Гарри Поттер: Братья и Сестры.

Солнце над британской столицей медленно, но верно клонилось к закату, удлинняя тени от домов. В домах зажигались один за другим электрические огоньки, загорались неоном вывески заведений, и тауэрский мост больше напоминал новогоднюю ёлку, расцвеченный множеством фонарей. В большинстве лондонских офисов подходил к концу рабочий день, и народ спешно покидал рабочие места, отправляясь по домам, создавая заторы в коридорах зданий, а затем и на дорогах. В министерстве магии царила та же картина: по снующим вверх-вниз лифтам все больше людей стекалось в атриум, следуя оттуда к каминам, через которые попадали на улицу, и в этой толпе следовал и Гарри Поттер, спеша к себе домой, в ставший за те пять лет почти родным дом №12 на площади Гриммо, принадлежавший ранее его крёстному, Сириусу Блэку. По случайности, едва он зашел в лифт, как тут же оказался нос к носу с Артуром Уизли, и тот, поскольку они в этот день еще не виделись, поспешил его поприветствовать. Видок у него, надо сказать, был весьма озабоченный и Гарри сперва подумал, что это связанно с работой, коророй у мистера Уизли хватало даже после войны. - Что, Гарри, уже домой? - Да, мистер Уизли. Меня уже отпустили. А вас, я смотрю, еще нет? - Да, работы все еще хватает. Конечно, обереги от Сам-Знаешь-Кого теперь уже не в моде, но это не значит, что торговля ими прекратилась совсем. Называют только теперь по-другому. - Что ж, удачного завершения дня! Как всегда - тяжелый выдался? - Да, но это не из-за работы, - Артур вздохнул, печальными глазами взглянув на Гарри, - Перси сегодня не было на работе. Ни я, ни Молли, от него не получали ни весточки, но мы пока слишком заняты, чтоб наведаться к нему. - тут Уизли-старший будто-бы озарило гениальной идеей, - Гарри, а не мог бы ты проверить, как у него дела? Он тут недалеко живёт. - Да, конечно, говорите адрес, - сперва Гарри удивился, что Перси живёт отдельно от родителей, но, вспомнив, что еще при Фадже он с ними разругался и съехал на выделенные министерством апартаменты, молча приготовился записывать. - Блошиный тупик, дом №8, вторая квартира. Сейчас нарисую, как пройти. Несмотря на близость дома к министерству, схема пути туда представилась довольно таки заковыристой и Гарри пришлось изрядно поплутать, прежде чем он нашел нужную табличку на обшарпанном двухэтажном кирпичном домишке, выстроенном, казалось, еще в викторианскую эпоху. Темный подъезд пропах сыростью, щербатые каменные ступени едва ли не на глазах осыпались, краска со стен облезла еще лет двадцать назад, и каждый шаг Гарри отзывался гулким эхом, что весь дом мог слышать, особенно, с такими-то хлипкими дверями как, например, была у Перси в квартире. Казалось довольно странным, что никакими чарами она не была защищена, даже самой элементарной защиты от магглов не чувствовалось. Гарри постучал в дверь квартиры, затем — еще раз и погромче, но ответа не было, внезапно дверь скрипнула, подавшись чуть назад, и Гарри вошёл в полутёмный коридор, скудно освещенный из низенького окошка под потолком, у самой дальней стены. То, что Гарри увидел дальше повергло его в шок — Перси распластался на полу, в неестественной позе, сжимая в руках палочку и уставившись безжизненными глазами в потолок, но причина его смерти была особенно шокирующей — разворотивший грудь Перси заряд дроби, превративший его всю верхнюю часть тела в решето, да еще аккуратное пулевое отверстие в голове. И никаких средств связи, позволяющих вызвать коллег-мракоборцев на место преступления. Впрочем, заместо них довольно скоро подоспели магглы-полицейские и, конечно, увидав Гарри на месте преступления, мгновенно скрутили его и запихнули в машину, а затем, привезя в ближайший участок, - и в камеру. Всё, что у Гарри было при себе — а при себе у него была только волшебная палочка — изъяли при задержании. В «обезьяннике», Гарри уселся на ближайшую скамейку, тупо уставившись в стену, не обращая внимание на парочку вынужденных «соседей», зато те на него внимание обратили — уж больно необычно смотрелся Гарри, в своей мантии, в маггловской тюрьме. Естественно, с их стороны посыпались крайне неприятные вопросы: - Слышь, ты куда такой вырядился? - Есть закурить? А если найду? - У вас там все такие психи, что ли? - Ты нас вообще слушаешь? Отвечай, когда с тобой старший говорит! Все это весьма напоминало Гарри его общение с кузеном Дадли, когда он вынужден был жить у своих родственничков Дурслей — редкостных жлобов, ненавидящих любое отклонение от того, что они называли нормальным, и магию — в первую очередь. Сейчас, конечно, запрет на применение магии несовершеннолетним над ним не висел, но и колдовать было нечем, да и при магглах колдовать — это тоже статья. Тем временем, один из сокамерников, парень примерно того же возраста, что и Гарри, коротко стриженный, с фонарём под глазом и весьма значительной прорехой во рту заместо зубов, встал и направился к нему, надеясь таки вызвать на разговор, и пришлось Гарри срочно вспоминать те боксерские приёмчики, что удалось у Дадли подсмотреть. Вспомнил весьма удачно, приложив молодого уркагана головой об стену, так что тот потерял сознание. Его более старший «коллега», бросившийся тут же на выручку, схлопотал сперва с правой прямой в печень, а затем хук с левой в челюсть — и вслед за молодым отправился отдыхать. Отдыхали они, правда, недолго, но когда молодой стал подавать признаки жизни, дверь камеры отворилась, и вошедший в нее офицер, указав на Поттера, произнес: «Ты, в очках, давай к следователю живо!». Следователь, едва Гарри уселся перед ним на стуле, протянул ему лист бумаги и ручку, и сказал лишь одно: «Пиши!». Пришлось Гарри сильно напрячь мозги, чтоб как можно убедительнее соврать — не будет же он им писать, что он волшебник, работник министерства магии и будущий мракоборец. Всё равно не поверят и еще дольше продержат, а оставаться здесь ой как не хотелось. Пришлось написать, что приехал в медицинский колледж поступать, в городе недавно, Пеорси — его знакомый, разрешил у него пожить, а тут вдруг такое... Изучал получившийся протокол следователь долго, придирчиво сверяя каждую строчку, а в конце выдал: - Не убедили, мистер Поттер. Я вас могу тут еще сутки продержать до выяснения обстоятельств! - А оно вам надо? - обреченно спросил его Гарри, и следователь лишь неопределенно махнул рукой. - За что задержанных избил? - За дело. Палочку верните. Когда палочка, наконец, оказалась в руках Гарри, тот, направив ее на лицо следователя, тихо прошептал: «обливэйт», и только когда следователь забыл не только то, что здесь делает Гарри, но и что он сам здесь забыл, Гарри спрятал палочку в карман и покинул полицейский участок.