Враги с привилегиями

Гет
Перевод
NC-17
Закончен
751
переводчик
Автор оригинала: Оригинал:
https://archiveofourown.org/works/8358286/chapters/19146571
Размер:
Макси, 108 страниц, 16 частей
Описание:
Драко Малфой и Гермиона Грейнджер после расставания со своими вторыми половинками случайно напиваются вместе на одном рабочем торжестве. Несмотря на взаимную ненависть, вечер заканчивается их жарким сексом в одном из кабинетов министерства. Но то, что должно было стать развлечением на одну ночь, продолжает так или иначе повторяться...
Примечания переводчика:
Если вы за горяченьким, то добро пожаловать!

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
751 Нравится 176 Отзывы 216 В сборник Скачать

Глава 6. Застряли в спальне

Настройки текста
      Он вошел в ее офис в полпятого, неся свою привычную обманку для отвода глаз — папку с пометкой «Места спаривания единорогов». Имельда вообще почти не обращала на него внимания. Даже другие аналитики только на мгновение подняли на него глаза.       Странно, что у них не возникало никаких подозрений о том, что в кабинет Грейнджер снова и снова приходит стажер. Он никогда не осознавал, сколько людей в Министерстве были абсолютно пустоголовыми. Неужели в них не было того естественного любопытства, стремления добыть материал для шантажа своих коллег?       Наверное, нет. Вот почему они оставались обычными бюрократами, в то время как Малфои постоянно поднимались на вершину.       — Входи, Малфой, — позвала Грейнджер из своего кабинета.       Он закрыл за собой дверь, и она покачала головой.       — Я по уши в работе. Не уйду отсюда как минимум до семи. Мне жаль. Я бы хотела, но Артур Уизли идет сюда, чтобы обсудить некоторые срочные законопроекты.       — И ты не хочешь попытать счастья после того, как вернешься домой? — спросил он.       — В самом деле? — она удивленно подняла глаза. — Я просто подумала, что ты не захочешь приходить так поздно.       — Грейнджер, я двадцатилетний мужчина, которому представилась возможность фантастического секса. И я живу в двух кварталах от тебя. Думаю, я смогу найти время, чтобы прогуляться до твоего дома, будь то пять или восемь часов, — он закатил глаза. — Вопрос только в том, будет ли там будущая миссис Поттер?       Гермиона покачала головой.       — По крайней мере, не раньше десяти. Тренировка по Квиддичу.       — Отлично. Восемь тридцать. Не опаздывай, — он задумался. — И надень то розовое белье с черными бантиками. Оно мне нравится.

***

      Малфой снял свое пальто и повесил его в шкаф. Он пнул свои черные туфли в угол, затем прошел на кухню, чтобы налить себе выпить. Мозг Гермионы на мгновение завис от такой бесцеремонности: Малфой бывал здесь достаточно, чтобы неплохо освоиться. Он знал, где она хранит свои чашки. Знал, куда повесить пальто.       — Вина? — спросил он, прерывая ее мысли.       — Наверное.       — Ты не выглядишь особенно довольной, Грейнджер, — он щедро наполнил два бокала и устроился на диване. — Дерьмовый день?       — Хм. Как обычно. У моей должности прекрасное название — руководитель и все такое, — но у меня нет реальной возможности чего-либо достичь.       Она села на другой конец дивана и начала вращать вино в бокале, чувствуя, как ее захлестнула волна жалости к себе. Малфой нетерпеливо вздохнул.       — Давай, Грейнджер, ты знаешь, почему я здесь. Не сиди в двух метрах от меня, как будто мы пара незнакомцев в приемном покое Святого Мунго.       Он наклонился, схватил ее за лодыжки и потянул на себя так, что теперь она лежала на диване, а ее ноги были у него на коленях.       — Малфой, — упрекнула она, — зачем так грубо? Я могла пролить вино!       — А я мог бы очистить все простым заклинанием, — он закатил глаза и начал легко водить пальцами по ее обнаженным голеням. — Итак, скажи мне, Грейнджер, почему ты остаешься на работе, которую ненавидишь?       Она удовлетворенно всхлипнула, когда он коснулся пальцами чувствительной кожи под ее коленкой.       — А какая альтернатива, Малфой? Кассирша в Сладком Королевстве? Вернуться в мир магглов? По крайней мере, я иногда использую свои мозги в этой работе, которая к тому же хорошо оплачивается и вполне респектабельная.       — Респектабельность переоценена. Ты могла бы просто остаться дома и практиковать свой невероятный талант заниматься сексом, став любовницей богатого человека.       Она фыркнула.       — Да уж, это похоже на разумную альтернативу. Стать шлюхой.       — Платят лучше. Веселее. Меньше работы. И определенно больше власти, — его рука скользнула ей под юбку, и он принялся гладить внутреннюю поверхность ее бедер.       Она пыталась не обращать внимания на то, как сильно отвлекали его руки.       — Мне кажется, ты переоцениваешь преимущества.       — Не согласен. Давай смотреть правде в глаза, Грейнджер, богачи управляют Министерством. И это не меритократия, это частный мужской клуб. Вот почему такие люди, как ты, как твои друзья, все умные, талантливые и все такое, томятся на второсортной работе, пока идиотов вроде Гойла продвигают в Совет.       Его рука перестала двигаться, неподвижно покоясь на ее бедре, и выражение его лица было странно задумчивым. Она улыбнулась ему, думая, что, возможно, этот разговор заставил его почувствовать себя неловко. Возможно, он думал, что она воспринимает его всерьез; возможно, он думал, что она будет расстроена несправедливостью Министерства.       Но она не расстроилась. Она знала, как и всегда, что он издевается.       — Что ж, Малфой, тогда мне придется поработать, чтобы это изменить, — беззаботно сказала она. — Хотя, если это не сработает, держи меня в курсе насчет богатых мужчин, которые нанимают на работу, чтобы у меня был запасной план.       Ее шутка, похоже, на него не подействовала. Он все еще смотрел на нее этим оцепеневшим взглядом — нахмурившись, сдвинув брови, пристально глядя на нее.       — Я бы не хотел… — его голос стих, и он, казалось, передумал продолжать. — Я в уборную, освежиться. Присоединюсь к тебе в спальне через минуту.

***

      Какого хрена ты творишь?       Драко уставился на свое отражение в зеркале, как будто оно могло ответить. Его лицо все еще было ярко-красным, несмотря на то, что он уже трижды умылся холодной водой.       Слава богу, Грейнджер сочла все это шуткой. Разговор о том, чтобы быть любовницей. Но какая-то крошечная часть его мозга на самом деле замышляла это, продумывала, было ли это практически осуществимо. Чистокровные мужчины часто содержали любовниц; ни у его отца, ни у деда никогда их не было, так что это раньше не приходило в голову Драко. Но теперь одна мысль посетила его — Я могу оставить ее в моей жизни.       Он подозревал, что Грейнджер никогда не пойдет на это.       Хуже того, она пошутила о том, чтобы найти другого мужчину, который принял бы ее как любовницу, и он почти выпалил свою первую мысль — Я бы не хотел делиться, в любом случае.       Он к ней привязывался. Эта мысль напугала его; эта потеря контроля; возможность самоуничтожения. И еще более пугающим было то, как быстро его начало тянуть к Грейнджер. Годы вместе с Панси, и он только слегка разозлился, когда узнал о ее неверности. Месяцы брачных переговоров с Асторией, и он не был подавлен, когда она разорвала их соглашение; в лучшем случае его эго было подорвано.       Он никогда не хотел видеть Панси или Асторию ежедневно. Вообще-то, они раздражали его, даже если он видел их раз в две недели. Ревность, желание обладать — это было чем-то странным и новым.       И опасным.       Притормози, Малфой. Она просто грязнокровка. Возьми себя в руки.

***

      Гермиона смотрела на свое отражение в большом зеркале в ее спальне. Она стояла в одних трусиках и лифе, одежда лежала у ее ног. Закатный свет струился в окно, окрашивая обнаженную кожу в розовый цвет. Ее грудь поднималась и опускалась в такт дыханию.       Она не чувствовала стыда, глядя на себя в зеркало. Она не чувствовала себя неполноценной. С внезапным озарением она поняла, что это кардинальное изменение. С Роном она всегда немного стеснялась своих широких бедер и бледной кожи. Рон любил покупать журналы для волшебников или комментировать относительную «стройность» девушек на шестой странице в «Пророке». Он и его товарищи по команде открыто обсуждали задницы, или бедра, или лица квиддичных фанаток, которые тусовались вокруг поля, словно оценивая куски мяса на витрине.       В то время она считала это безобидным, но, оглядываясь назад, могла видеть, что это и посеяло в ее голове сомнения. Это были чистой воды шовинизм и незрелость.       Она видела всю иронию — что мальчик, который заставлял ее ненавидеть себя в детстве, оказался тем мужчиной, который заставил ее чувствовать себя красивой.       — Хм… не с черными бантиками, но в любом случае милые трусики, Грейнджер.       Она вздрогнула от его голоса из дверного проема.       — Какая разница, что на мне надето? — пробормотала она, покраснев от того факта, что он заметил, как она изучает себя.       — Грейнджер, нельзя вставлять алмаз в оловянную оправу, — его голос был еле слышен. — А теперь иди сюда, и давай займемся сексом.       Она подошла к нему ближе. Как только она оказалась на расстоянии вытянутой руки, он схватил ее за плечи и мягко толкнул на кровать. Она открыла рот, чтобы возразить, но он покачал головой, и ее рот закрылся.       Он ухватил ее трусики и сильно дернул, порвав тонкую шелковистую ткань на ее бедрах.       — Малфой! Они от Ла Перла…       — Заткнись, Грейнджер. Просто… заткнись.       Он опустился к ее шее и укусил. Он услышал ее вскрик, и она начала извиваться под ним. Она просто грязнокровка, повторял он себе. И все же… и все же… он приподнял голову и посмотрел ей в глаза для успокоения. Он не хотел увидеть страха и не увидел. На ее губах появилась озадаченная улыбка, а веки отяжелели от желания.       Он толкнулся. Грубо, все еще надеясь, что чистая животная сила вытеснит его новую пугающую привязанность.       Не помогло.       Она смотрела на него с милой улыбкой. Ее руки обвились вокруг него, ногти скользили по его спине, губы касались его шеи. Когда он вошел в нее глубже, она обхватила его бедрами и прижала пятки к его заднице, с силой притягивая к себе. Ритмичные, хриплые стоны придали ему уверенности. Пожалуйста, сильнее, ты такой невероятный. Мне с тобой так хорошо. Прошу, трахни меня. Трахни меня.       Он толкнулся сильнее. Ее глаза были прикованы к нему, и он не мог оторвать взгляд. Как бы он ни хотел просто потрахаться, в этих ее темных глазах отражалось самое красивое, мягкое, доверчивое выражение.       И хотя он пообещал себе, что будет держать свои чувства под замком, он крепко обхватил ее руками за спину и плечи. Его сильная грудь плотно прижалась к ее мягким холмикам. Ее мягкие, ритмичные выкрики крутились в голове, побуждая его кончить — так хорошо; ты самый лучший; пожалуйста, трахни меня; сильнее, глубже; наполни меня собой. Затем она замерла. Ее стенки запульсировали и неистово сжались вокруг его члена. Комнату заполнил пронзительный стон и сладостный крик:       — Драко!       Он кончил. Сильно, глубоко внутри нее. Он хотел только одного: наполнить свою женщину — Грейнджер — своим семенем. Обладать ею, пометить ее и сделать так, чтобы она была как можно ближе к нему, насколько это возможно в отношениях между двумя людьми. И когда его ногти впились ей в плечи, его лицо прижалось к ее шее, и он содрогался от удовольствия, это было больше похоже на молитву, чем на предыдущие животные совокупления.       Казалось, это длилось вечно — волна за волной его семени глубоко внутри нее. Когда он, наконец, излился полностью, он не мог отпустить. Он не хотел чувствовать эту пустоту, еще нет. Гермиона обняла его, нежно поглаживая его спину, и он чувствовал себя так, словно его завернули в безопасный теплый кокон.

***

      После этого Драко заснул на кровати Гермионы. Она не знала, как реагировать. Довольно странно и неловко было видеть его светлые волосы, растрепанные по ее подушке, его черную одежду, скомканную на полу, а его лицо беззащитное и ангельское.       Она была уверена, что он будет злиться, когда проснется.       Но она не хотела его будить, поэтому перевернулась, выключила свет и заснула рядом с ним.       Несколько часов спустя, когда в комнате стало темно, она проснулась от характерного звука открывающейся входной двери. Дыхание Малфоя, ритмичное и ровное, внезапно участилось.       — Какого хрена…       — Шшш! — прошипела Гермиона, — ты заснул после того, как кончил. Джинни и Гарри здесь.       — Гермиона? — позвала Джинни. — Что это был за звук?       — Ничего особенного, Джин. Я просто заснула, смотря видео в интернете, — отозвалась она, придавая голосу преувеличенное изнеможение. — Спокойной ночи.       — Спокойной.       Она услышала, как Джинни шагает по кухне, затем идет в ванную. Включился душ, и Малфой использовал шум как возможность поговорить.       — Который час?       Она указала на цифровые часы.       — Десять тридцать.       — Черт, — в лунном свете она могла видеть, как он скривился. — Я был здесь несколько часов.       — Что, тебя кто-то ждет? — спросила она, боясь, что у него действительно есть девушка, которая его ждет, не то чтобы они это когда-либо обсуждали.       — Не глупи, ты же знаешь, я живу один. Но я бы не хотел, чтобы Уизлетта или Потный застали меня в твоей постели, — он оглядел комнату. — Она ведь может запросто войти сюда.       — Нет, — Гермиона вздохнула. — Просто… спи здесь. Ты не можешь уйти сейчас. Когда Гарри здесь, они выставляют аврора снаружи для его защиты и повсюду ставят защитные чары и заклинания. И Джинни просыпается от малейшего шума.       Он настороженно посмотрел на нее.       — Если я останусь здесь, это… э-э… ничего не меняет…       Она закатила глаза.       — Ну конечно нет, Малфой. Это по необходимости. Я бы выдворила твою задницу отсюда, если бы не Джинни.       — Ладно, хорошо, — последовал долгий неловкий момент, когда он просто смотрел на нее, как будто решая, что делать. — Спокойной ночи, Грейнджер.       В ванной перестала бежать вода. Джинни начала что-то фальшиво напевать.       — Спокойной ночи, Малфой, — прошептала Гермиона, легла и отвернулась от него.       Малфой же некоторое время лежал без сна, внутренне гадая, не будет ли проще попытаться сбежать и справляться с последствиями, если его поймают. Да уж, отлично взял себя в руки.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты