Противостояние

19 октября 2014 год

Хиллтоп

Ближе к полуночи

      Замёрзшие и уставшие, но, все-таки, счастливые, мы добрались до ворот Хиллтопа уже глубокой ночью. Огромные настенные часы пробили полночь. Иисус проводил в дом, встретил очень радушно и нас, и Лидию. Удивительно, но он не задал ни единого вопроса. Предоставил девочке отдельную комнату на первом этаже, помог с одеждой, но, прежде всего, проводил к доктору Стивенсону в до боли знакомый медицинский трейлер. Лидии требовалась срочная помощь! На ее истерзанные руки было больно смотреть: вздувшаяся и местами полопавшаяся кожа, окровавленные пальцы, запекшаяся кровь под ногтями. Девочка недоверчиво посмотрела на доктора, когда мы остановились у трейлера. Боязливо глянула на Карла, но только он кивнул, и она тотчас же прошла следом. Даже ни разу не обернулась!.. Настолько доверяла своему новоиспечённому «другу». И только дверь за ними закрылась, как Дэрил, небрежно получив свою одежду назад, строго заговорил: — На рассвете выдвигаемся домой. Ее с нами не будет. — Значит, я останусь здесь.       Карл пожал плечами. — А как же отец? О нем ты подумал? — вкрадчивым тоном поинтересовался мужчина. — Мы жизнями рисковали. — Понимаю, и благодарю за спасение, но Лидию не оставлю. Ни за что. Она больше не вернётся в лес. Будет жить с нами. — Нет, не будет.       Я разволновалась. Только нового конфликта нам ещё и не хватало! Схватила Дэрила за пояс и потянула к дому. — Идём, ни к чему все это на ночь глядя. — Не понимаю, что у Карла в голове... — выдохнул он, но все-таки поддался и пошёл рядом, обхватив рукой за плечо. — Чувства, наверное.       Я устало вздохнула, растерев ладошкой холодный свитер и, наверняка, окоченелые мышцы на мужской спине. Но Дэрил не вздрогнул. Шёл уверенно, даже если и замёрз, то не говорил об этом, не демонстрировал свои истинные чувства. — Как же, — приглушенно усмехнулся он, приоткрыв тяжёлую дверь и пропустив меня вперёд, — чувства.       Прогретый тёплый воздух мигом облепил со всех сторон; забрался под одежду, пробежался по коже, окропив замёрзшее тело россыпью приятных мурашек. Я поёжилась в куртке, потихоньку избавляясь от одежды, прямо на ходу стаскивая тяжёлые рукава, и шапку с шарфом.       Растрёпанные волосы упали на щеки. Лёгким движением руки, я с трудом пригладила их, поднялась на второй этаж и, приоткрыв уже знакомую дверь, зашла в недра тёмной комнаты. Надо же, то самое место, где мы впервые поцеловались. Вздохнув, я обернулась, улыбнулась Дэрилу, вошедшему следом, и, бросив одежду на подоконник, схватилась за свечи. Они так и простояли нетронутыми несколько месяцев. Я запомнила, ведь тем памятным весенним вечером сама их расставляла: на полках и столе, у камина и на прикроватной тумбе. Хорошо, что нам не требовалось слишком много света. Близилась поздняя ночь, и все, чего хотелось — это спать.       По правде говоря, я и ног совсем не чувствовала. Подпалила несколько фитилей, да прошла в ванную комнату. Молчаливо, не проронив ни звука, умылась, следом начисто вытерла руки: бледные и продрогшие. Пальцы постепенно «оживали», и я уже могла двигать ими без ощутимой боли. Отлично, значит, совсем скоро вновь приду в себя!..       Тревожные мысли не покидали ни на минуту. Да, удалось вызвались Карла из беды и самим остаться в живых, но, ведь, по сути, это мало что меняло. Впрочем, как и присутствие Лидии. Обезумевшая лысая дура все равно пойдёт на общину следом за Ниганом. Они нацелились на наш дом уже давно, и этой ночью, собрав стадо, выдвинутся в путь. Конечно, мы были предупреждены, а, значит, вооружены, к тому же Альфа не знала о том, что Карла спасли именно мы. Возможно, она подумала на Лидию, и это лишь дало нам фору! Они рыскали по лесу в поисках беглецов, в то время, как мы уже давно грелись в тепле и готовились встретить стадо у ворот Александрии. — Мне жаль, что наш поход не принёс тебе успокоения, — тихонько пробормотала я, вновь показавшись в комнате и заметив Дэрила со свитером в руках.       Он аккуратно повесил жилет на спинку стула, следом сложил свитер и, повернувшись, устало опустился на край кровати. — Кэрол и Лисса целы, — он пожал плечами, — возможно, они уже дома. — Конечно, думаю, так и есть.       Я ласково улыбнулась, ухватившись за тёплую кофту. — Мы спасли две жизни и узнали важные вещи, так что, нет, дурёха, этот поход принёс свои плоды, и вернул Карла невредимым. — С рассветом домой? — осторожно поинтересовалась я, попытавшись завести разговор, растормошить любимого; показать, что я все ещё рядом, и мы оба живы. — Да, заберём детей. Надо срочно уезжать. Пока сукин сын не привёл стадо к воротам. — Он горько ухмыльнулся. — Следовало убедиться, что ублюдок сдох!.. А-н, нет, мерзавец не только выжил, но и рассказал о детях... Мерзкий уебок!       Дэрил притопнул ногой о деревянный пол, и столик у кровати заметно дрогнул вместе с пламенем свечи, отбросившим игривые тени на стены и потолок. — Ты не виноват. Альфа в любом случае придёт за Грейси... — Я поджала губы, медленно расстёгивая пуговицы рубашки, постепенно обнажая тело. — Оказывается, у неё есть мать, и она одна из них. — Нет, она не мать, — Дэрил отрицательно качнул головой, стащив тяжёлые сапоги и подкинув к двери. — И Альфа тоже. Эти женщины лишились рассудка. Они невменяемы. И ребёнка мы не отдадим. — Да...       Я утвердительно качнула головой и шмыгнула носом, тихонечко чихнув. Подпрыгнула на месте, тотчас же приглушенно рассмеявшись. И, взглянув на Дэрила, поймала глубокий рыщущий взгляд. Особенный, не свойственный в обычной обстановке, но, отчего-то вполне уместный в тот самый час. Мужские глаза просветлели. Исчезли гнев и злость, покинула тревога. Или мне всего лишь показалось?.. Натужно вздохнув, я расстегнула последнюю пуговицу, сбросила тёплую рубашку с плеч и, повернувшись спиной, вдруг расслышала: — Что это? — М-м?       В отличие от Дэрила, было лень складывать одежду, поэтому, скомкав рубашку, да бросив на подоконник, я на носочках подошла к постели и улыбнулась, остановившись рядом. — Это.       Он кивнул на чёрный кружевной лиф, тот самый, что стащила с витрины в мрачном павильоне торгового центра. И я оторопела от блестящего взгляда, обласкавшего бездонным теплом. Дэрил смотрел, едва прищурившись, покусывая губы, будто бы хотел завести разговор, сказать о чем-то, но вместо слов, опустил руки мне на талию, чуть ниже рёбер, у самого пупка, нежно погладив кожу большими пальцами. — Спасибо, что пошла со мной, — сипло пробормотал он, притянув ближе и прижавшись губами к ложбинке между грудей.       И мои щёки порозовели следом за мигом затвердившими сосками. Лиф был сшит из легких кружевных вставок, и достаточно просвечивал, обнажал грудь, едва прикрытую невесомой тканью. — Получается, ты рад? — сбивчиво выдохнула я, облизав пересохшие губы. — И больше не считаешь меня дурёхой? Подтверждаешь, что из нас вышла отличная команда?..       Дэрил провёл языком чуть ниже, поцеловал рёбра, прямо под грудью, обхватил пальцами застежку, но не поспешил расстёгивать. Мягкими волнообразными движениями погладил лопатки, прильнул губами к вздыбленному соску прямо сквозь белье, заставив ахнуть и обхватить руками взъерошенные волосы. — Ты навсегда останешься дурехой, Шейлин, — сладко прошептал он, лизнув кожу, опалив горячим дыханием вздыбленный сосок, осторожно высвободив грудь из кружевного белья всего одним пальцем. — И это твоё белье мне очень нравится. — Ты сделаешь это ещё раз?.. — тихонько спросила я, поймав пылкий взгляд и ощутив, как сильные пальцы выпиваются в кожу на спине. Замочек щелкнул, и лиф расстегнулся, повис лямками на молочных плечах. — Что? — Дэрил обласкал жгучим взглядом, стиснул одну из грудей, пальцами перебирая сосок, заставляя тело наполняться невидимой тяжестью.       Боже, я и не думала, что совсем лишившись сил, внезапно захочу его столь страстно и безудержно!.. Дэрил точно знал, на что давить, к чему прикасаться, и куда целовать. Он запомнил, что я так сильно обожаю, и повторял с завидной регулярностью, всякий раз подавая сладостные ласки в новом «исполнении». — Поцелуй, — выдохнула я, опустившись на мужские бёдра и прижавшись губами к волосам. — Мне нужно сказать тебе...       Дэрил сбросил лиф с плеч, откинул на кровать и, прижавшись языком к соску, вобрал в рот, да столь лихо и глубоко, что я всхлипнула от боли и нахлынувшего удовольствия. Плавные движения влажных губ, заставили поёжиться, двинуться в крепких руках. Я закрыла глаза, приоткрыта рот и заёрзала на бёдрах, наслаждаясь требовательными поцелуями. Мне до одурения нравилось, как он это делал: с удовольствием и увлечённо, зализывал до красноты, и эта приятная тягучая боль терзала тело, безумно возбуждала разум. — Что, милый? — опомнившись и, чуть приоткрыв глаза, прошептала я, скользнув рукой по напряжению, стянувшему джинсы у самой ширинки. — Хочу тебя целовать, сначала это, потом все остальное, — он пробормотал на одном дыхании, обхватил огромной ладонью за щеку и, притянув к себе, жадно, с предыханием, поцеловал.       Я чуть не задохнулась от удовольствия, вновь ощутить горячий язык, прильнуть к его приоткрытому рту и углубить бесстыдный, развратный поцелуй, осознавая, что это только наша ночь, и наша близость, ни с кем другим. Мы снова вместе, в темноте, и, несмотря на все на свете, на все неурядицы и проблемы, находим вновь успокоение в объятиях и поцелуях. Волшебное чувство соприкосновения тел, чувств и эмоций!.. — Любимая, — нежно прошептал Дэрил, когда я, юркнув на кровать, на мгновение выскользнула из объятий, привстала на коленях, чтобы снять джинсы. — Да? — Я закусила губу, игриво улыбнувшись.       Дэрил приблизился, помог избавиться от грязной одежды, поцеловал бедро, прерывисто дыша и скользя губами по нежной коже выше и выше, пока не замер у пупка, едва ощутимо погладив ягодицы сквозь белье. — Ты же понимаешь, что это навсегда? — Он выпрямился, ухватился за свои штаны, расстёгивая ремень и пуговицу. — Что «это»?       Разумеется, я понимала, о чем он говорил, но намеренно оттягивала момент, выжидая. Не могла отвезти горящих глаз от выпуклых мышц на обнаженных плечах и груди, на животе и бёдрах... Я любила все, что он делал. Обожала до дрожи в поджилках каждую клеточку любимого тела!.. И не представляла, как же это может закончиться?.. Никогда и ни к кому я не испытывала настолько выраженных взаимных чувств. У меня такого не было. Так что же это, раз не навсегда?.. — Ты и я, — Дэрил облизал губы, когда я погладила по спине и, спустившись руками до волосатых бёдер, пощекотала пальчиками обнаженные ягодницы, — и все это, что между нами происходит. — Что «это»? — снова поинтересовалась я, прижавшись губами к плечам, скользнув языком по венке на шее, расслышав томное дыхание у самого уха. — Наши отношения, дурёха,       Дэрил приподнял за бёдра, медленно опустил на колени, погрузившись в меня столь плавно и глубоко, что я, ощутив его внутри, приоткрыла губы и откровенно заглянула в светящиеся искрами глаза, едва всхлипнув и поджав ноги. — Ты хочешь обсудить это сейчас?.. — тяжело дыша, выпалила я, испытав колкие мурашки внизу живота.       Один толчок, следом второй и третий... Мои мышцы рефлекторно сжались на горячем пульсирующем члене, а пальцы надавили на клитор, усилив вдвое приятное покалывание внутри. Дэрил обхватил рукой мои плечи, прижал к себе с такой силой, что я, вздыхая от удовольствия, больно укусила за руку; почувствовала, как он ещё теснее привлёк к себе, и поняла: ему понравилось. О боже, я чуть не кончила от очередного вздоха, почувствовала, как он подхватил на руки за бёдра, прижал к изголовью старой кровати и, надавив сильнее, задвигал бёдрами в такт с моими резкими движениями.       Той ночью мне хотелось страсти, огня, безумия, любви... Совсем не той, что мы дарили друг другу последние несколько месяцев. Это была грубая любовь, но в то же время нежная и зазывавшая в свои распахнутые объятия!.. Я опёрлась руками о длинную железную жердь, впилась пальцами в холодный металл, почувствовал, как Дэрил рывком заполнил до основания, ознаменовав начало непрерывной борьбы за удовольствие. И хотелось ещё, боже, это походило на безумие, но, когда он, схватив в охапку, уронил на матрас, подмял под себя и сладко поцеловал в губы, я, в порыве страсти, оттянула нижнюю губу, закусила едва ощутимо, как показалось, но, видимо, этого оказалось достаточно. Капельки крови оросили мужской рот. А Дэрил не заметил. Он вжал меня в постель, сделал несколько глубоких рывков, выскользнул и, мигом оказавшись в ногах, прильнул губами к набухшему клитору.       Я запрокинула голову, следом выпрямилась, опёрлась на руки и, обхватив мужскую голову, впервые разглядела, как он прикоснулся языком к набухшей плоти... У меня колени задрожали от удовольствия, взгляд затуманился. Буквально выдохнув его имя, я вновь упала на матрас, выгнула спину, почувствовала большой палец на клиторе, а язык у самого лона, и сдавлено пискнула, фиерично кончив. Миллионы искр замерцали перед глазами, звон в ушах сменился собственным голосом. Я вскрикнула. Это точно! Свела ноги, задрожала и, вновь приподнявшись, повалила Дэрила на спину.       Так вот как выглядит счастье... Он выглядел возбужденным и нетерпеливым, захотел, чтобы я немедля взобралась сверху и завершила начатое, но я не согласилась. И, раз уж он мгновение назад подарил неописуемое блаженство, могла ли я устоять?.. На свете было всего несколько постыдных вещей, в которых я ну никак не могла себе признаться, и любовь к горячему желанному члену была одной из них.       Ох, нет, я думала об этом, в своих фантазиях, представляла, как обхвачу губами и соскользну языком вниз по твёрдой плоти; воображала, как ему понравится. И часто вспоминала нашу шалость в душе. С тех пор мы мало занимались этим. Точнее, я хотела, но вот Дэрил... Иногда казалось, что ему и нравится, но в то же мгновение, словно он не может до конца расслабиться. Или довериться мне?.. — Шей... — вот и в этот раз он заметно напрягся, но позволил медленно спуститься до самого паха. — Что? — завывающе спросила я, обхватив горячую плоть и осторожно лизнув головку. — Ты не обязана... — Мне это нравится, — прошептала я, прикрыв глаза и обхватив член пальчиками, — расслабься. Я люблю тебя всего, с головы до пят. И это не изменится.       И он послушно уронил голову на подушку, запутался пальцами в моих коротких волосах, тяжело дыша и наслаждаясь ласками: нежными и пылкими. А я увлечённо старалась, с удовольствием поглаживала пульсирующую головку, гладила губами, целовала и облизывала, пока, в один момент не поняла: мы уже близко. Дэрил задышал сипло, сильнее прижал голову к бёдрам, и я впервые услышала его приглушённый стон. О боже, это подействовало гипнотически. Я вобрала член глубже, со страстью обвела языком и причмокнув, почувствовала, как он содрогнулся в ладошке, дёрнулся ощутимо, и, да, кончил, прямо в меня. Сглотнув солоноватое семя, я широко улыбнулась, поцеловала мышцы на животе, обвела языком пупок и, поднявшись на локтях, тотчас же попала в крепкие объятия. — Ты... — Дэрил прикрыл глаза, и, сглотнув, затуманенным взглядом посмотрел на меня. — Ты — мое все. Я никого так не любил... Все, что ты делаешь, это... — Скажи, — я улеглась на мужской груди, нежно прикасаясь губами к волосатой коже. — Я занимался сексом только с продажными женщинами и под наркотой, — признался Дэрил, приоткрыв чуть больше правды о своём прошлом. — Это были лёгкие наркотики, ничего серьезного, но вместе с алкоголем, становились чем-то вроде афродизиака.       Он вздохнул, забросив руку за спину и погладив по плечу. — Ты занимался сексом под воздействием?.. — в непонимании, переспросила я, прильнув губами к сильной шее. — Что это значит?.. — Что я демисексуал, и ты первая женщина, с которой у меня встаёт без алкоголя и затяжки. — Деми... кто? — Я улыбнулась, прикусив мочку его уха. — А ты как думаешь, я же обходился без секса все эти годы. Видимо, ждал тебя. — Ты не ответил на вопрос. Что это значит?.. — Я не испытывал сексуального влечения, до тех самых пор, пока не полюбил тебя. Это для меня нормально. Помню, первый секс случился тоже по «любви», но следом я никак не мог собраться. Думал, что просто не встаёт. Но, нет, с возрастом понял в чем дело, вот и пользовался всякими хитростями. И кончал быстро, без особого удовольствия, просто потому что надо. А потом, когда поцеловал тебя на этой самой кровати, почувствовал это позабытое желание, и сразу все понял. — Так вот почему ты тогда уехал и сказал, что это не правильно?.. — Я привстала на локтях, прижавшись грудью к его плечу. — Ты почувствовал... — Возбуждение, да, ещё какое. — Дэрил улыбнулся.       И я залюбовалась его чистым лицом, без единой тени лжи или сомнений. Той ночью он был предельно откровенен. — Значит, не о чем беспокоиться? — Мои брови взлетели вверх.       И я поняла, что быстро позабыла о проблемах, буквально кравшихся по пятам. Расслабилась в мужских руках, с интересом поглядывая на любимое лицо. — Не думаю, что разлюблю тебя, дурёха, — сладко прошептал Дэрил, обхватив рукой затылок и наградив пылким поцелуем в губы, — поэтому и хочу, чтобы ты понимала, зачем я это сделаю. — Сделаешь что?..       Я увлечённо присела следом за ним. Залюбовалась игрой света на мужском теле, с упоением разглядывая каждый изгиб, каждую мышцу, удовлетворенно вздыхая.       «Он хочет меня, потому что любит», — пронеслось в голове, и от одной мысли комната пошла кругом.       Значит, Демисексуал. Значит, однолюб. Какая прекрасная новость!..Хотя, я бы ни за что не усомнилась в мужской верности, даже утаи он правду. — Что ты делаешь? — забеспокоилась я, когда Дэрил, вскочив с кровати, поплёлся к одежде. — Куда ты?.. — Никуда. Подожди одну минуту.       Он схватил жилет, сунул руку в карман и, видимо, отыскав то, что нужно, обернулся. Но улыбка вдруг сползла с его лица. Дэрил озадаченно посмотрел на меня, облизав губы и, вернувшись в постель, склонил голову набок, внимательно посмотрев прямо в глаза... И промелькнуло нечто новое в его мирном, любящем взгляде, натолкнувшее на совсем иные, куда более глубокие, размышления. — Дай мне свою руку, — тихо попросил он, и я, без задней мысли, вытянута ладонь. — Наденешь?       Сперва, я не поняла, о чем это он. Растерянно посмотрела на свою руку, а следом, заметив аккуратное золотое кольцо, приоткрыла рот для вдоха, но так и не смогла вздохнуть. Без лишних слов, Дэрил вручил мне это?.. О боже, я даже не осмелилась и слова вымолвить, почувствовав себя в центре вселенной. — Ты окажешь мне честь называть тебя своей женой?— тихо продолжил Дэрил, и я прочла волнение в его глазах. — Ох, я... — мне не хватило слов, да и воздуха тоже. — То есть, вот сейчас, как только надену это кольцо, моментально стану миссис Диксон? Или, как это... — Да, дурёха, я хочу, чтобы у нас все было по-настоящему. И это кольцо станет символом. Все будут знать, что у тебя есть мужчина. Человек, который всю оставшуюся жизнь будет любить и защищать тебя. — О, Дэрил... — только и смогла вымолвить я, закивав и расплывшись в улыбке. — Это я могу расценивать, как «да»? — Да, о боже, ты ещё и сомневался?!       Я легонько стукнула мужское плечо и, выпрямившись, вытянула левую ладошку, грациозно приподняв безымянный палец. — Хорошо, — Дэрил осторожно обхватил запястье и, надев колечко на пальчик, поцеловал белесые костяшки. — Теперь ты официально можешь представляться моей фамилией. — Боже...       Я вытянула руку, разглядывая поблескивающее колечко. Оно было обычным, тоненьким, без камней. Но, тем не менее, самым прекрасным на свете! У меня дыхание перехватило от переполнявших сердце чувств. Я поняла, что Дэрил готовился, обдумывал этот момент и явно не вчера обзавёлся золотой прелестью!.. — Но где ты его взял? — удивилась я, прижавшись щекой у мужской груди и мирно прикрыв глаза, наконец, расслабившись и почувствовав усталость. — Три недели назад, вытащил в ювелирном, пока ты не видела. — Эй, это тем самым днём, когда мы вдвоём гуляли по торговому центру?       Я улыбнулась, почувствовав тёплое одеяло на едва озябшем обнаженном теле. — Да. — И ты ждал все это время? Почему не подарил сразу?.. — Не знаю, — честно ответил любимый, погладив по плечу, — может, боялся, что ты не захочешь, или что у нас не серьёзно... — Эй, мы вообще-то уже год растим ребёнка, — шутливо возмутилась я, ущипнув за волосатый живот, — как ты мог подумать, что у нас не серьёзно?.. Или это мои отношения со Спенсером сыграли роль?       Я отняла голову от мужской груди и внимательно посмотрела прямо в глаза. — Мне не свойственно спать с кем попало, а те несколько месяцев, что мы были близки со Спенсером... Я не ощущала и малой доли из тех чувств, что бушуют во мне в эту самую минуту. Я очень тебя люблю и буду носить это кольцо с гордостью. Теперь все будут знать, что у меня есть ты. — Дурёха, — Дэрил не смог сдержать улыбку, — давай, ложись, нам спать осталось несколько часов. А завтра... — Будет завтра. — Я прижала пальчик к мужским губам. — Верно.       С этими словами, расплывшись в улыбке, я прильнула щекой к подушке, прижалась носом к тёплому плечу, испытывая феноменальные чувства. Они были глубже, чем прежде; куда насыщеннее и ощутимее. Мы полюбили. И сделали все, чтобы больше никогда не расставаться.       Той ночью я спала мертвым сном, позабыла обо всех невзгодах, свалившихся на наши плечи мертвым грузом, и обратившим самые счастливые мгновения в прах уже на следующий день.

***

20 октября

Александрия

      Мы приехали домой вдвоём. Прошли через родные скрипучие ворота, держась за руки.       Наверное, я первая увидела друзей: Кэрол на крыльце с Иезекиилем, и Василису неподалёку с Джудит на руках. Заметив нас, она радушно махнула рукой и, окликнув Кэрол, весело спустилась на тропинку, вручив девочку в руки Рика. — Я же говорила, что они в порядке!       Дэрил улыбнулся, поцеловал мою ладонь и, ускорив шаг, бегом направился навстречу прихрамывавшей Кэрол. Издалека я увидела перебинтованную голову, да припухшую щеку. Женщина расплылась в счастливой улыбке, раскинула руки и, попав в крепкие объятия, обняла Дэрила за плечи.       Радостный момент встречи и единения... У меня слезы навернулись на глазах, и причиной тому стали не только дружеские встречи и радость снова оказаться дома. Я нутром чуяла беду, и знала, это случится скоро. Видела тяжёлые облака, обрамившие небо, ощущала первые дуновения близившейся бури на лице. Да про себя все повторяла, как же обьяснить Рику решение Карла?.. Он остался с Лидией в Хиллтопе. Заручился поддержкой Мегги и Аарона. Они согласились, что влюблённым лучше не расставаться. К тому же Альфа ничего не знала об северной общине.       «Но это, до поры, до времени, пока Ниган не решит наведаться и к ним», — подумала я, недовольно согласившись. В конце-концов, Карл уже давно был не ребёнок. Он перерос своих сверстников. В новом мире дети становились взрослыми намного раньше, чем прежде, в самое мирное время. — Привет! — радостно поздоровалась Лисса, легонько обхватив за плечо и улыбнувшись. — Как вы?.. — В порядке, — протянула я, с непривычки теребя пальцами кольцо, — вот только...       Рик похлопал Дэрила по плечу и следом поспешил навстречу к нам, удерживая Джудит на руках. По взволнованному лицу и мечущемуся взгляду, я сразу догадалась, кого он ищет, но ни чем не смогла обрадовать обеспокоенного отца. Только если одной-единственной радостной вестью: его сын жив и невредим. — Шейлин! — выпалил дядя, немедля схватив за руку. — Как вы?.. Карл?.. — Цел, мы его нашли, но... — Что?..       На мгновение показалось, будто у него от сердца отлегло, но, поймав мой встревоженный взгляд, Рик насторожился, стиснул плечо. — Он остался в Хиллтопе. С ней. — Что, с Лидией?!       Дядя ошарашено отпрянул в сторону, переглянувшись с Мишонн, а я, мельком посмотрев на Василису, вдруг вспомнила о Нигане, но не решилась сказать. Увидела Грейси на крыльце, сдавленно всхлипнула и, окончательно осознав, что это место вот-вот окажется полем боя, поспешила к дочери. — Мама, — пропищала малышка, засеменив навстречу, — мама, ты вернулась!       Едва сдержав выступившие слезы, я опустилась на колени, подхватила дочь на руки и, расцеловав розовые щёки, обернулась к Дэрилу. Он тоже замер, видимо, прочёл все по моим огромным увлажнившимся глазам. И счастливая улыбка мигом сползла с щетинистого лица. Мы оба принесли дурные вести. И теперь, смотрели друг на друга с долей оправданного страха и щепоткой отчаянной надежды. — Мамочка, вы останетесь дома?.. — звонко спросила Грейси, задорно помахав Дэрилу рукой.       А он, приподняв уголки губ, с теплотой махнул в ответ, тяжело вздохнув и повернувшись к остальным. Настал момент, когда былая ночь повисла где-то в прошлом, и сладостные нотки страсти отозвались далёким эхом в ушах. Мы все столкнулись с удручающей правдой, которую только лишь предстояло озвучить. — Грядёт беда, — громко, но, одновременно, сдавленно, объявил Дэрил, и я поднялась на ноги, крепко прижав дочь к распахнутой куртке, — с которой нам не справиться. Мне жаль, что вернулись и принесли плохие вести, однако лучшее, что все мы можем сейчас сделать — это поспешить, собрать необходимое: тёплую одежду, воду и еду. А следом, уходить. — Что?.. — протянула Кэрол, ухватившись за его руку. — В чем дело? — Что стряслось?       Рик приблизился к брату, в непонимании взглянув сначала на него, а следом на меня. — Шечущиеся, — негромко выговорил Дэрил, опустив ладонь на его плечо, — с ними орда. И они ведут ее на нас.

***

      Я сидела на подоконнике, поджав ноги, и держала Грейси на руках, в то время как она, улыбаясь, вертела золотое колечко на моем пальце. Точно, как и я, последние часы, разглядывала его блестящую гладь, то и дело поправляя, проверяя, не свалится ли оно в случае борьбы. Но, нет, символ нашей верности великолепно сидел на безымянном пальце. Дэрил предусмотрел все, даже угадал с размером. А теперь вынуждено слонялся по дому и улице: туда-сюда, без оглядки, иногда оборачивался и поглядывал на нас, проверяя — все ли в порядке.       Вопреки просьбам, он решил многое сделать сам. Но, стоило только объявить о приближении стада мертвецов, как люди, сплотившись, принялись активно помогать. Мишонн и Тара поднялись на смотровую, изучая каждое дерево и наблюдая за дорогой. Я, как всегда, осталась с детьми, а Рик, руководя сборами, только и делал, что таскал бутылки с водой и еду, рассовывая по машинам.       И тучи сгущались, навевали тоску, понемногу пробуждали на сердце лёгкую панику. Я нутром чуяла — не успеем! Поэтому, наказав Грейси последить за Джудит, оставила девочек в гостиной, а сама, выскочив на крыльцо, в тревожных чувствах дождалась Дэрила, сбивчиво предложив: — Поедем сейчас? — Что? — Он приобнял за талию и медленно завёл в дом, подальше от чужих глаз. — В чем дело? — Чувствую, что время уходит! — вымученно поделилась я, испытав неприятный озноб, пробивший тело. — Они скоро будут здесь... — Успеем, дурёха, лучше приготовь тёплую одежду для девочек. — Она уже на диване в гостиной! Просто... — Я едва не расплакалась в отчаянии. — Альфа приближается, а у нас совсем нет ни времени, ни сил противостоять орде!.. Боюсь, что мы не справимся, что я не справлюсь!.. — Эй, Шей, ну ты чего, — Дэрил обхватил мою ладошку и поцеловал палец с кольцом, — мы рядом, и все переживём. Веришь?..       Понимающий трепетный взгляд обласкал любовью. Он все знал, и чувствовал тоже. Но держался. Кто-то же был должен оставаться сильным. И Дэрил оставался. Вопреки всему, он сохранял вынуждение спокойствие. — Да, ох... — Я улыбнулась, смахнув слезу. — Прости, что надоедаю. В последний месяц будто сама не своя... — Оставайся с девочками, договорились?       И я кивнула, почувствовала непринужденный поцелуй на губах, а следом посмотрела вслед своему мужчине. Уже мужу. С сожалением и неохотной отпустив на улицу. А как хотелось бы зарыться носом в его шею, точно минувшей ночью, когда весь мир казался фальшью, а мы ютились в одной комнате... Почему же время не могло остановиться?.. — Оружие, не забудьте оружие, — послышалось вдалеке, а я, приблизившись к окну и отдернув занавеску молча уставилась в окно, скомкала лёгкую ткань в кулаке, внезапно припомнив, сколько чудесных моментов мы провели в этих стенах.       Увидела, как прошлой зимой гуляли с Грейси по заснеженной поляне, и как летом я впервые сунула Дэрилу наушник, позволив прикоснуться к собственной душе через любимую музыку. Мы сидели у пруда и молча слушали песни, одну за другой, и мир вновь казался красочным, точно не таким серым и безликим, каким я видела его теперь.       Александрия стала нашим домом. И разве мы могли бросить это место? Уступить ходячим мертвецам?.. С болью на сердце, я заглянула в гостиную, улыбнулась девочкам, помахав ладошкой, и снова посмотрела на улицу, но уже через стеклянную выемку в двери.       Люди в спешке сновали по общине. Рик подзывал мужчин скорее подносить оружие, Дэрил время от времени поднимался на смотровую площадку, о чем-то говорил Мишонн, пока, вдруг, не остался там на непродолжительное время, показавшееся вечностью. Я нутром почуяла беду, но не сразу решилась подтвердить свои опасения. Набросила куртку и, выскользнув на крыльцо, увидела, как Дэрил, прикрыв лицо рукой, пальцем указал вдаль, посмотрел на Мишонн и выхватил бинокль.       И тогда я уже не сомневалась.       Почувствовала, как изнутри, из самых недр одеревеневшего тела, протиснулся озноб. Он охватил душу и все мое сознание, поработил эмоции и дух!.. Случилось то, чего мы все боялись, но не решались озвучить вслух. Я поняла это, когда Тара, обернувшись, громко позвала Рика, а он, в свою очередь, встрепенувшись мигом преодолел расстояние от искусственного пруда, до смотровой площадки. Залетел вверх по лестнице и, тоже посмотрев в бинокль, повернулся к нам.       «Опоздали...» — промелькнуло в голове.       И я повторила вслух. Мигом сорвалась с места, выбежала на поляну и, поймав обречённый взгляд Тары, оступилась, едва не свалившись на месте!.. — Они идут, — громогласно оповестил Рик, буквально спрыгнув с лестницы и подтолкнув меня к дому. — Живо, иди к детям! — Но...       Я обернулась, заметила, как Дэрил метнулся к воротам, а следом, поравнявшись с Лиссой и Сиддиком, по инерции забежала в дом, застыла на пороге гостиной и, застав Кэрол с детьми, в отчаянии обронила все одну фразу: — Не успели. Они идут.

***

      Я знала, что это случится! Несмотря ни на что, моя интуиция ещё никогда не подводила. Никогда! И теперь, когда орда, обыграв нас, появилась прямо из леса, ничего не оставалось, как, вооружившись, попытаться отстреливать не только мертвецов, но и Кожэлицых!

Залпы раздавались со всех сторон, пугали детей, а я, притопывая ногой об пол, не отходила от окна, укачивая дочь на руках. — Мы не были готовы! — восклицала Тара, ворвавшись в двери и появившись в гостиной. — Они обхитрили! Обошли стороной! Кто-то предупредил о смотровых!       «Ниган», — сразу догадалась я, стиснув зубы. — Мама, мне страшно, — всхлипнув, пропищала Грейси, прижавшись носиком к моей груди. — Ничего не бойся, солнышко, — с улыбкой попросила я, поглаживая по волнистым тёмным волосам, — никто не даст тебя в обиду.       Мы с Василисой мельком переглянулись. — А Дэрил скоро придёт? — жалобно спросила малышка, сильно вцепившись в рукава моей рубашки. — Да, милая, как только разберётся с нехорошими людьми. — А он не пострадает?       Малышка отняла личико от моей груди, и я увидела крохотные слезы на розовых щечках. А ещё уловила страх в глазах. Она боялась за любимых, точно как и все мы!.. — Нет, Дэрил взрослый и сильный. И он вернётся к нам уже совсем скоро. Пока большие дяди стреляют, мы ждём их дома.       Я успокаивала Грейси, и говорила о том, во что сама не верила. Знала, чем все это неминуемо закончится. Я догадывалась, и выглядывала в окно, оробев от жуткого, леденящего кровь, страха. Мужчины пытались отстреливать мертвецов, но что же толку терять пули попусту?! Ведь все мы знали: оружия совсем не останется! — Держите, — Сиддик забежал в дом с рюкзаком на спине, и протянул две пары винтовок: одну мне, вторую Лиссе, — на всякий случай. — Спасибо! — вымолвила я, передав дочь в руки Кэрол. — Побудь здесь, хорошо, маленькая? — Куда ты?..       Грейси вскочила с дивана и обхватила за ноги, со слезами заглянув прямо в глаза. — Ох, я должна помочь Дэрилу и Рику, — пришлось опуститься на колени и погладить крохотное личико, — понимаешь? — Нет.       Она тряхнула головой, с обидой и ужасом уставились на меня, буквально заставив опустить винтовку на пол и, мигом поменять внезапное решение. Нельзя было бросать ее одну. Нельзя было уходить из дома!.. Умом я это понимала, но чувствами рвалась на улицу; стремилась защитить наш дом от вопиющей угрозы!.. — Хорошо, мы останемся здесь.       Грейси понравился ответ. Всхлипнув и улыбнувшись, малышка снова забралась на руки, обхватила ножками за талию и, обвив руками шею, накрепко вцепилась пальцами в одежду, продемонстрировав свою решимость ни за что и никуда меня не отпускать. — Их слишком много, — сообщила Мишонн, тоже появившись в дверях, — боюсь, забор не выдержит!.. — Что?! — воскликнула Кэрол, подхватив Джудит на руки и ринувшись к окну.       А я, скрипя сердцем, прикрыла веки, судорожно сглотнув. Наверное, и к лучшему, что осталась с дочерью в доме, не бросилась к смотровой, где сейчас и находились Рик с Дэрилом; и хорошо, что не увидела эту несметную рать своими глазами. Но ведь это была лишь половина!.. Судя по словам Альфы, некая Эмма управляла другим стадом!.. Они собирали мертвецов и приводили к стоянке, где и наслаждались единением с мёртвой плотью и природой.       Больные ублюдки явились к воротам только с одной целью: обьединить два стада в одну непобедимую орду. И в этом им могла помочь лишь наша дочь!.. Ниган привёл к Александрии в поисках Грейси!.. — О боже! — раздалось откуда-то неподалёку.       И я, словно возвратившись к реальности, вынырнув из удушающих мыслей, подтвердила свои догадки!.. Увидела, как одна из балок треснула, и толстый лист железа прогнулся под натиском ходячих. Их было слишком много! И постепенно кольцо сжималось, вспарывало металл и расползалось по периметру.       Я чувствовала — это наш конец. Но отчаянно боролась! Боялась признать поражение. Да, кто знает, быть может, соберись мы раньше, и успели бы уехать!.. Но, нет, судьбу не перепишешь. Прошлое не изменишь. Ночью мы остались в Хиллтопе, а на утро собирали плоды своей нерасторопности! — Забор не выдержит! — выкрикнул Сиддик, сбросив рюкзак с медикаментами на пол. — Надо помочь! — Оставайся здесь, — велела Кэрол, усадив Джудит на софу и, следом за остальными, прильнув к окнам. — Мы уже ничего не сделаем!       Черт возьми, да, она была права и рассуждала здраво. Но я все равно не подошла, не приблизилась к занавескам. Лишь сильнее обняла дочь и прикрыла глаза, выскользнув на кухню, подальше от суеты и переруганных лиц. Подошла к столешнице, тяжело вздохнув, расслышала выраженный хруст металла, различила громкие хлопки и голоса на улице, а следом, прижавшись спиной к стене, выдержано выстояла на подкосившихся ногах. Это вновь произошло. Они прорвались в общину.       И никто не уехал.       Никто.       Удаленный гогот и гортанное «пение» разошлись по округе, заполнили собой каждый дом, каждое сердце наводнили страхом и жуткими видениями. Я не смотрела в окно, зато отчётливо представляла мертвецов: костлявые сгнившие пальцы, изуродованные лица и впалые глаза... Они пришли по наши души. И жаждали свежей плоти!.. — Шептуны здесь! — громко оповестил Рик, ворвавшись в дверь и с грохот захлопнув. — Закройте занавески! Скорее! Везде! — Шейлин? — позвал Дэрил, и я, выдохнув, оттолкнулась от стены, выскользнув в коридор. — Я здесь, все нормально.       Он кивнул, притянул за руку и провёл в гостиную; на ходу прижался губами к виску и, обняв за талию, погладил Грейси по щеке. А девочка, обрадовавшись возвращению, наспех вытянула ладошки, выскользнула из моих руки, ловко перебралась к Дэрилу и уронила голову на его плечо. Ох, у меня сердце сжалось. Бедное дитя... Если бы она только знала, что все эти мертвецы пришли сюда за ней!.. Сложив руки на груди, я увидела, как в гостиной заметно стемнело. Плотные шторы оказались закрыты, а за окном повалил лёгкий снег. — Точно год назад, помнишь? — улыбнулся Дэрил, сохранив бодрость духа. — Верно.       Мне тоже захотелось улыбнуться, но уголки губ дрогнули, и сразу опустились. Вязкое едучее гоготание снова добралось до ушей, заставило сердце бешено гнать кровь по венам. Я ни разу так и не выглянула в окно, не посмотрела на толпу ходячих.       Достаточно было взволнованного взгляда Рика, да встревоженного Дэрил, чтобы осознать — дело плохо. Мы оказались в западне! В ловушке, запертые в недрах собственного дома! — Нельзя здесь оставаться, — подметил Иезекииль, схватив Кэрол за плечо и погладив по руке. — Поздно уезжать, — сдавленно протянула Тара, испуганно поглядывая сквозь едва просвечивавшие шторы. — Они уже здесь. — Значит, нужен план! — объявил Дэрил, притянув меня к себе и мёртвой хваткой стиснув за талию. — Но как же люди? — пролепетала Лисса, боязно глянув на мужчин. — Они заперлись в домах. Разве мы их бросим?.. — Нам всех не спасти, — подытожил Рик, сунув руки в карманы своей тёплой куртки. — Придётся выбирать. К тому же, все мы знаем, чего они хотят.       Дядя обернулся, посмотрел на нас, одарив красноречивым и неморгающим взглядом, переполненным сожалением и борьбой. И оказался прав — все мы знали, но ни за что бы не сдались без боя. Никогда! — Есть план, — продолжил Рик, стремительно осмотрев всех столпившихся мечущимся взглядом, — но для этого, придётся заманить одного из мертвецов сюда. — Говори, нам нечего терять, — поддержал Иезекииль, уверенно кивнув. — Что за план? — Однажды, давно, мы уже делали это, — Рик прерывисто вздохнул, — обмазались кровью ходячих и прошли через толпу. Конечно, затея рискованная, но это лучше, чем дожидаться собственной гибели.       Я восприняла предложение неоднозначно. С одной стороны, это был единственный выход, но с другой, как же нам протиснуться с детьми?.. Тотчас же захотелось расплакаться. Тело невольно содрогнулось, ладони покрылись лёгкой испариной. — Мы справимся, — тихо пообещал Дэрил, видимо, все это время наблюдая за мной, — все будет хорошо.       И я поверила, обняла любимого за пояс, прижалась щекой к плечу, постоянно теребя пальцами кольцо, напоминая себе, что с прошлой ночи мы теперь связаны всего одним, но весомым обещанием: вместе до последнего вздоха. Ну, что же, пусть так оно и будет! — А как же снег? — поинтересовалась Кэрол, внимательно глянув на Рика. — Разве он не смоет плоть ходячих с одежды? — К тому времени мы уже выберемся и встретимся на тренировочном поле. — Это все идеи? — зорко окинув гостиную, поинтересовалась Мишонн. — Отлично, значит лучше начинать уже сейчас.       Она обнажила острую катану и направилась к двери. Сильная и решительная. Эта женщина всегда приводила меня в трепет!.. И я восхищалась ею, точно, как и Кэрол. — Но дети, они не пройдут орду! — воскликнула Тара, растерянно обернувшись. — Как мы это провернём?.. — Есть одна мысль, — заговорил Сиддик, присев на корточки и приоткрыв рюкзак. — Я собрал все наши медикаменты. Так, на всякий случай. И здесь есть успокоительное. — Таблетки?.. — уточнила я, недоверчиво приподняв брови.       А парень, поймав настороженный взгляд, поспешил сбивчиво заверить: — Они помогут усмирить детей, на час, не больше. Мы пройдём орду. Это средство безвредно, и не вызовет привыкания. — Хорошая мысль, — поддержал Рик, кивнув, — это лучшая идея.       А я, встревожившись не на шутку, подняла испуганный взгляд на Дэрила. — У нас нет выбора, Шей, — хрипло протянул он, погладив по щеке и, стащив винтовку с плеча, передал мне. — Ступай наверх, собери все, что нужно Грейси. Оденься потеплее. Нас ждёт долгий и тяжёлый день.