Voldemort Legacy

Гарольд в поту резко открыв глаза, спрыгнул с кровати. Руки стали холодными, а тело дрожало. Зеленый полог кровати был задернут, но к счастью судя по тишине из-за шума никто не проснулся. Немного успокоившись Гарольд нащупав тапочки, подошёл к небольшому столику и налил себе воды с кубка с символом змеи. Оглядываясь, он заметил часы которые показывали четыре часа ночи. Единственное окно спальни мальчиков, выходило в водную поверхность Чёрного озера. Судя по брызгам смутной жидкости, шёл очередной проливень. Гарольд присел на кровать, он попытался забыть приснившийся ему кошмар, но из головы как на зло, все еще не выходил образ бледного уродливого лица с красными как кровь глазами, это существо точно не походило на человека. Решив развеется, он стараясь не шуметь вышел из спальни. Как и ожидалось, гостиная пустовала. Только зеленые лампы освещали ее хладными свечениями. Едва ли Гарольд успел сесть за кресло, как свеча на столике вспыхнула, освещая кресло для удобного чтение. Гарольд достав из сумки «Пособие по самообороне», которое он приобрел в Косом переулке и углубился в чтение. Это руководство позволяло быстро освоить мощные дуэльные заклинания. Гарольд хоть и чувствовал, что первокурснику не подлежит знать многие из этих проклятий, но он знал что без знания подобных заклинаний ему тут никак выжить. Послышалось в левом ухе звуки шагов. Гарольд посмотрел на часы они показывали уже без четверти семь. Он изучал пособие уже больше полтора часа. Гарольд подумывал пойти на завтрак. — Что, грязнокровка, привык на кресле ночевать? — раздался насмешливый голос с боку. — Убирайся пустозвон или ты хочешь чтобы, я тебе ещё придумал несколько прозвищ? — Ухмыляясь в кривой улыбке начал Гарольд. — Поверь в остроумии, мне равный ещё не родился. — Ты очень печален, грязнокровка, в своих тщетных попытках задеть меня. — Хм, а знаешь Малфой. Это наоборот хорошо что ты пришёл, мне как раз нужна подопытная крыса, хочу увидеть в действии несколько проклятий, — с усмешкой произнес Гарольд, наблюдая за изменениеми на лице оппонента. — Только тронь меня... магловский ублюдок! — пролепетал побледнев, уже не уверенно. — О, будь уверен. Слизни на вкус будут не приятными, — уже угрожающее держа палочку в левой руке, ответил Гарольд. Малфой хотел было сказать что-то язвительное, но замолк, увидев как Гарольд прицелился палочкой ему в лицо. Бросив напоследок гневный взгляд, Слизерин пошел прочь из гостиной.

* * *

Проход до большого зала Гарольд без труда смог найти. За столом их факультета были старшекурсники и только свита Малфоя. За преподавательским столом директор Дамблдор разговаривал с Макгонагалл. Потолок показывал дождь. Гарольд схватил тост и отломил от него кусочек. Золотистая тарелка в миг наполнилась едой. — Привет, — сухо поприветствовала его, только пришедшая Дафна Гринграсс. — Привет... — равнодушно проговорил, утыкаясь в свою тарелку Гарольд. Хоть он снаружи старался говорить безэмоциально, но внутри его до сих пор будоражил ночной кошмар. — Не знаю насчет них, но я не верю что ты из маглов, — Гарольд с легким изумлением посмотрел в ее сторону. — Леворукие волшебники, очень редки. На завтрак, зевая прямо на ходу, вошли Нотт и Блейз Забини. Видимо они приспособлены к раннему подъему. — Рано ты конечно встаешь, Гарольд. — присаживаясь рядом проговорил Нотт. В эту минуту в их сторону, встав со преподавательского стола направлялся их декан - профессор Снейп. — Ваше расписание, Мистер Нотт, — подошедший Профессор Снейп, выдал расписание. — Держите и вы Мисс Гринграсс и Мистер... Реддл. — прищурившись посмотрел в сторону Гарольда. — Понимаешь, — продолжила свою речь Дафна, — на наш факультет Слизерин в большинстве случаев не попадают маглорожденные. Наш колледж помешан на чистоте крови мага, поэтому маглы, всеми способами обходят стороной Слизерин при поступлении. Внезапно по столу проехали оживленные шёпоты, сопровождаемый шуршанием бумаги. Пока Гарольд ознакамливался с расписанием, со стола Гриффиндора раздался недовольные ворчание. Несколько первокурсников повскакивали с мест, а один из них направился прямиком к столу директора Дамблдора. — Почему мы должны делить комнату с этими недоумками?! — воскликнул младший Уизли. Подхватив инициативу своего недалекого друга, к нему подключился Поттер, что-то пытаясь доказать директору. После них подошли не менее раздраженные пуффендуйцы. Ученики Рейвенкло были лояльны в отношении к Слизерину, и тихо между собой перешептывались. — Зелья были бы моим одним из любимых предметов! — выкрикнула девочка из Гриффиндора с густой шевелюрой. — Вы все испоганили! — Ясно, — усмехнулся Нотт, посмотрев на расписание. — Они все разгневались, потому что у нас с ними совместные уроки. Заклинания у нас с Пуффендуем, а зелья с Гриффиндором. — И из-за этого, они так сильно расстроились? — насупился Гарольд. — Далеко не только в этом, Гарольд, — вздохнула Гринграсс. — За прошедшие годы, много плохого было сделано слизеринцами, что они выработали стереотип, попал на Слизерин - ты зло. — Это всё, естественно чушь, — продолжила она, — но из-за таких уродов как Малфой, это является доказательством выше сказанного. Словно по щелчку пальцев, в Большой зал как раз вошла компания Малфоя в составе Винсента Крэбба, Грегори Гойла и Драко Малфоя. Посмотрев на стол Пуффендуя, Малфой презрительно посмотрел в их сторону: — Что вылупились, толпа тупых скунсов! — Иди куда шёл, мерзкая слизь, — с ненавистью крикнула девочка со второго или третьего курса. — А твоего мнения не спрашивали, замолкни грязнокровка, — фыркнул Малфой. — А ну, Прекратить! — выкрикнул директор Дамблдор. — Минус десять баллов со Слизерина. А мистер Малфой получает замечание за свою выходку. Каждый год одно и тоже… — устало вздохнул. Красный и желтый столы загудели. Гарольд смутился: ему определенно не нравилась компания Малфоя и его телохранителей, но еще меньше ему нравилось, что другие колледжи так относятся к слизеринцам. Нет, что-то здесь не то. Гарольд посмотрел на летящие свечи, а затем на стол Гриффиндора. Дороти Стеббинс послала ему полный презрения взгляд, но он его проигнорировал вернув взгляд на тарелку. — Ты куда? — удивился Нотт. — Ты же почти ничего не кушал. — Аппетита что-то нет, я пойду прогуляюсь, — ответил Гарольд. — немного думая он направился к выходу из Большого зала.

* * *

Первый урок была травология, она проходила в теплицах. Гарольд снова шел впереди остальных детей и, несмотря на зонт, изрядно промок. Рейвенкловцы, среди которых преобладали девочки, смотрели на слизеринцев со скрытой неприязнью. Низкая и с пухлым телосложением профессор Помона Стебль, производила впечатление женщины с добродушным характером. Гарольд сел вместе с Теодором и Дафной и уже законспектировал целый лист пергамента. К концу урока профессор Стебль раздала детям сушеные листья и попросил растереть их в порошок. Едва ученики приступили к заданию, как у рейвенкловца Терри Бута вспыхнул сушенный лист. Мальчик с ужасом вскочил из-за стола и под смешок Малфоя и Крэбба отбежал назад. Гарольд оглянулся на слизеринцев и ничуть не удивился, увидев, что Драко гнусно ухмыляется, а его палочка всё ещё испускает тонкую струйку дыма. Винсент Крэбб противно хихикал. Профессор Стебль быстро потушил пламя и снял со Слизерина десять баллов. Преподаватель Истории Волшебства был необычным. Им был призрак, профессор Катберт Бинс безостановочно и монотонным голосом рассказывал о зарождении волшебства. Гарольд несмотря на это конспектировал лекцию, записав целый лист пергамента и значительно опустошив баночку чернил. Большинство слизеринцев, однако, вскоре задремали. Только Драко Малфой упорно твердил, что все это чушь и рассказывал свою версию. Но его единственным слушателем был Винсент Крэбб, который всякий раз выражал удивление, при опровержении слов профессора. Занятия по защите от темных искусств проходили в соседней башне. Гарольд старался не упускать из вида одноклассников, но все же свернул в неправильный коридор. Запыхавшись, он вбежал в класс на последних минутах перемены. Профессор Римус Люпин, войдя в класс, взмахнул палочкой, из которой ярким сиянием выползла призрачная фигура волка. Ученики не могли сдержать крики восхищения, видя, как волк полетал по классу и растаяла в воздухе. — На моих уроках, — объявил Римус Люпин, — не будет особо строгих правил, как их нет в реальном бою. Если вы столкнетесь с темным магом, он не будет придерживаться этикета дуэлей. Гарольду показалось, будто от этого мужчины исходит необычайная аура. Он посмотрел в окно, сильный ливень по-прежнему сметал все вокруг. — Отлично, поговорим о трудностях борьбы с темными искусствами, — Люпин спустился с трибуны и пошел по рядам. — Как вы думаете дети, почему бороться с темными искусствами тяжело? Да, мисс Боунс, — кивнула она. — Ээ… темное волшебство очень непредсказуемо… — пробубнив сказала девочка. — Неплохо, мисс Боунс, — похвалил, Люпин, — хотя не совсем точно. Непредсказуем темный волшебник, а темная магия — такой же набор стандартных формул, как и светлая магия. Может вы, мистер Реддл? — сконцентрировав взгляд на Гарольде сказал преподаватель. — Извините профессор, — мягкий голос Гарольда дрожал. — Но в учебнике я не нашел точное определение темной магии. Ученики посмотрели на Гарольда с удивлением. Малфой стал что-то шептать Крэббу и Мелании. Гарольд только хмыкнул на это, вернув себе самообладание. — Вот как, и чем вы объясните это, мистер Реддл? — спросил тоже изумившись профессор Люпин. — Я конечно могу ошибаться... — Гарольд решил довести предположение до конца… — Но вполне возможно что, Министерство магии меняет это определение. — Ну что-ж… — Римус Люпин удивленно поднял светлые брови. — Тогда я присуждаю пятнадцать баллов Слизерину за самый неординарный ответ, который я когда-либо слышал. Кхм-кхм, думаю, пришло время открыть учебники. Оставшуюся часть урока дети конспектировали параграф по классификации темных сил. Гарольд уже несколько раз читал его и, наверное, сейчас мог бы рассказать наизусть. Дафна Гринграсс рисовала непонятные квадратики, видимо, пытаясь разобраться что к чему. Голубые глаза Мелании Берк застыли в испуге: информация о темных силах, особенно проклятия, которое высасывают кровь вызывали у нее ужас. Зато Винсент Крэбб смотрел в учебник как всегда непонимающим взглядом. — После уроков, — продолжал профессор, глядя, как ученики собирают вещи, — каждый из вас прочитает параграф про классификацию темных существ. А вы, мистер Реддл, прошу останьтесь всего на пару слов. Кабинет профессора Люпина был просторной комнатой, заставленной стеллажами книг. Стол из черного ореха стоял около большого окна. Вид на Черное озеро, вероятно, был красивым, но его закрывала пелена дождя. Хозяин кабинета направил палочку сначала на темный чайник, а затем на маленький сервант. Через минуту на столе стояли белая чашка с блюдцем, а чайник сам налил чай. — У вас замечательные способности, Мистер Реддл. — Гарольд смутился. — Только не распространяйте свои догадки о политике министерства. — А можно мне у вас спрашивать, интересующие меня вопросы профессор? — прямолинейно изложил свою мысль Гарольд. — Конечно можно, Гарольд, — оживлённо ответил он, — Ладно, бегите на урок, а то я вас задержал. Было около пяти, но за окном стало темно из-за пелены туч. Профессор Люпин взмахом палочки зажег летавшие свечи и с тревогой посмотрела на левую руку мальчика.

* * *

Гарольд ожидал среды со нетерпением. В среду в расписании стояла трансфигурация, которую вела профессор Макгонагалл. Он каждый вечер учил параграфы наизусть и отрабатывал до идеала заклинания, боясь попасть в плохом свете перед учителями. — Уфф, вот же нам повезло Гарри, что нет пока в классе этой старой кашолки — прибежавшие в класс Уизли и Поттер, со вздохами облегчение хотели вот-вот пройти к своим местам: — Да что вы говорите, Мистер Уизли, — сидевшая на столе, кошка с высокой скоростью начала превращаться в преподавателя, которую рыжий упоминул в плохом ключе. — Ээ... профессор вы кажется меня нераслышали, я этого не говорил. — Ну конечно мистер Уизли, я назначаю вам с мистером Поттером, отработку за опоздание на урок. — гневно глядя на опоздавщих проговорила профессор. При в виде этой ситуации, в классе разошелся громкие смешки в адрес потерпевших. Но профессор Макгонагалл быстро успокоила класс и вытащив палочку продемонстрировала возможности трансфигурации. Отправив заклинания в сторону серебряного кубка, и через мгновение кубок стал деформироваться и вместо него уже стояла живая крыса. Класс ожил, удивленные дети повскакивали с мест от этого представление. — Такие чудеса трансфигурации творит сама природа, — улыбнулась Макгонагалл. — Вашей задачей будет — научиться творить чудеса с помощью волшебной палочки. А теперь… — профессор выдержала паузу, — открывайте учебники. Раздался быстрый шорох страниц. Драко что-то зашептал Крэббу. Макгонагалл улыбнулась, и учебник стукнул Драко по руке. Несколько минут дети изучали параграф о том, как совершить превращение. Затем учитель посмотрел на часы. — Закрыли книги! — весело сказала Макгонагалл. Ошарашенные ученики захлопали переплетами. — По моему сигналу пытаемся превратить спички в иголки! — Профессор взмахнула палочкой и на каждом столе появились спички. — Abeo subscalpo! — прошептал Гарольд. Дома он уже читал материал о превращении черепах в чайники, и задание профессора казалось ему сущей ерундой. Это заклинание он отработал до идеального исполнения. Через миг рядом с ним лежала длинная иголка. — Мистер Реддл! — раздался удивленный голос Макгонагалл. — Разве я уже дал сигнал использовать заклинание? — Нет, профессор… — пробормотал смущенный Гарольд. — За самовольство я с вас снимаю три балла со Слизерина. Но поскольку вы сделали все правильно… — По классу пронесся гул изумление. — Я добавлю Слизерину пять очков. Гарольд с облегчением понял, что большинство детей не умеют превращать спички в иголки. По сигналу Макгонагалл ученики стали произносить заклинания, но у них ничего не получилось. — Ничего страшного, — отметила профессор, — продолжайте тренироваться. А вы, Гарольд, попробуйте следующее заклинания. — Заколку в бабочку? — Гарольд снова удивился лёгкости задания. Взмахнул палочкой, и заколка Мелании превратилась в красивую разноцветную бабочку. Нотт зааплодировал. Мелания посмотрела на Гарольда со смесью страха и восхищения. — Снова не дождались моего сигнала, мистер Реддл, — покачала головой Макгонагалл. — Вы очень нетерпеливы. Пять баллов за успех и минус один балл за самовольство. Вы читали параграф заранее? — Да, профессор. — Гарольд смутился. Слова Макгонагалл почему-то сильно задели его. — И вы всё поняли? — прищурилась профессор. — Я старался... — Гарольд снова, как и в приюте, подбирал каждое слово. — Хорошо… Может быть, Вы скажете нам, что важнее для трансфигурации: желание изменить объект или концентрация на результате? — Представление результата, — пожал плечами Гарольд. — Что же, — улыбнулась Макгонагалл. — Тогда я попрошу мистера Реддла, превратить иголку в иглу ежа. Закрыв глаза и судорожно вспоминая изображение ежа в книге по географии. Взмахнув палочкой, он снова прошептал «Abeo subscalpo». И в тот миг облегченно вздохнул: перед ним лежала хрупкая иголка ежа. — Превосходно, — улыбнулась профессор.— Только что мистер Реддл продемонстрировал, как важна концентрация на результате. Я присуждаю двадцать баллов Слизерину. Гарольд никогда прежде не испытывал такого восторга. Однако его радость омрачал пристальный взгляд профессора.