Серия «Ханово проклятье»

Среди прислужников ходят недобрые слухи, будто ханский род проклят: каждую сотню лет один из его мужей умирает от бесславной "болезни цветка", и так будет, пока злое чужеземное колдовство не соберёт всю свою жатву. Для Джурджи, молодого Хана Ханов, вознамерившегося завоевать все земли до Последнего Моря, проклятье — нянькины сказки из детства. Только... отчего так горит болью грудь, когда на милость ханскую сдается Станимир-княжич, предлагая жизнь свою за жизни людей осажденного града?

... много лет спустя рассказанная бессонной ночью в маленьком селении, некогда лежавшем на пути великого степного похода к Последнему Морю.

Несколько дней из жизни маленького осиротевшего манула Толбо, оказавшегося в ханском дворце в качестве подарка для сестры Хана Ханов. Его наблюдения за хозяйкой, служанками и прочими обитателями нового дома.

Отрывки из записей почтенного Фа Чжуаня, императорского писца первого ранга, коему выпала честь беседовать с Ханом Ханов для составления его жизнеописания. Тридцать заметок и тридцать ответов на каверзные вопросы.

За мечту порой приходится платить высокую цену: и при жизни... и после нее. Достигнув края мира, погибнув, как было предначертано, Джурджи оказался в полной власти своего небесного покровителя Дайна, бога войны. А непокорную мятежную душу можно ломать и мучить вечность, верно?..

Байгаль - вернейший сподвижник и друг Хана Ханов. Больше чем друг. Человек, разделивший чужую мечту безоговорочно, положивший свое сердце на ее алтарь. Готовый убить и умереть десять тысяч раз, только бы свет его луны не погас, но засиял ярче. Каким же был его путь от начала - и до самого конца?

Не долго. Не счастливо. В один день.

Айдасгуй - единственная из доверенных и близких людей Хана Ханов, кто выжил в великом походе и дошел с ним до самого Последнего Моря. Теперь он мертв, погублен древним родовым проклятием, а она... она скитается по холодным берегам, размышляя о прошлом, настоящем... и с тревогой ожидая будущего.

Путь Хурдан — путь войны. Одинокий тяжелый путь, выбранный когда-то ей самой. Она привыкла рубить, не задумываясь, идти туда, куда ведет ее божественная воля... но все меняется, когда ее, тяжелораненую, вытаскивает из горной реки молодой послушник. Хурдан ведома честь, потому она не поднимает меч на своего спасителя, а потом... к чувству благодарности примешивается иное чувство. Запретное и неправильное.