Voldemort Legacy

К началу уже февраля Гарольд полностью отдалился от других детей и выглядел подавленным. Он стал настолько молчаливым, что, казалось, не нуждался в никаком обществе. В свободное время он часами бродил по Лондону, возвращаясь в приют только к ужину. Во время этих очень долгих прогулок Гарольд уходил далеко за район приюта, гуляя иногда даже до центра города. Зато на Воксхолл-Роуд и в лавку мистера Бёрджесса он не ходил со дня смерти Шарлотты: вспоминать о том дне ему не хотелось. Постепенно Гарольд начал возвращаться в свое старое состояние, хотя держался отчужденно. Боль в груди сменилась ненавистью к Джереми Патрику. Внутренний голос напоминал, что Шарлотта провела на улице весь день, да еще играла в снежки с ним. Но Гарольд давил этот голос: про себя он давно решил, что во всем виноват именно Патрик. Заставить Джереми страдать, сделать ему как можно больше больно, казалось стало для него теперь главной целью в жизни.

* * *

Гарольд медленным шагом брел по брусчатке. Майское небо было чересчур синим. Глубокая лазурь вместе с нежным предвечерним воздухом навевала воспоминания. Перед глазами вставал давний вечер, когда приютских детей везли с экскурсии в Лондоне. Большинство из них весело болтали друг с другом, и только Гарольд одиноко смотрел в окно, ловя в вечернем свете фонарей манящую истому. Бетонная стена завода сменилась лабиринтом фабричных закоулков. Двухэтажные дома казались кривыми из-за убегавшей под горку улицы. В воздухе стоял устойчивый запах тины: где-то недалеко протекала Темза. Цветущая в палисадниках белая сирень придавала синему небу предчувствие скорого лета. У подъездов сплетничали женщины. Ребятишки весело играли в футбол на заросшем травой проулке. На противоположной стороне улицы Гарольд заметил паб, пыльные окна которого казались матовыми даже на солнце. Взглянув на торчащий из лужи кусок трубы, он открыл тяжелую дверь. — Тебе что подать, мальчик? — усмехнулся бармен, покрутив бутылку. В зале пахло пивом. — Немного, содовой, — Гарольд плавно вынув из кармана выложил монетку. — Надо же. — Бармен окинул его насмешливым взглядом, но, взяв монету, налил ему содового. — Далеко пойдешь. Со стороны барной стойки послышались смешки. Гарольд передернуло. Он вспомнил, как в детстве верзила Джон Кроуни ради забавы сломал ему пинками руку. Очнувшись, он заметил, как медсестра накладывала гипс. Часы в баре уже перевалили за восемь. У Гарольда не было желание возвращаться в приют, его так раздражало видеть весёлые лица Хилла, Уэнди, Патрика, что хотелось взять в руки огнестрельное оружие, и выстрелить по им головам пока не закончатся патроны. Нехотя вставая со стула направился ко выходу. Через минуту он уже ленивыми шагами шёл по Лондону в сторону приюта. Через час добравшись до приюта, открыв дверь, резким шагом направился через второй этаж в свою комнату. На следующий день. Гарольд до вечера не выходил из комнаты сидя взаперти. Ночью ему снилось лицо Шарлотты окровавленная кровью, которая умоляла избавить её от мучений. Гарольд проснулся в холодном поту, встал с кровати резкими шагами подойдя к раковине начал активно умывать лицо, чтобы стереть остатки сна. Гарольд вернувшись повалился в скрипучую кровать и уставился в потолок, попутно игнорируя голод. Взглядом скользя по потолку, Гарольд начал размышлять о родителях, точнее о матери. Гарольд в детстве с надеждой думал, что в приют зайдут похожие на него родители и заберут к себе обратно, но быстро оставил эту мысль. Убравшись в комнате, мальчик вышел из комнаты. За завтраком Гарольд пребывал в полной апатии. Патрик и Хилл, как всегда шептаются об очередном идиотском плане. Реддл задумавшись, представил миссис Вилсон и Кларксон стоявших на коленях и умоляющими воплями говорящие не причинять им боль. К ему удивлению стало намного приятнее и легче. Его вырвала от приятных мыслей голос Долорес. — Реддл, я вижу что тебе нужно особое приглашение? — раздался ворчливый голос Долорес. — Не отказался бы, — не удержавшись съезвил Гарольд. Она вздрогнула будто вспомнив что-то ужасное, и сделав вид что не услышала Гарольда, снисходительно начала говорить обращаясь уже к ребятам что столпились около неё. — Мы сегодня едем в лес, — Несколько сирот от чего-то расхохотались. В автобусе Гарольд облокотившись на ладонь рассматривал через окно, дома, машины. Через минут сорок, наконец добрались до пункта назначения. — Быстрее, выходис быстро, — махая руками начала Долорес. — Ко мне идите, — мужчина, в спортивной одежде махал руками, давая понять что им сюда. Это был Томас Уоррен — руководитель скаутского лагеря. — Строимся в линию, и разбиваеммя на две команды, — излишне пухлыми руками начал показывать. — Мальчики берите мяч, а вы девочки будете бегать на эстафету... А ты Реддл сиди в сторонке, — с неким презрением выдал он. Гарольд безразлично пошел в сторону скамейки, взяв с сумки книгу принялся читать. — Псих, опять пошел зубрить книжки, — фыркнул Хилл. Донна Сеймур и её новая подруга Вики Гоуд, громко рассмеялись. Гарольд истинно не понимал над чем эти отсталые от развитии смеются, в итоге решил проигнорировать их и продолжил чтение. День был ясен, но было прохладно. Рядом расположенные от скамьи, цветы приятно пахли поднимая настроение. Его только отвлекало чуть уловимое шипение. Подняв взгляд осмотрелся и прищурившись рассматривал траву откуда и исходило шипение, неожиданно для себя сделал вывод что это змея шипит. И будто услышав мысли из травы вылезла несомненно змея. Гарольд завороженно смотрел на змею, определенно это была гадюка. Они считались невероятно опасными исключительно из-за яда. Гарольд прислушавшись шипению гадюки с удивлением отметил что её шипение становится осмысленным. Казалось что он мог в шипении различать слова. Гарольд настороженно протянул ладонь, и тотчас же змея обвилась вокруг его запястья. — seethaassayyaayaeeh (Привет), — прошипела гадюка. — seethaassayyaayaeeh (Привет), — к изумлению Гарольда он прошипел тоже самое без затруднений. — seyythass...sseetthseyythahaa (Мы говорим на змеином языке?), — с потрясением спросил Гарольд. — ssaah...haa...hathehhayahasaah (Вы правы, повелитель), — прошипела гадюка, наклонив голову. — haayaesse...ssaythasshasaahssseyss (Вы владеете, парселтангом.) Выпустив запястье гадюка быстро извиваясь скрылась за травой, Гарольд посмотрел на небо и приложил руку на лоб, произошедшее было слишком уж невероятным, чтобы быть правдой. — О, кто тут у нас? — Гарольд вздрогнул, — это же наш общий друг, псих! К нему с боку подошли компания Патрика и Уэнди. — Расскажи стишок, что ты выучил, — верзила под общий хохот, хлопнув ладошками. — Тебя читать научить? — ухмылку Гарольд так и не смог подавить, — Хотя кому я это говорю, ты же по развитии хуже неандертальца. — Ого! — фыркнул Джереми. — Психа, давно не учили жизни. Гарольд не догадывался, что они собираются с ним сделать, но знал, что ничего хорошего из этого не последует. Джек Броун сделал шаг, его круглые серые глаза горели нетерпением. Гарольд еще шире скривился в подобии улыбки и прошипел. — haasseyaahaayahath (Убей их!) — с жаждой крови прошипел Гарольд. — Что ты там вякнул, Реддл? — ухмыльнулся Броун. Трава тихонько зашевелилась, и через мгновение раздался вопль Уэнди, которая лежала на земле со следом укуса на руке. Патрик попятился прочь, дрожа от страха. Гарольд с умилением и благодарностью смотрел на змею. — Боишься змей, Броун? — с триумфом спросил Гарольд. — hathehhsshaasaass (Можешь оставить меня), — смотря в сторону гадюки прошипел Реддл. — ssaahaa...hatheayahasseyss (Да, мой Лорд), — змея извиваясь быстро скрылась за травой. — Что случилось?! — Из подбежавшей толпы сирот выбежал Уоррен. — Этот псих, натравил на нас гадюку! — Из ноги Уэнди стекалась кровь, девочка от боли заплакала. — Успокойтесь, укус гадюки не смертельна... сейчас вас отвезут в больницу. — Что тут всё-таки произошло, — встряла Долорес. — Реддл, сказал на каком-то языке, и из травы выползла огромная змея! — с дрожащим голосом проговорил Броун. — Реддл что-то прошипел, после этого гадюка напала на неё! — Объяснись, быстро, Реддл! — строгим голосом начала Долорес. — Что тут объяснять, наступила на змею и получила заслугам, — не проявляя эмоции, подал Гарольд. — Все марш в автобус. С тобой, Реддл, мы поговорим в приюте. — Несомненно, — прошептал, Гарольд.

* * *

Ночью, откинув тонкое одеяло, Гарольд слез с кровати. Быстрым темпом одевшись. Все естественно спали два часа ночи всё-таки, тихо закрыв дверь комнаты, Гарольд вышел во двор. Звезды наполнили небо почти полностью. Гарольд и не заметил как добрался до приютского вольера. Помещение было маленьким. Здесь раньше была теплица, где выращивали овощи и фрукты, его недавно перестроили в вольер. Гарольд подойдя к двери вольера повернул ключ по часовой стрелке и замок со скрипом открылся. Войдя внутрь он подошёл рядом к двери расположенной клетке там находился любимый хомяк Джереми Патрика. — Роланд... — Прошептал тихо, вытянув руку. Комок шерсти спал в клетке. — Роланд, вставай тупое животное. Испуганный хомяк подбежал и прицепился к клетке. Гарольд открыл клетку и взял с полки веревку для мешков. В центре было видно петлю, на которую мистер Сэлмон вешал мешки. Хомяк, дергая лапами царапал обувь Гарольда. — Давай, вперёд, — приказным тоном, начал Гарольд. Его глаза отливали красным цветом. Хомяк, побежал вперёд к стене. Подчиняясь, из-за страха хомяк приближался к балке. — Теперь, вверх! — Хомяк, отчаянно выполнил приказ. Гарольд заметил что в глазах хомяка застыл немой страх. Хомяк видимо был в не себя, но безутешно выполнял любые приказы. Гарольд из-за полного повиновение цели испытывал эйфорию. — А теперь... Прыгай в петлю, лапами вниз. Некоторое время в вольере стояла гробовая тишина. Тельце животного болталась в петле, свесив задние лапы. На лице зверя остыла эмоция, говорящие будто, «я сделаю что угодно, только избавь от мучений..»