Наше истинное я

Подготовка к процедуре       Это какая-то извращенная карусель. Так я и сказала Эдите, нервно посмеиваясь после первого погружения в мир единого сознания. Она не отозвалась на мое замечание, но я же видела, что ей это тоже понравилось. Ведь моя милая сестренка наконец могла ходить. Спустя гребанные полгода ненависти к себе и окружающим, почувствовала почву под ногами и не просто тряслась на ослабших конечностях, а ходила, да вообще бегала.       Но управлять сознанием оказалось чертовски трудно, образы прошлого вонзались острым клином, и выращенные воображением сосновые леса моментально сжигались напалмом противника. Нас снова закидывало в пустыню, на выжженую войной и палящем солнцем землю.       Хорошо, что Эдита всегда рядом, она помогала стабилизировать мое состояние. Поразительно, насколько она сильна. Без нее, наверное, я ничего бы не смогла.       – Ну что, док, как наши результаты? – Сидя на краю ванны-капсулы посреди лаборатории, я с нетерпением ожидала вердикта Нестора. Как прилежная ученица, волнительно жаждущая узнать оценку за экзамен.       – Лучше, чем я ожидал, – не отрывая взгляд от планшета в руках, сообщил мужчина. – Ваша мозговая активность легко поддается синхронизации с резонансной машиной. Теперь вы можете самостоятельно контролировать ситуацию, однако последние сессии показали, что показатели Эдиты намного стабильнее.       – И что это значит? – спросила Эдита.       – Что ты займешь место основного Ядра, – заключил Нестор, оторвавшись от результатов исследований. – Тебе будут переданы главные функции Администратора, твоя сестра будет иметь только частичный допуск к контролю сознания пациента.       – Понятно.       – «Понятно», – спародировала я угрюмый комментарий сестры, – ты тут стала боссом, систер. Не слышу радости в твоих словах!       – Отвали, – устало вздохнула Эдита.       Я тихо рассмеялась. Ох уж эта вечно недовольная и пессимистичная девчонка, выглядела забавно, учитывая, что сердце ее разрывалось от радости. Я ведь знаю, она счастлива слышать об этом, и мне тоже становилось невероятно радостно от мысли, что этот гребанный эксперимент вернул ей возможность ходить. Не на своих собственных ногах, но, черт, то, что дал нам MOBIUS – в десятки раз лучше.       – Ну, то есть получается, она будет создавать реальность вокруг нас? – решила уточнить я у Нестора. – Я теперь ничего не смогу сделать там?       – Нет, Марьям, ты по-прежнему будешь способна управлять своим сознанием, как посчитаешь нужным. Роль Ядра отличается от роли Администратора системы. Стабильное крепкое сознание формирует и поддерживает мир, в котором вы оказываетесь. Но поскольку ваша мозговая активность синхронизирована, и вы входите в систему как две части единого, функции твоего сознания практически не ограничены.       – Ну… а в чем различия-то?       – Как я поняла, Ядро держит на себе основную нагрузку других сознаний, и не позволяет им воздействовать на систему, верно?       – Да, примерно так.       Какие они все умные. Я постаралась не демонстрировать обиду, отвернулась, делая вид, что наблюдаю за исследовательским персоналом. Люди работали за компьютерами на втором этаже лаборатории, и до того яркое освещение делало их болезненно блестящими из-за белых халатов.       – А может случится так, что контроль над системой перехватит испытуемый?       Нестор ответил на вопрос не сразу.       – У испытуемых недостаточно крепкая психика и целостное сознание, чтобы перехватить контроль.       – Но такое возможно? – подключилась Эдита.       – С резонансной машиной – маловероятно. В отличие от STEM, в которой сознание человека не контролируется и не отслеживается, мы можем удаленно подавлять активность мозга.       – А зачем тогда нужны мы? – спросила я.       – Потому что нам важно не только подавить человека, но и не сделать из него овощ.       – Ну… за это не ручаюсь.       – Я бы все же рекомендовал быть более серьезной, Марьям, – без единой нотки злости попросил Нестор, хотя его голос заставил улыбку исчезнуть с моего лица. – Пациенты психиатрической лечебницы, которых мы к вам отправляли, имеют отличные результаты. Они не буйствуют, некоторые, правда, стали чересчур тихими, – мужчина недовольно глянул на меня, – но в целом показатели удовлетворительные. Так что сегодня вас ждет настоящая работа.       Настоящая работа. Рано или поздно этот день должен был настать, я с нетерпением жаждала его, и в то же время боялась.       – Все в порядке, Марьям?       Неужели невооруженным взглядом заметно, насколько я нервничала? Пусть будет так, пусть они думают, что у меня поигрывали нервишки, поскольку дело вовсе не в страхе.       – Просто жду не дождусь долгожданной встречи.       Нестор хотел, чтобы его проект обернулся успехом и мы с Эдитой вернули бы ясность сознания фотографу, который свихнулся на почве войны и обернулся серийным убийцей. Мне было как-то до лампочки, поскольку я хотела лишь покарать Стефано за то, что именно из-за него моя сестра лишилась возможности ходить.

***

      Тяжелая голова. Она едва помещалась в руках. Безумная улыбка на бледной гниющей коже, темные спутанные волосы, словно тысячи паучьих ножек. Одной пулей удалось не просто обезвредить этого монстра, но и оборвать связь, которая сшивала части его тела невидимыми нитями. Сейчас же тварь – расчлененная груда конечностей посреди двора мэрии.       Один глаз закатился, другой смотрел на меня. На пылающий порез на щеке, который напоминал о непревзойденном маэстро.       Двери городской администрации тяжело отворились, я подняла взгляд, не думая шелохнуться, и вполне ожидаемо запечатлела испуг во взгляде мужчины. Он быстро направил на меня пистолет и крикнул:       – Не двигайся! Подними руки, чтобы я их видел!       Посмотрела на криво улыбающуюся голову, отпустила, чтобы поднять руки, а она с чавкающим звуком ударилась об асфальт. Покатилась. Мерзко, если честно.       – Кто ты? – медленно спускаясь по ступеням, спросил мужчина. Оружие не опускал. – Ты из Мёбиуса?       Он слега успокоился, наверное, виной тому мой апатичный вид. Пока добиралась сюда, желание выпендриваться исчезло, все потеряло краски и насыщенность. Стефано умел испортить настроение.       – Помощник шерифа, – пнув слегка голову монстра, отозвалась я. – Была, как предполагала система.       – Предполагала система?       Он остановился в паре метрах от меня, и на вопрос я неопределенно пожала плечами.       – Мёбиус умеет копаться в голове. Я ведь не помощник шерифа. Да и не понятно, кто теперь.       – Понятно… – сконфуженно нахмурился незнакомец. – Послушай, здесь не безопасно, тебе лучше где-нибудь спрятаться.       – Прятки не помогут достать великого маэстро, – не задирая головы, я указала пальцем в небо, где предположительно находился Стефано – на одном из обломке Юниона.       Мужчина, впервые отвлекшись от моей персоны, посмотрел наверх и чертыхнулся, заметив театр и гигантского монстра, обвивающего обломок города множественными щупальцами. А потом спохватился.       – Подожди. Так ты знаешь этого ублюдка? Кто ты такая?       – Я же сказала – помощник шерифа, – не без обиды отозвалась я.       – Это я услышал. А имя есть у тебя?       – Меня зовут Марьям. А тебя?       Мужчина только хмурился, его упрямство непроизвольно развеселило меня, но я постаралась не смеяться. Думаю, он не обрадуется столь неопределенной реакции. С ним придется вести себя осторожно, ведь он выглядит нормальным. Зато униформу Мёбиуса не носит.       С ним всегда нужно быть осторожным. Не недооценивай его.       Конечно-конечно, мой заботливый голос в голове.       – Не будь так груб с тем, кто помог тебе с этой мерзостью, – я вновь пнула волосатую черепушку чудовища.       – Так это была ты? – Чуть опустил пистолет мужчина.       – Угу, – я обернулась и указала пальцем предположительно в тот кусок города, где находилась моя обитель. – Вон оттуда. Это полицейский участок. Я наблюдала за Стефано, – точнее, отстреливала сотрудников Мёбиуса, – а потом увидела тебя. Показалось, что тебе нужна была помощь. Ты вроде бы не похож на сотрудника организации.       – Да, я не из Мёбиуса, – подтвердил мужчина, опустив, наконец, пистолет. – Себастьян Кастелланос. Я здесь, чтобы найти свою дочь, Лили.       Ох ты, так значит? Прощайте, предположения, что девочка являлась отпрыском какого-то богатея или влиятельной шишки организации. Да и кто бы в здравом уме из сотрудников сделал бы своего ребенка Ядром? А этот что – продал дочь или как?..       Недобро сощурив глаза, я не постеснялась прояснить этот момент:       – То есть ты отдал свою дочь Мёбиусу?       – Что? Нет! – вспыхнул Себастьян. – Ни за что! Эти ублюдки… они похитили Лили и… все это время я думал, что она мертва.       – А здесь как оказался?       – Ко мне обратились, сказали, что Лили жива и в опасности, им нужна моя помощь.       – И ты так просто согласился? Поверил в… мир пряников?       – К сожалению, мне не впервой погружаться в STEM. Ко мне пришла Кидман, она была… не знаю, знаешь ли ты Кидман и…       Мой тихий смех скользкой змеей просочился сквозь зубы, заставив Себастьяна замолчать и в недоумении уставиться на меня. Ох, Кидман, ох и… змея.       – Почему ты смеешься?       – Знакомая ситуация со знакомым человеком, – развела я руками, – я ведь тоже здесь по вине Кидман. Только пока не знаю, как и зачем. Не все воспоминания вернулись.       – Понятно…       – Значит, ты ищешь девочку, и она у Стефано.       – Да, к сожалению. Надо добраться до этого ублюдка как можно скорее.       – Прежде, чем здесь все начало рушиться, я занималась делом о странных убийствах, а еще начальство неистово требовало, чтобы мы отыскали маленькую девочку по имени Лили Кастелланос.       – То есть вы искали Лили?       – Угу. Ее искали мои коллеги, а мы с шерифом, – я указала на театр, – вот этого чудика. Он убивал молодых девушек, резал их на свой лад, и мне кажется верным остановить его.       Отомстить ему.       Да, отомстить. Но Себастьяну не обязательно знать о всех тонкостях моей прошлой жизни, ведь я и сама еще многое упускаю.       – Не знаю, можно ли тебе доверять, уж прости, но если ты тоже хочешь достать этого гада, то мы могли бы объединить усилия. Ты вроде не беззащитна, как я понял, – указал он на голову твари.       – Нет, похоже, не беззащитна.       – Поскольку Лили – Ядро, только благодаря ей мы можем выбраться из STEM. Если поможешь, то нам удастся выбраться всем вместе.       Ядро… хм, как и твоя сестра когда-то. И ты знаешь, что это значит.       Знаю, но не до конца понимаю. Но могу догадываться.       – Чудно, – улыбнулась я, – можем сначала заглянуть ко мне в участок, там есть боеприпасы.       – Хорошо. Но смотри, без глупостей.