Voldemort Legacy

Воскресенье. Гарольд открыл глаза. Он понятие не имел сколько дней или недель пролежал в комнате. Посмотрев в сторону окна увидел что по-прежнему снег льет ливнем, посмотрев на настенные часы узнал время, было только шесть утра. Гарольд намереваясь пойти на завтрак, попытался встать, но резкая боль в спине уговорил его и полежав некоторое время в попытке унять боль, наконец встал и осмотрелся возле кровати стоял стул с мазью и бинтами на нем. Забинтовав спину и одевшись Гарольд спустился на завтрак. Как только он появился в зале и сел позавтракать в Реддла бросали насмешливые взгляды будто говоря "так тебе и надо". Гарольд успешно проигнорировав все попытки задеть его, допив чай, встал и направился наверх в свою комнату, зайдя внутрь, тут же упал на свою кровать и уснул почти сразу.

* * *

Гарольду нравилось рождество, хотя он не получал нормальных подарков, в особенности ему нравилось атмосфера праздника в частности; праздничная ёлка, запах шоколада, мандаринов. Всем приютским детям дарили в подарок дешевый несъедобный шоколад, к которым редко предлагалось мандарины. Двадцать восьмого декабря, Гарольду приснился сон, где он видел двух человек которые смотрели на него с гордостью и с каким-то теплом, через некоторое время послышался взрыв и эти люди испарились словно дым. Быстро вскочив с кровати, Гарольд подошел к окну. Его комната была почти каморкой, к которой прилагалась, скрипучая кровать, небольшой стол, два стула, и старый шкафчик для одежды. Смотря через окно на заснеженные деревья, задумался над странным сном, который ему приснился. Как и все сироты, Гарольд ни с кем не делил комнату. Но в приюте был неофициальный закон; младшие должны были во всем подчиняться старших. Малыши приносили еду старшим, чистили их ботинки, одежду, и даже притягивали ладонь чтобы они могли потушить сигарету. Старшие за неподчинение наказывали побоями. Малыш под именем Филл Декстер решил взбунтоваться. В ответ подростки Филла и его друзей избили до смерти. Бывшего директора Энди ДиГрейса приюта из-за этого случая убрали от должности директора и за то что он был алкашом, а новой директрисе в лице Берте Вилсон запрещалось из-за случая с избиением, поселять сирот по несколько человек в комнаты. Гарольд в половине шестого решил спуститься в гостиную. Комната уже была готова к новому году; в центре гостиной поставили рождественскую ёлку и украсили ее разноцветными гирляндами. Гарольд любовался ёлкой, пока со стороны не услышал голос. — Привет, Гарольд! — раздался позади звонкий голос. Гарольд вздрогнул, но не показывал на лице растерянности. Повернувшись увидел Шарлотту Ньюбери. — Привет, — сухо ответил Гарольд. — Шарлотта относилась к нему неплохо, но все равно Гарольд старался держать ее подальше от себя. — Почему ты ещё не спишь? — спросила засмеявшись Шарлотта. — Могу задать тот же вопрос. — чуть хмуря бровями, ответил. — Просто я не могу спать перед Новым годом... — Когда я жила с мамой, мы наряжали елку.  Не поверишь, но у нас были даже гирлянды в виде эльфов. Шарлотта пришла в приют, когда Гарольду было пять с лишним лет. У него были воспоминание, когда в первое утро Шарлотта плакала у входа приюта надеясь что за ней придут. — Сочувствую, — выдохнув воздух ответил Гарольд. — Все уже в порядке... — чуть улыбнувшись Шарлотта ответила. — Я три года плакала, а потом поняла что мама у Бога, и надо справляться жить одному. — Я не знал своих родителей. — Задумавшись прошептал Гарольд. — Вот как... Мне жаль... — Тихо проговорила Шарлотта. — Не стоит, — ничуть не грустя подал голос. — Я пойду в свою комнату, а то поздновато. — Аа, хорошо. — чуть растерянно ответила Шарлотта. На следующее утро. Гарольд лениво одевшись спустился на завтрак одним из последних. Довольные Хилл и Патрик о чем-то довольно переговаривались, упоминая в разговоре кажется Бена Парсона; похоже решили опять над ним поиздеваться. Шарлотта, сидевшая рядом с Донной Сеймур, помахала ручкой Гарольду. Донна скорчила на лице отвращения. Гарольд проигнорировав обоих сел, налил себе чай и взял хлеб с малиновым джемом. Позавтракав Гарольд решил посетить лавку мистера Бёрджесса, поэтому направился к себе комнату чтобы прихватить куртку и обратно спустившись только хотел выйти через дверь, но сзади раздался знакомый голос. — Привет, Гарольд. — раздался знакомый мягкий голос Шарлотты. — Можно мне тоже с тобой погулять? Гарольд повернувшись как и предполагал увидел Шарлотту уже одетую для прогулки. — Я бы хотел сказать нет, но вижу ты уже оделась, так что мне без разницы. — спокойным тоном подал Реддл. — Ураа... — улыбнувшись прокричала. — А можно пойдем, в то место где ты все время пропадаешь? — «Она имеет ввиду лавку мистера Бёрджесса? — Сразу подумал Гарольд. — Как она вообще замечала мое отсутствие» cдавшись Гарольд решил согласится на предложение. — Так и быть. — чтобы не слышать очередную вопль счастье, Гарольд быстро вышел на улицу.

* * *

Магазин Уильяма Бёрджесса встретил их праздничной суетой. Клиенты рассматривали нарядные стеллажи. У некоторых из них были модные шарфы, накинутые поверх черных пальто. Высокий господин с портфелем приценивался к тому самому  «обезьяньему сервизу». Две девушки в недорогих горжетках расплачивались за индийские благовония. —  Здравствуй, Гарольд. На этот раз я вижу ты не один, — улыбнувшись поздоровался владелец лавки. —  Да, Шарлотта захотела пойти со мной, — рассматривая витрину ответил Гарольд. —  Отлично, можете пока что осмотреться, —  Уильям Бёрджесс рукой махнул в сторону посетительницы. —  Подождите немного, я обслужу клиента. — О, Боже мой… — прошептала она с ужасом, указав на золотое кольцо с черным камнем, на которой была что-то вроде пентаграммы. — Это золотое кольцо с черным камнем, мне очень дорого обошлась. — поправив очки подал мистер Бёрджесс. — Шарлотта… Что с тобой? — Гарольд непонимающе взглянул на нее. Девочка смотрела на кольцо с немым ужасом, словно в ней в самом деле притаилась опасность. — Оно будто смотрит на меня, — тихо прошептала девочка. — Смерть... — Ладно… У меня для вас небольшие подарки к Рождеству, — Уильям Бёрджесс протянул детям две шоколадки, стараясь сгладить момент. — Благодарю. — отозвался Гарольд. Ему показалось, будто хозяину лавки было стыдно за кольцо, и он осуждающе смотрел на безделушку. Шарлотта рассеянно кивнула. Гарольд был поражен, что кольцо так испугала ее, но постарался не показать и виду. Ближе к выходу Шарлотта сильно закашлялась. Гарольд подождал, когда она отойдет, а затем помог ей встать на ступеньки. Сухая снежная крупа превратилась в мокрую метель, и крупные хлопья отвесной стеной заметали не замерзшие лужи. — Ты только посмотри, Гарольд, какая красота… — Шарлотта, словно выйдя из забытья, дёрнула друга за руку. На противоположной стороне улицы была лавка с рождественскими украшениями. На витрине рядом с гирляндами лежал набор рождественских шишек. Но каких! Желтых, с зеленоватыми верхушками, сделанных из тонкого стекла. Каждая шишка по форме отличалась от остальных: некоторые были золотистыми и толстыми, другие — зелеными и удлиненными, а одна и вовсе казалась огромным пушистым плодом от неведомого хвойного дерева. Свет гирлянды весело играл в стеклянных гранях.

* * *

Уже стемнело, когда Гарольд с Шарлоттой возвращались в приютский дом. Девочка устало перебирала ногами. Гарольд подумал, что она утомилась от прогулки. Или у нее и вправду была простуда? Пробежав мимо чугунной ограды, дети нырнули во двор. — Смотрите-ка, Шарлотта… — раздался язвительный голос Уэнди. — Завела себе ручного пса? — Гарольд обернулся и сразу заметил всю ненавистную ему компанию, стоявшую возле обледенелой калитки. — Вы кучка идиотов меня уже достали — с ненавистью прошипел Гарольд. — Ого, — расхохотался Патрик. — Псих уже шипеть начал? Видать, ты хорошенько его обучила! — Обязательно купи намордник для непослушных псов, Шарлотта, — засмеялась Уэнди. Гарольд быстро слепил снежок и бросил прямо в её лицо. Уэнди взвизгнула и отпрыгнула в сторону. — Поиграть захотели? — заорал Патрик. — Ну, давайте тогда! Шарлотта бросила в Джереми снежок. На помощь Уэнди и Патрику выбежал Хилл. Завязалась снежная дуэль. Шарлотта кидала много, но попадала редко. Зато снежки Гарольда били жестко и метко. Одним ударом он сбил шапку с Хилла. Лесли радостно обкидала его снежками. Запыхавшись, она сняла красную вязаную шапочку и повесила на сук. — Ну, подожди, Ньюбери! — воскликнул Патрик. Прицелившись, он бросил шар в Шарлотту. Не удержавшись на земле, девочка, упала на землю. — Лови, — Гарольд засадил снежком в голову Патрика. Джереми взвыл от боли. Гарольд оглянулся и с удивлением заметил, что Шарлотта до сих пор лежит на земле. Нехорошее предчувствие укололо сердце. Не обращая внимания на снежки Хилла и Уэнди, Реддл подбежал к ней. — Шарлотта… — прошептал он.— Эй, Шарлотта, очнись ну же. Девочка не шевелилась. Гарольд повернул ее голову, и с ужасом увидел, как из её горла хлынула кровь. В глазах которых застыло страдание. — Зовите врачей, кретины, — крикнул Гарольд, рассекая рукой снежок Хилла Кровь пошла сильнее. Шарлотта хрипела, задыхаясь от кашля. Струйка крови на щеке застывала извилистым следом. Гарольд, держа ее голову, растерянно смотрел на темное зимнее небо.

* * *

Уже вот в Сочельник Гарольд снова проснулся около пяти. Было необычайно холодно: приютское отопление, похоже, дало сбой. Из коридора доносились шаги. Гарольд подумал, что это миссис Кларксон совершала утренний обход. Он укутался пледом и закрыл глаза: ему не хотелось лишний раз попадаться на глаза кастелянше, если вдруг она заглянет в его комнату. Позавчера вечером доктор Алдерсон отвез Шарлотту в больницу, он констатировал прогрессирующий рак лёгких. Гарольд подслушал их разговор в кабинете миссис Вилсон. Из пространных объяснений врача он понял, что причиной приступа стали переохлаждение и низкая влажность. «Я не могу ничего уже сделать рак уже освоился в её организме, — сказал доктор. — Но приступы этой болезни часто проходят так же внезапно, как и начинаются». Прошло минут десять, прежде, чем Гарольд понял, что это не Бетти Кларксон. Стук каблуков был жестким. Сгорая от любопытства, Гарольд приоткрыл дверь. Долорес стояла на табуретке и завешивала зеркало белой простыней. — Зачем вы закрыли зеркало? — спросил Гарольд уставившись в зеркало. Долорес была в пепельном платье и в наброшенном на плечи черном платке. — Тебя это не касается, Реддл. — Голос Долорес предательски дрожал. — Нет ещё как касается... — сухо сказал Гарольд, глядя, как Долорес закрывает ставни. — Живо говори правду! — в этот момент глаза Гарольда слегка изменили окрас на красный. — Ну… — Долорес потрясенно посмотрела на Гарольда. — Просто Шарлотта… Ей очень плохо… — И поэтому ты завесила зеркало? Поэтому закрыли ставни? Гарольд пристально посмотрел на Долорес. Перед глазами поплыла странная картина. Мальчику казалось, будто он стоит в кабинете миссис Вилсон, и она, убитая горем, говорит, что тело привезут к полудню. — Да, — прошептала Долорес. — Вечером у Шарлотты был новый приступ. Дежурный врач не успел добежать до палаты. Она… — Умерла… — лицо Гарольда будто окаменело. Он, казалось, не желал слушать продолжения. — Гарольд, пойми же Шарлотту призвал к себе Господь… Только он решает…. — Не смеши меня, какой ещё Господь! — закричал Гарольд в приступе гнева. — Эти все проклятые врачи виноваты. — Нельзя же так говорить… — Долорес смотрела на него с испугом. — Мне жаль… Не расслышав ее слов, Гарольд побежал в гостиную: едва ли он понимал, что на самом деле происходит. Рождественская ель по-прежнему излучала запах смолы и иголок, только теперь Гарольду казалось, что это запах могильных венков. Хотя, может, это ошибка? Может, умерла другая Шарлотта? Мало ли на свете каких-нибудь Шарлотта Ньювест… Гарольд от бреда решил, что так оно и было. Но ведь Долорес завешивала зеркало, да и он видел, как наяву, разговор у директора… Гарольд посмотрел на фонари и почувствовал пустоту. Страшная правда была до боли проста. Шарлотты больше нет. Она не вернется. Гарольд плюхнулся в кресло. Под самой макушкой елки висел ребристый шар с картинками свечей. Подумал с содроганием, что это неправда, что он, должно быть, всё ещё спит и сейчас проснётся. Нет, Шарлотта не мертва. Такие люди как Шарлотта не могут вот так вот взять и умереть, так быть не должно. У Гарольда всплыли воспоминание, и почувствовал, как лицо стало чересчур бледным. Ближе к обеду Гарольд очнулся. Он по-прежнему сидел в кресле, на коленях лежала раскрытая книга. Гарольд оглядел гостиную, пытаясь понять, где он и как здесь очутился. И тогда он вспомнил. Шок сменился пустотой, столь же ужасной. Ужасной оттого, что Шарлотта ушла навсегда, что он никогда не увидит её снова. Гарольд попытался сжать кулаки чтобы унять боль в груди, но ничего не помогало.