Противостояние

На следующее утро.

      Лидию посадили под замок в старом доме Аарона, где, по наводке Моргана, совсем недавно, оборудовали специальную комнату с решётчатым окном. Я бывала там однажды. Только заглянула: первый этаж, дальнее помещение, и окно упирается прямо в забор. Ничего примечательного, кроме пленницы, разумеется. Дэрил обмолвился, что там, под замком, за железной дверью, девчонке самое место. А я, кивнув, целое утро проходила в сомнениях, поглядывая на белоснежную крышу, видневшуюся вдалеке. По сути, ни он, ни Рик, не сказали ничего существенного. За завтраком перекинулись парой фраз. На это все. А мне хотелось разузнать побольше. Требовалось понять: кто они такие, эти Кожелицие или Шепчущиеся, как говорили в Оушенсайде; зачем убили Гленна?.. Чем не угодила Энид? И что таилось за испуганным женским личиком? Напускной страх или истинный трепет?..       Дэрил ей не поверил. Рик тоже. Ну а я, полагаясь на чутьё, вознамерилась сложить своё собственное мнение. Проводив Дэрила и Кэрол на охоту, искупала Грейси и, поболтав немного с Карлом, вручила малышку в его заботливые руки; попросила повозиться часик, или около того, задумав самолично познакомиться с узницей, разузнать побольше, а, если повезёт, и подкупить стряпней Кэрол.       Я взяла небольшой пакет, забросила печенье и бутылку воды, а следом вышла из дома. Ветер поднялся, обдувал прохладными волнами. Как жаль, что беззаботное время закончилось! И лето безвозвратно потеряно... Лучшее лето за последние четыре года!       Ночью прошёл небольшой дождь, и дорожки размыло. Опавшие листья и потускневшая трава обратились в грязные сгустки под ногами. Я шла осторожно, перешагивая через лужицы, как вдруг расслышала своё имя. — Шейлин!       Неподалёку показалась Василиса. Бодро шагнув навстречу, она махнула рукой, и мне пришлось остановиться, нервно теребя пакет в руках. Это явно было не самое лучшее время для разговора. — Привет! — натянув улыбку, отозвалась я, повернувшись к девушке. — Как дела?.. — Ночью видела, как вы вернулись! — сходу заявила Лисса, сунув ладони в карманы своей куртки. — Кто та девочка? Что происходит?..       Как хорошо, что она знала. Я даже выдохнула с облечением, и поняла, что слух мгновенно разошёлся по общине.       Многие были в курсе.       А это значит, — нечего скрывать! И можно говорить открыто. Разговаривать о проблемах, ничего не опасаясь. Как же мне этого не хватало! — Она одна из них, — шепотом, видимо, по привычке, вымолвила я, покусывая губы, — шептунов. — Кожелицая?.. — совсем тихонько переспросила Василиса, встревожено уставившись на меня. — Что это значит? Почему она здесь? Угроза? — Двое напали на нас прошлой ночью, благо, никто не ранен. Она была одной из них. Ее имя Лидия. Больше ничего не знаю.       Я честно ответила на вопросы; рассказала все, что знала, в надежде ускользнуть и незаметно пробраться в дом у ворот. Разумеется, стоило дождаться Дэрила и отправиться вместе, но, во-первых, я прекрасно знала, что он не захочет, чтобы я даже задумывалась об этом: а во-вторых, отыщет тысячи разных идей, только бы отговорить и отвлечь более приятной повседневной жизнью. Дэрил не хотел, чтобы я волновалась понапрасну. Но кто же в здравом уме станет игнорировать подобную угрозу?! У всех есть дети. Мы отвечаем не только за себя!.. Ну а я... Что было взять с меня?       Конечно же, я выскользнула из дома и первым делом понеслась за ответами. — Ты куда-то спешишь?       От цепкого взгляда Василисы не ускользнуло мое искреннее смятение. За последние четыре месяца она обустроилась в Александрии, обжила комнату, обзавелась личными вещами, и часто составляла компанию Кэрол или Дэрилу на утренней охоте, — мяса не хватало, и мы пытались добывать себе еду любимыми возможными способами, — ловко управлялась с ножами, переняв искусный навык у Дэрила, и даже стреляла из лука на ровне с Кэрол. — Хочу проведать пленницу, — честно призналась я, глянув на белоснежный домик исподлобья. — Ее заперли? Как в темницу? — Лисса приподняла брови, тоже оглянувшись и уставившись на деревянное крыльцо. — Что ты хочешь узнать? — Не знаю, но у меня есть несколько вопросов. — Я вздохнула, мигом сообразив, что от компании совсем не откажусь. — Не хочешь со мной? — Что, туда? — Карие девичьи глаза загорелись. — Конечно же хочу! — Тогда поможешь пробраться. Рик обмолвился, что запер дверь на замок и у входа дежурят. — Да без проблем! — оживилась Лисса, всплеснув руками, и я подметила, насколько же она изменилась: стала более живой и отзывчивой. — Всяко лучше, чем слоняться по общине без дела.       Я всегда замечала — Василиса жаждет участвовать в жизни общины, но совсем не так, как большинство местных жителей. Она привыкла существовать в тени Нигана, опасаться каждого шороха, но стоило лишь оказаться на воле, ощутить вкус пьянящей свободы, как малышка Лисса преобразилась. Отыскала новую одежду по возрасту, стала забирать волосы в высокий хвост или кулёк на затылке, носила браслеты на запястьях и постоянно читала. Хорошая отзывчивая девочка. И мне она нравилась. Очень. Впрочем, как и Дэрилу. Не зря же он брал ее с собой и постоянно наставлял, предлагал книги из нашей библиотеки в гостиной дома, да пёкся о ее здоровье. Василиса спасла ему жизнь, вытащила и позволила расквитаться с Ниганом.       С тех самых пор, все мы были у неё в неоплатном долгу, и старались помогать, кто чем сможет.       Лисса улыбнулась и, задорно кивнув, как ни в чем не бывало, направилась вперёд по тропе, попутно махнув рукой Юджину у ворот. Заметив, мужчина тоже улыбнулся и поднял ладошку, с трудом оторвав пылающий взгляд от молодой зазнобы. Да, Юджин тайно воздыхал по нашей юной красавице, а она будто и не обращала внимания. Иногда мы с Мишонн подшучивали над этим, а Василисе хоть бы что!.. Хотя, да, после того, что творилось в Святилище, все эти невинные заигрывания Юджина выглядели не более, чем детским подтруниванием. И я была согласна с Мишонн: «о любви не кричат, о любви не рассказывают». Чувства остаются с нами навсегда. И о них мы только шепчем друг другу на ухо, подтверждая заботой, лаской и поступками. — Через крыльцо нам не пройти, — Лисса пожала плечами, промелькнув мимо дома и скрывшись за кустом, усыпанным разноцветными осенними листьями. — И что ты предлагаешь?..       Я не успела договорить, как она, обогнув дом и приблизившись к решётчатому окну, осторожно ухватилась за балкон второго этажа. Девушка была лёгкой и ловкой. Отлично лазила по крышам! И, судя по всему, без проблемы выбиралась из любой передряги. Вспорхнув на балкон, она наклонилась и протянула руку. Что же, пришлось и мне испытать удачу.       Передав пакет с едой, я крепко ухватилась за девичью ладонь и, стиснув зубы, с большим трудом забралась на решетчатое дно; перемахнула перилла и, присев на самый край, глубоко вздохнула, мельком усмехнувшись. — Чем ты промышляла до всего этого апокалипсиса? Лазила в форточки? — Убегала от тирана отца.       Ответ заставил лёгкую улыбку мигом сгинуть с лица, и горло наводнили тягучие комки. Я буквально ощутила, как кровь отхлынула от лица и прилила к сердцу, заставив, против воли, вспомнить о своём не самом приятном опыте... Ох, нет, отец был лучшим на свете! И мы были счастливы. Но вот сосед... На меня словно ушат ледяной воды вылили. Много месяцев, нежась под заботой Дэрила, я и думать не могла о прошлом, даже о выкидыше и групповом изнасиловании, а тут, внезапно, стоило только услышать про девочку, сбежавшую от тирана, как воспоминания восстали из пепла и заметно сбили с толку. Я не желала думать, подпитывать болезненную память, но ничего не могла поделать!.. — Идём!       А Василиса, как ни в чем не бывало, повела следом вниз по ступеням. С пакетом в руках, она, будто бы стремилась поскорее столкнуться с незнакомкой и познать ее тайны, забить пустоту и скуку новыми эмоциями и новостями. Ну а я плелась позади, раздумывая над тем, что же это молодая девушка уже пережила?.. Свидетелем каких порочных зверств стала?.. — Привет... — протянула она, застыв у приоткрытой двери, за которой виднелась металлическая решетка, сваренная Морганом всего пару месяцев назад.       Я услышала, как зазвенела цепь, ускорила шаг и, поравнявшись рядом с Лиссой, застыла в искреннем недоумении. Девочка- подросток, не старше четырнадцати лет, была прикована наручниками к батарее и, забившись в угол, испуганно смотрела на нас своими огромными глазами. В свете тусклого дневного света, они наливались тревожными красками и слезились; казались совсем бездонными и глубокими, такими отчаянными, что я, растерявшись, ухватилась пальцами за железный прут, не веря собственным глазам! Что они сделали с ней? Вовсе посадили на цепь и приковали к батарее?! А наручники.. . Я и подумать не могла, что дядя и Дэрил способны на подобную жестокость! — Как тебя зовут? — тихо спросила Василиса, а я, крепче стиснув холодный металл, сглотнула, приоткрыв губы в молчаливом вздохе. — Л-Лидия, — прошептала девочка севшим голосом, тотчас же промолвив: — Пожалуйста, не трогайте меня. — Нет, мы не причиним вреда! — в сердцах выпалила я, дёрнув решётку, но та не поддалась. — Никто в общине не пойдёт на подобную подлость. — Меня заковали в наручники, — совсем тихо прохрипела девочка, шмыгнув носом. — А вы пришли снова допрашивать? Я уже все сказала ночью. — Мы принесли еду.       Василиса показала пакет, и хмуро осмотрела Лидию внимательным взглядом. А я, собравшись с духом, да пересилив себя, тоже глянула на пленницу. Протянув руку, она нерешительно вытянула дрожащие пальцы, но, уловив движение, тотчас же отдернула ладонь, стиснула в кулак и, прижав к обмазанной футболке, втянула голову в плечи. Девочка боялась. Ох, нет, я не верила, что она лжёт!..       Столько искренности ютилось в этих огромных глазах! Столько ужаса и печали!.. Слезы беспорядочно стекали по грязным щекам, оставляли тёмные разводы; заострённый подбородок без устали дрожал, а скореженные пальцы царапали запястья, на которых и на расстоянии виднелись глубокие следы от затянувшихся ран. — Кто это сделал? — выпалила я, впившись взглядом в алые рубцы. — Никто.       Девочка раскатала рукава куртки и поспешила спрятать былые увечья, пробудив на душе невыносимую жалость! Боже, нет, если эта девочка и была одной из шептунов, то уж точно не имела никакого отношения к убийствам! Разумеется, я доверяла Дэрилу и Рику, но, так или иначе, никак не могла согласиться с дикими методами: приковать ребёнка к батарее?!             Невыносимое кощунство! — Это кто-то из них? Из группы людей, живущих в масках мертвецов бок о бок с ходячими? — вставила своё слово Василиса, подкинув пакет и уронив в ногах сбитого матраса. Почти рядом с тем самым местом, где и сидела Лидия. — Альфа, — шёпотом отозвалась девочка, и ее грязные волосы упали на лицо. — Кто?..       Мы с Лиссой переглянулись, встревожено глянули друг на друга, когда Лидия скомкано добавила: — Альфа — моя мать. — Она нанесла тебе увечья? — переспросила я, прижавшись лбом к толстым прутьям. — Это не больно, так было нужно. Ради будущего. Ради цели.       Я потеряла дар речи, наблюдая за тем, как Лидия, распотрошив пакет, руками поедает печенье, будто бы давно не опускала и крошки в свой рот, не прикасалась прохладной водой к потрескавшимся губам... Девочка жадно ела, прямо с бумагой для выпечки, не отличая целлофан от печенья. Она давилась и кашляла, по все равно безустанно пихала еду в рот, пока не осталось ни единой крошки. — Зачем вы принесли это сюда? — всхлипнула Лидия, с подозрением глянув на нас. — Ночью мужчины угрожали ножом. Говорили, что отрежут мне пальцы, если не заговорю. Зачем вы здесь?       Я не желала слушать о жестоких методах Дэрила и Рика. Знала, что они не тронут девчонку, что это лишь слова, метод выведать информацию. Но какой же толк?.. Криками и слезами правду не вытащить... Только, если преступить грань, и перейти от предупреждений к активным действиям. Однако, я не сомневалась, и даже не желала думать об этом. Дэрил и Рик никогда не станут издеваться над ребёнком. Несмотря ни на что, всегда существовали более мягкие и куда более действенные способы решения проблемы! В то самое мгновение, схватив печенье и направившись сюда, я уже знала, как... Но не была готова к откровениям и ужасающим условиям, в которых пленница находилась. — Мы хотим помочь и выяснить, зачем вы напали на наших людей, — послышался тоненький голос Василисы, но я не обернулась.       Обхватила себя руками и застыла у зашторенного окна в гостиной, с тяжёлым сердцем наблюдая за обыденной жизнью Александрийцев. Они и не подозревали, что за новая угроза нависла над нами и буквально ломилась в железные ворота. Не подозревала и я.       Тем тёплым осенним днём никто не знал.       Только Лидия. — Нас десять человек, — чуть громче прошептал она вдалеке, где-то за спиной, — и мы не управляем стадом. Только защищаемся. — Но вчера ночью на вас никто не нападал, — не унималась Василиса, а я, прикрыв глаза, пыталась совладать с обрушившимися эмоциями. — Убитый человек на дороге — изгнанный узник. Я не имею к этому никакого отношения!

***

Тем же днём, ближе к вечеру.

— Вот так, правильно, — протянула я, увлечённо наблюдая за тем, как Грейси, восседая за маленьким детским столиком, старательно выводит свои первые слова.       Длинные волосики ещё с утра были убраны в длинную косу, и болтались на боку, прямо у рукава тёплого платья, найденного вчера утром в недрах того самого торгового центра вблизи Вашингтона. Я с тихим благоговением сидела на полу, подогнув ноги, и любовалась своей маленькой принцессой, из последних сил убегая от самых тревожных мыслей. Старалась не думать о словах Лидии, и ее трепещущем рассказе о родной матери. Она говорила с любовью и обречённостью, настолько тоненьким и жалостным голоском, что моя уверенность невольно покачнулась. Я никак не могла поверить, что собственная мать способна на подобные зверства: избивать своё дитя, перекрываясь благой целью!.. Нет, мои разум и сердце отказывались верить в то, что родная мать — Альфа, лидер общины, внушила дочери, будто боль и избиение — это благо и любовь!...       На протяжении дня я находилась в смятении. Василиса пообещала никому не рассказывать о нашей тайной вылазке, а Лидия даже отблагодарила за еду и возможность без страха высказаться и поведать свою правду. Ох, я понятия не имела, во что верить и как лучше поступить! Умом понимала: дядя и Дэрил придут к справедливому решению, но сердцем негодовала! Как же можно было приковать ребёнка цепью к батарее?.. С виду Лидия напоминала запуганного маленького зверька, и уж точно не походила на подготовленного убийцу, напавшего на нас минувшей ночью.       Однако Василиса не разделяла моих мыслей. Выскользнув из дома и спустившись у высокого забора, она сразу же оповестила, что согласна с Дэрилом и Риком — запереть незнакомку было лучшим решением. Следует довериться родным, и поменьше слушать совсем чужого человека. Да, я согласилась, что Лисса права, но жалость тоненькими импульсами стискивала сердце, пробиралась к потаённым уголкам души... И я ничего не могла поделать. — Я правильно сделала? — звонким голоском позвала Грейси, но я не сразу отозвалась. — Мама? — Что?..       Потребовалось несколько секунд для того, чтобы прийти в себя и осознать, что именно только что услышала. — Мама, правильно написано?       Девочка настырно ткнула пальчиком в лист бумаги и, потянув за руку, посмотрела прямо на меня.       А я никак не могла заговорить. Сидела на полу, напрочь лишившись речи. Только что малышка впервые сказала это. Назвала мамой. Меня. О боже!.. — Да, милая, конечно, все правильно, — с большим трудом выговорила я, ощутив морось на щеках.       Да позабыв вдруг обо всем на свете. Наслаждаясь мгновением и нашим единением, я только и могла смотреть на свою дочь. Да, Грейси стала мне совсем родной. Я полюбила ее всем своим сердцем, и больше не представляла жизни без этого малюсенького и крохотного создания. А малышка, задорно улыбнувшись, принялась старательно выводить другие буквы, словно ничего и не произошло... По сути, так оно и было. Она озвучила вслух самые заветные слова для каждой женщины! А я растаяла мгновенно, совсем отвлеклась от былых забот, напрочь позабыла о Лидии и шептунах; окунулась в общение с дочерью, посвятив весь оставшийся вечер совместным играм и прогулкам. Наши дети — вот что действительно важно!       И время пролетело незаметно. Мы не сразу заметили, как Дэрил и Кэрол вернулись, и что за окном стемнело. Увлеклись игрой в куклы. Поэтому, когда дверь приоткрылась, и послышались тяжелые шаги, я, от неожиданности, быстро обернулась. — Привет, — улыбнулся Дэрил, сбросив арбалет на пол у стены и, кончиками пальцев закатав рукава, прошёл в туалетную комнату. — Дэрил! — радостно воскликнула Грейси, побежав следом, а я, оставив игрушки на полу, поднялась с колен, с улыбкой заглядывая за дверь. — Привет, принцесса, — ласково поздоровался он, тщательно вымыв руки и подхвати девочку на руки, — как день? — Хорошо, мы занимались с буквами и играли. Посмотришь, как я написала слова? — Грейси опустила маленькие ручки на мужские плечи, и сердце мое так и замерло в груди.       Наверное, я бы могла наблюдать за этим вечно, если бы не тревожные мысли, комом обрушившиеся на голову. Я снова вспомнила о Лидии, и, сгорбившись, подготовилась к разговору. — Ты проверила проигрыватель? — спросил Дэрил, вынырнув в комнату и, осторожно опустив девочку на пол. — Посмотрю твои буквы вечером, честное слово.       Грейси рассмеялась, мигом выбежала за дверь, и я услышала, как босые ножки побежали в соседнюю детскую комнату. Издалека послышался голос Карла и веселый гогот Джудит. — Нет, прости, не успела, — с сожалением призналась я, пожав плечами. — Чем была так занята? — Дэрил приподнял брови, будто бы уже узнал, куда мы с Лиссой пробрались минувшим утром. — Воспитывала Грейси, пыталась собраться с мыслями. — На счёт чего?       Дэрил снял жилет, и, стянув перепачканную в крови рубашку прямо через голову, не расстегивая пуговиц, внимательно посмотрел на меня. Ну, хотя бы охота прошла успешно! У нас будет вкусный ужин. — Лидия.       Рубашка упала под ноги. — Что, Лидия?..       Дэрил устало вздохнул. Судя по всему, он хорошо запомнил нашу ночную беседу. Довольно быстро надел свежую одежду и снова глянул исподлобья. Длинные волосы медленно упали на лицо и лоб, прикрыли глаза, но я заметила тревогу. — Если так уж невтерпеж, то идём, — он поманил рукой, попутно прикоснувшись пальцами к моей руке, — как раз собирались отнести девчонке ужин. — Что?.. — переспросила я, ухватившись за широкую ладонь и проследовав за любимым в коридор. — Ты возьмёшь с собой? — А чего нет? Не хватало ещё, что бы ты — мой самый близкий человек, — надумывала себе всякие небылицы. — Это не так... — Да ну?..       Он хмуро присмотрел на меня. И я почувствовала угрызения совести. Ох, да что же это со мной творилось?! То одно, то другое! Сначала прониклась рассказам Лидии, а теперь уже безоговорочно верила Дэрилу... Боже, да я никогда в нем не сомневалась, и не стану, вот только требовалось время, чтобы разобраться, понять: что к чему!.. — Эй, — мы остановились на лестнице, — все хорошо.       Я обхватила мужскую ладонь и прижала к губам. — Вместе, помнишь? — сипло спросил Дэрил, и в его глазах снова показались любовь и забота. — Конечно. Не думай, что обвиняю. Просто не во всем наши мнения и решения будут схожи. Но это не говорит о том, что я злюсь. Наоборот, это значит, что просто нужно сесть и обсудить. Только и всего. — Ладно. — Он послушно кивнул. — Понял. Но ведь сейчас все хорошо?       Дэрил смотрел вдумчиво, наблюдал и анализировал. Он старательно прислушивался, и глаза его в полумраке меняли цвет волны на бирюзовую синеву. — Да, и я готова оправиться с вами в тот самый дом. — Отлично.       Он мельком улыбнулся, но ладонь не выпустил. Между нами почувствовалось незначительное напряжение. Оно замерцало в воздухе, но довольно быстро развеялось вместе с горячим чувством в груди. Дэрил повёл следом, вниз по ступеням, ну а я, наблюдая за длинными тёмными волосами, колыхавшимися при движении, внезапно поняла, что это правда. Все мои слова: и в горе, и в радости. Да, что бы Дэрил ни натворил, на что бы не пошёл, я всегда буду рядом. Я буду любить его до последнего вздоха, просто потому что он оказался единственным человеком на свете, готовым принять меня любой.

***

      Дэрил отворил железную дверь, со скрипом ударившуюся о покоцанную стену. Он был напряжен и резок в движениях, но ничего не предпринял, ни как не проявил своих эмоций. И я была уверена, держался только ради меня. Не желал, чтобы я видела... Однако одного взгляда на испуганную Лидию хватило, чтобы понять: она будет молчать; ничего не скажет. Только не под давлением!.. Возможно, поболтай мы наедине, мне бы и удалось разговорить девочку, выведать что-то важное. Но разве Дэрил мог согласиться?.. Нет, даже не следовало спрашивать. Больше всего на свете он боялся, что кому-нибудь из нашей семьи причинят вред. Особенно мне. — Ужин, — угрюмо оповестил Дэрил, брезгливо опустив поднос на край матраса.       Но Лидия не ответила. Она угрюмо промолчала, съёжившись, будто в ожидании удара. И вновь у меня засосало под ложечкой. Я стояла в тени, не выходила на свет; попросту не желала, чтобы заложница меня увидела. Дэрилу не следовало знать, что я, вопреки просьбам, нарушила обещание. Но утром мне бы и в голову не пришло, что он захочет отвести сюда под покровом первых сумерек!.. — Позже с тобой побеседует Кэрол, — все также безразлично оповестил Дэрил.       И я затаила дыхание. — Нет, пожалуйста, я ничего не знаю!.. — взмолилась Лидия. — Никто и ни за что не поверит в эту брехню, — огрызнулся Дэрил. — Я тебя поймал! Я видел, что это была ты с тем ублюдком, угрожавшим моим людям. — Какой смысл мне так подставлять себя? — завопила девочка, и я прикрылась глаза, напомнив себе, что ей не больше четырнадцати-пятнадцати лет. — С того самого, по которому за твоей пазухой я нашёл этот нож!       Дэрил вытащил острый клинок и продемонстрировал Лидии. В свете тусклой лампы, я увидела, как блеснуло длинное лезвие. — Думаешь, что меня остановит твой возраст? Или то, что ты девчонка? — Он громко хмыкнул. — Ошибаешься. Если, не приведи бог, кто-то из твоих дружков наведается к общине, и хоть волос упадёт с головы моих людей, этот острый наконечник окажется в твоей глотке. — Но я ничего вам не сделала! — запричитала Лидия, всхлипнув сильнее.       И я увидела Кэрол, появившуюся на этаже. — Тебе здесь не место, — прошептал она, склонив голову набок, — Дэрилу нужно докопаться до истины. — Я не мешаю... — Ошибаешься. Он знает, что ты здесь, и не может выполнять свою работу. — Это не работа, это... — Жестоко? — Кэрол вздохнула.       А я, тяжело задышав, кивнула, расслышав очередной писк. — Ты думаешь, нам это нравится? Убивать для любимых? Убивать за любимых?       Кэрол отчётливо выделила слово «за» в последнем предложении и с укором посмотрела на меня. Да настолько откровенным и вопрошающим взглядом, что я не смогла возразить! Прикусила кончик языка, припомнив Терминус, Губернатора и других... Они всегда защищали нас от опасности. Любыми способами. — Ты дорога Дэрилу. Он любит тебя и Грейси, быть может, даже, планирует создать свою семью. Дэрилу важно, чтобы ты доверяла и была на его стороне. Какие бы противоречия не мелькали на душе — затопчи. И немедленно. Сделай это. Иначе...       Я закрыла глаза, молчаливо кивнула и, стиснув пальцы в кулаки, выбежала вон, почти бегом вынеслась на крыльцо, опёрлась руками о перила, осознав — она права. Черт подери, Кэрол права! Я ведь не видела, как Дэрил насмерть забил Дуайта за меня, и как лишил жизни Нигана за нас. Я не видела, как он распотрошил Терминувцев, и как держал одного из них на коленях, когда Рик наотмашь отрубил голову... Я только слышала об этом. Но ничего не видела!..       Мне стало невыносимо горько, до тошноты! Ужин подкоптил к горлу и незамедлительно вырвался наружу. Я прочистила горло, прикрыла веки и, разглядев свет в детской, тихонько осела на ступени в безмолвном крике. Возможно Лидии требовалась помощь. Ей нужна была семья. Почему мы не могли попытаться?!       Понемногу дрожь оставляла тело, сумерки сгущались. Люди не смотрели. И поляна опустела. У ворот Тара сменила Юджина. Зажглись первые мерцавшие фонари... А я все никак не могла отдышаться. Тошнота не проходила. — Чертовы нервы!..       Я обречённо вздохнула и снова расплакалась. — Шейлин? — тихий голосок раздался совсем рядом. — Что случилось?       Василиса появилась из неоткуда, возникла будто из воздуха. Она вышла из-за размашистых полуголых кустов и, осторожно присев рядом, опустила руку на дрожавшее плечо. — Ничего, — сбивчиво ответила я, вытирая слезы, — минутная слабость. — Это из-за неё? Из-за Лидии, ты плачешь?       Девушка настырно обняла за пояс и опустила пальцы на бедро. — Нет, — я мотнула головой, — просто чувствую себя другой, не правильной. — Почему?       Огромные глаза в недоумении уставились на меня. — Потому что не смогла бы зарезать человека, ребёнка, да кого угодно, если бы он угрожал нам! — С чего ты так решила?..       Я всплеснула руками, едва сдержав очередной спазм, потрясший желудок и горло. — С того, что не по зубам мне этот новый мир! Знаешь, меня жестоко изнасиловали в детстве, а потом, полтора года назад, это сделали мужчины. Я залетела и потеряла ребёнка. Вскоре вдруг почувствовала, что черствею. Здесь была жизнь, и был Спенсер, с которым мы отлично проводили время, но он ни разу не убивал за меня. Никогда. И от этого было спокойно! А потом мы с Дэрилом нашли друг друга. И я его люблю, очень!.. Но... — Ты не хочешь, чтобы он убивал за тебя?.. — Да, — я всхлипнула, прерывистом выдохнув, — не хочу. Но этот мир... По другому же невозможно. — Знаешь, не думаю, что Дэрил разделяет твоё мнение. — Василиса погладила по спине. — Он так любит тебя... Видела бы ты его лицо, когда Ниган угрожал убить тебя... Думаю, что вам стоит поговорить об этом. Уверяю, что все не так плохо. Вы вместе, и вы любите. — В том-то и дело, что я люблю и буду любить, всегда. Вот только как же выжить?.. Над нами вновь угроза. Прошлые месяцы казались сказкой, но ни что не длится вечно!.. Если эти люди явятся сюда, а я жалею их отродье!.. Вдруг Лидия действительно способна убивать?! — Хорошо всегда не бывает. Шейлин, тебе стоит радоваться дню, месяцу, мгновению, секунде. Это и есть жизнь. Поверь, я знаю о чем говорю. У каждого из нас есть свой «багаж» негативных воспоминаний. И у Дэрила не меньше. Взгляни на него! Да ведь он только и смотрит на вас с Грейси. Эти чувства не рождаются с потолка. Уверена, что они проверены временем. Так отпусти. Не сомневайся в себе! И не переживай за то, что не в силах изменить. Чтобы Дэрил ни делал — это ради вас, и ради этой общины.       Я вытерла слезы и посмотрела на Лиссу. Удивительно, но рассуждала она здраво, будто совсем взрослая, опытная женщина. Куда умнее и сдержаннее меня. Смотрела добрым вдумчивым взглядом. Пришла на помощь!.. Боже, тогда я была очень благодарна за верные слова. — Спасибо. — Тебе сейчас лучше пойти в постель, лечь и выспаться. Как придёт время, поговоришь с Дэрилом. Он поймёт. — Не уверена... — Пошли, провожу тебя. — Нет, не стоит. Я побуду здесь. Дождусь Дэрила. Он выйдет, и мы поговорим.       Василиса нахмурилась. — Ты уверена?.. — Да, спасибо, ты очень помогла разобраться. — Я громко шмыгнула носом. — Прости за этот концерт, на эмоциях... Уф. Ступай и отдыхай.       Девушка недоверчиво посмотрела, видимо, увидела мое бледное лицо и мечущийся взгляд, однако больше ничего не сказала. Только пару слов: — Ладно. Желаю тебе удачи!       Лисса поднялась на ноги, махнула рукой и, сочувственно взглянув, направилась прочь по тропе. Мгновение, и силуэт исчез за фонарём. Он растворился в прохладном воздухе...       Я проводила девушку взглядом, облизала губы и, обернувшись, уловила свет вдалеке. Понадеялась, что никто не услышал моих слез и не стал свидетелем лёгкой истерики. В последнее время я сама себя пугала. Не была похожа на прежнюю Шейлин. Что-то во мне изменилось. Но я даже не догадывалась, предположить не могла, что именно!..       До поры, до времени.