдруг понял. Как обухом по голове пришло понимание, с чем они имеют дело.       — Ты…       Оборванный на полуслове, Энтони опять замахнулся. Скулу обжег новый удар. Дин не отключился, но в голове зазвенело, а от пальцев по руке начала подниматься дрожь. Помутневшим взглядом он смотрел, как Энтони склоняется над Кайлой.       — …а матушка станет последней, — доносился его шепот. — Она боялась, что он вернется. О да, ей было из-за чего бояться, ведь за такое мстить приходят и с того света. Два выкидыша любимой Эмили. Как думаешь, кто постарался? С третьим ребенком мы пошли к другому врачу, тот оказался честнее предыдущих, не взял матушкиных денег, рассказал нам правду…       — Ты лжешь!       Дин никак не мог прийти в себя.       — …ты-то не могла родить.       Дрожь в руке стала сильнее.       — Ему определенно было за что мстить, и я решил: почему бы и нет?       Внезапно дверь в комнату распахнулась, в проеме возник Сэм. В руках он держал железный прут, который тут же метнул в Энтони.       — Это гуль, Сэм, — просипел Дин. — Режь ему башку!       В глазах двоилось. Невозможно было понять, добрался ли Сэм до Энтони или все случилось наоборот. Дин задергался. Дрожь по руке поднялась к плечу, плавно перетекла в шею и, помедлив, жалом впилась в Метку. Дин застонал: в голове взорвался фейерверк. Все помутнело…       Когда сознание вернулось, а взгляд прояснился, у Дина наконец получилось увидеть Сэма. Придавливая гуля коленом, тот двумя руками удерживал тяжелый мраморный бюст. Тварь под ним дергалась, выплевывала проклятья, вновь дергалась, но освободиться не могла. Лицо Сэма болезненно напряглось, брови сошлись на переносице. Помедлив, он согнул руки в локтях и решительно обрушил бюст гулю на голову.       Визг Кайлы Хелберг зазвенел у Дина в ушах.              Остаток ночи ушел на ликвидацию следов разгрома, объяснения с Кайлой и поиски оставшейся семейки гулей. У лже-Энтони был с собой телефон, с которого не составило труда выследить остальных.       Наблюдая, как догорают остатки монстров, Дин потер шею.       — Они собирались занять их места, — глухо произнес он. — Убить всю семью и присвоить себе их жизни.       — Я должен был подумать о гулях, когда Эмили Саммерс упомянула разрытую могилу.       На горизонте занимался рассвет. Вторая ночь без сна. Дину казалось, что он может рухнуть там, где стоит, но сначала неплохо бы смыть с себя гарь и кровь.       Подняв руку, Дин успокаивающе хлопнул Сэма по плечу.       — Кто мог знать, что их генератор энергии представляет собой мини-электростанцию.       Потому ЭМП и зашкаливало.       — Давай вернемся в мотель.       Сэм опустошенно кивнул. Его руки, куртка и рубашка — все было в крови. Дин извозился не меньше, пока отлавливал остальных тварей. К счастью, на рассвете едва ли кого можно встретить, чтобы испугать подобным видом.       — Ненавижу гулей, — с чувством произнес Дин.       Сэм мельком взглянул на него и выжал из себя усмешку.       — Да уж.       С гулями были связаны не самые приятные воспоминания.       Импала терпеливо ждала, пока они скроют следы поспешного погребального костра. Сэм на пассажирском сиденье казался вымотанным и опустошенным, но в номере, скинув рюкзак, тут же открыл ноутбук.       — Иди в душ первым. Хочу убедиться, что никто не станет искать семью Фордов.       Семью гулей.       Дин подхватил полотенце и направился в ванную. Горячая вода приятно расслабляла тело. Об экономии можно было не думать: та поступала прямиком из-под земли, а не нагревалась в бойлере. Вот и искупались в геотермальных источниках.       Коротко усмехнувшись, Дин перекрыл кран. Тут же потянуло сквозняком. Миссис Хелберг оказалась права: ночами в Гленвуд Спрингс чертовски холодно.       Сэм все так же сидел за ноутбуком. Не моргая, он пялился на экран. Дин остановился за его спиной и заглянул через плечо: просто заставка.       — Эй, сполоснись давай, и ложись спать, — громко сказал он.       Сэм моргнул.       — С ног валюсь, — признался он.       Дин тоже. Но, несмотря на усталость, когда он лег, сон не пришел. В голове прокручивались события сегодняшней ночи. Обычная охота, ничего неординарного, и все же Дин не мог выкинуть ее из головы.       Ощущение легкости притупилось. Метка, будь она проклята, никуда не делась. Вот только Дин не знал, накручивает ли он себя или действительно пора бить в колокол. В ванной тихо шумела вода. Сэм, вероятно, тщательно смывал с себя кровь.       Им нужно было поговорить. Дин решил, что обязательно нужно, но, кажется, заснул, так и не дождавшись возвращения брата.              Закатное солнце мягко пробивалось сквозь жалюзи, рыжие лучи полосами освещали комнату. В постели было тепло и уютно. Похоже, Дин уже просыпался раньше. В воспоминаниях сохранились яркий свет, духота и теснота, но веки тяжело тянуло вниз, и он тогда вновь задремал.       Сейчас туман в голове разошелся. Дину действительно удалось выспаться. Только вот… Он пошевелился, и давление на спину усилилось.       — Что за…       Тихое сопение — сопение? — у уха прервалось. Остатки сна слетели в мгновение ока. Сев, Дин повернулся и уставился на развалившегося на его кровати Сэма. Тот сонным, осоловевшим взглядом смотрел в ответ.       — Чувак, ты что, койку перепутал?       Сэм растерянно моргнул. Осознаннее его взгляд так и не стал.       — Дин? Ты почему здесь?       — Это вообще-то моя кровать.       Сэм настороженно присел. Волосы его были растрепанными, взгляд — еще не проснувшимся. Казалось, он не понимал, где и почему оказался.       Фыркнув, Дин хлопнул его по груди и поднялся.       — Это ж надо так себя укатать! Вставай, лунатик, едем домой.       Беспомощный, ничего не понимающий взгляд в ответ провоцировал на продолжение.       — Да, и в следующий раз, когда испугаешься спать один, не стесняйся, просто попроси.       — Пошел ты! — огрызнулся Сэм и, сконфуженно одернув рубашку, поднялся.