Без тебя

      Капли стекали по подоконнику, наводя очередную тоску. Сумерки и промозглый вечер спустились на город, создавая унылое настроение. В последнее время оно и так было безрадостным. Каждый день напоминал предыдущий. Душа перестала требовать чего-либо, а жизнь потекла, как вода сквозь пальцы. Глеб жил от концерта до концерта. Их было мало, ведь рано или поздно это должно было случиться. Дело даже не в том, исписался он или нет, а в настроении. Идеи не рождались, музыка выходила так себе. Допинг на хороший день создавал алкоголь. Но и к нему началось отвращение. Снейк постоянно названивал справиться о самочувствии и узнать, не пришло ли вдохновение на его больную голову. А вдохновение не приходило, так как грусть-тоска, которая окутала его раненое сердце, не желала покидать тело. С этой тоской он и живёт последние годы. Груз на сердце стал давить на воспоминания, и мужчина постоянно мучился по ночам от бессонницы. Он вспоминал свою молодость, юность. Ведь столько хорошего было в те годы. Рядом был брат. Мысли о старшем стали приходить всё чаще. Любая песня, новость - всё навевало ностальгию и воспоминания. Он хотел вернуть то время, повернуть всё вспять и по возможности не совершить тех ошибок, которые и рассорили их окончательно. В какой-то степени в произошедшем была и вина Вадима, но Глеб понимал, что тот никогда не осознает свою ошибку и никогда не попросит прощения. Да и не нужно ему оно было. Музыкант давно простил и мучился только от разлуки. Долгими вечерами он листал новости, видео и наблюдал за последними выступлениями брата. Тот сдал не слабо. Поправился, бороду не брил, стиль одежды не пойми какой. Казалось, что старший подавал знаки. Но Самойлов видел только то, что родной человек запустил себя. И теперь даже жена не может повлиять на него. Да и кто она теперь ему? Только штамп в паспорте. Глеб тоже не идеален, но он хотя бы не отрицал никогда ничего. Ему было плевать, как он выглядел, во что одет. Как-то само завелось так. А Вадим всегда любил хорошо одеваться, но ничерта не понимал в моде. От этого вывода у мужчины на лице заиграла ухмылка и он отложил телефон в сторону. Его жена редко ночевала дома. Она молодая и смотреть на спивающегося музыканта не хотела. Глеб не стал сопротивляться и отпустил ее. Как и жена Вадима, она стала своего рода галочкой. Они давно не спали не потому, что он ее не хотел. А потому что хотелось другого. Иного. Хотелось какой-то встряски, адреналина. Мужчина мучался и не знал, как себя взбодрить. Смотря в окно на окна чужих домов, дорогу, Глеб представлял, что где-то там кто-то живёт своей собственной жизнью. У каждого своя судьба. Кто-то вместе, кто-то нет. Вот кто-то в дождь еще выгуливает пса. Возможно, это единственный друг человека, и ради него он готов пойти даже в дождь, чтобы тот смог сходить в туалет. Кто-то сейчас мчится в тёплый уютный дом, где его ждут, а кто-то одинок так же, как и он. И, возможно, точно так же стоит у окна, пытаясь увидеть своего человека. Но музыкант знал, кто его человек, и сейчас он настолько далек, что их разлучают даже часовые пояса. Грусть снова накатила с новой силой, готовая разбить душу на сотни осколков. Промелькнула даже мысль шагнуть в пустоту, ведь он никому не был нужен. Мама уже в возрасте, сын большой и не нуждается в отце, еще детей он не зачал. Что он оставит после себя? Наследие авторских песен, славу которых брат прикарманил себе. Кучу долгов и ни гроша за душой. Да даже если он уйдёт сейчас, кто будет помнить о нём? От всех этих мыслей закружилась голова и Глеб отшатнулся от окна. Его пробил озноб и осознание того, что он никто. Жертва обстоятельств. Человек, живущий мечтами и не научившийся жить по мирским законам. Как жаль, что это приходит только тогда, когда у тебя больше нет возможностей начинать жизнь с чистого листа. Нет здоровья, нет средств к существованию, и все от тебя чего-то хотят. Всё, что ты можешь - это дать скабрезное интервью жёлтой газетёнке, выдумав какой-нибудь свежий скандал, купить на эти деньги бутылочку, распить в одиночестве и уснуть, чтобы проснуться через несколько дней, а, может, и месяцев. А потом всё заново. Нескончаемый день сурка. И всё же душа рвалась на волю. Туда, откуда всё началось. Захотелось вернутся к истокам, спросить "Почему всё так произошло?" "Почему ушел папа?" "Почему ушел Вадик?" Мужчина до конца не знал, найдёт ли ответы на эти вопросы когда-нибудь, стоя у кассы и покупая билет на ближайший рейс в Екатеринбург.

***

Сколько месяцев он сидит над этим альбомом, и всё выходит не так, как надо. Он сутками не вылезает из студии. Спит и ест там же как попало. Домой приходит только помыться и переодеться, скидывая с себя грязную протертую постоянным сидением на стуле одежду. В его семье это стало обыденным положением. Жена больше не спрашивает, куда он уходит и где пропадает, а он избавился от дежурных ответов и постоянных объяснений. Вадим обещал всем, что будет новый альбом, и в первую очередь себе. Потому что он должен. Должен доказать самому себе, что чего-то может без брата. Ведь тот постоянно упрекал его в том, что все песни принадлежат ему, что Вадим сам не может полноценно написать песню. Что даже тексты Суркова взял и теперь поёт их на каждом концерте, хвастаясь, какой он талантливый. Всякий раз, когда из уст мелкого выходила вся эта желчь, Самойлову хотелось заткнуть тому рот. Потому что, как он считал, мужчина был старше, и брат не имел понятия о жизни. Чтобы достичь тех умений, которыми он обладал, нужно было приложить немало усилий. Трудиться и работать везде, где можно. А чем мог гордиться брат? Протиранием мензурок и колб в лаборантской школы? Он всегда требовал уважения к себе в первую очередь. На всё остальное мужчина мог закрыть глаза и простить мелкому. И вот теперь написание песен заняло намного больше времени, нежели всегда. Он корпел над каждой. Сначала стихи. Это было самым сложным испытанием, так как его душа была разбита. Она была успешно втоптана в грязь всеми последними событиями с братом. Нужно было найти в себе силы, чтобы направить мысли в более позитивное русло, ибо столько мрачности в текстах люди обзовут суицидальными наклонностями. Вторая тема любви к единственному дорогому человеку была настолько явная и прямая в словах, от чего так же пришлось отказаться, и куча бумаги была потрачена впустую. Нужно было находить другие источники вдохновения. Музыкант пытался делать наброски после редких концертов, когда тебя переполняют эмоции, когда твоя команда рядом и поддерживает тебя. Он часто наблюдал со стороны, как общаются его музыканты. Как они живут, что рассказывают. Если всё хорошо, то Вадим молча завидовал. У всех почти были дети. Кто-то делился фотками, кто-то приводил своих на концерты, и каждый раз, смотря в эти невинные и наивные глаза, музыкант ощущал, как его охватывала грусть и сожаление. Его дочь выросла, теперь заботиться о ней будет ее будущий муж. Глеб тоже моложе не становится. Никто не молодеет. Все идут к логическому концу и рано или поздно придут к нему, но мужчина надеялся застать своих внуков. Ведь он так любил детей. Поэтому всегда уделял им большую часть своего времени. И всё же даже эти факторы не давали нужного результата. Чтобы развеяться и отвлечься, он погрузился в изучение новых коллективов. Он мониторил тех, кто занимался музыкой. Кто увлекался и хотел стать чем-то значимым в своей жизни. Музыкант посещал всевозможные мероприятия, давал наставления, общался с молодёжью, заряжался жизнью, но понимал, что его собственная жизнь стоит на месте. Он не двигается. Это как во сне - пытаешься бежать, но ничего не происходит. Порой он входил в ступор, молча смотря в монитор красными от усталости глазами, потом снимал очки и тёр переносицу, глядя на время, и понимал, что просидел так не одну минуту. В такие моменты мысли его уносились в прошлое. Он стал всё чаще задумываться о былом, и всякий раз, когда он вспоминал молодого брата, перед его глазами всплывал сегодняшний Глеб. Это были два разных человека. Тот был нежен, наивен, ел буквально с руки и был счастлив. Вадим до конца так и не понял, что резко поменялось в их отношениях. Ведь он всегда пытался поговорить. Идти на компромиссы в разгар ссоры не хотел никто. Мириться первым всегда приходил он. Потому что понимал, что у него опыта и мудрости всё же больше. И, видимо, избаловал этим мелкого. Он сам спускал ему всё и прощал все обиды. Позволял втаптывать в грязь всю гордость. Так почему сейчас на душе так плохо и тоскливо? Потому что он понимал, что Глеб никогда не придёт к нему первым. Никогда не признает своих ошибок. Он будет ждать встречных шагов именно от него. Но на сей раз мужчина больше не попадётся на эту удочку. Хватит с него и того, что было, сполна. Он и так до конца не сумел восстановить душевный баланс и лишь на людях старался держать лицо, а в душе была такая пропасть, в которую он вот-вот готов был сорваться.