Серия «Моя любимая игрушка»

Попав в Мэнор, не думай, что выйдешь оттуда целой. Отец и сын знают, как сделать тебе больно. Наслаждайся, Грейнджер. Эта работа не для вас, если вы не прочитали метки и предупреждения.

- Грейнджер, послушай меня…просто остановись. Пожалуйста. Тяжелое дыхание ведьмы, её пылающее лицо, веснушки, сжатые кулаки…Драко замер, невольно засмотревшись на неё. Он сделал глубокий вдох и пристально посмотрел ей в глаза. -Не здесь… давай поговорим где-нибудь… где не будет посторонних. Пошел ты, Малфой. Очевидно же, что я не собираюсь с тобой разговаривать. С Драко что-то было не так. Совсем не так. - Грейнджер… дай мне пять минут. И я действительно пойду на все четыре стороны. Обещаю.

- Я остановлюсь в любой момент, как только ты попросишь. Слышишь? Грейнджер кивнула, карие глаза утонули в стальных, и зрачки обоих стали медленно расширяться. Руки Драко нежно проскользили по всему её телу, вызывая легкую дрожь. Ведьма сбивчиво стонала, находясь в замешательстве. И да, и нет. Тот же самый Малфой, который мучил её, заставлял подчиняться и наслаждался доминированием, теперь вновь прикасался к ней. Был ли он виноват в том, что был сыном своего деспотичного отца?

Ты смотрела на меня так, будто я заслуживал твоего тепла. Тянулась к моим губам, будто внутри меня было нечто большее, чем я сам привык в себе видеть. Ты была в шаге от гибели, но всё равно наслаждалась нашей с тобой близостью. Да, ты осуждала меня… но я чувствовал твою нежность… твоё тепло… твою силу… и то, как ты смотрела на меня начало постепенно размывать границы… будто я был живым человеком, а не монстром. Если бы я знал, как избавить тебя от кошмаров…

Месяцы в одиночестве, в тяжелых депрессивных мыслях и полнейшем отчаянии… месяцы разлуки с его любимой ведьмой… Он больше не мог сопротивляться своим чувствам и подавлять желание. Драко припечатал её к стене и властно взял её губы своими, жадно лаская их и запустив горячие руки в её каштановую копну. - Как ты мог… - шептала она, когда его влажные губы спустились к её шее, и он обхватил её запястья, обездвиживая и наслаждаясь девичьим протяжным стоном.