Ее образ заседал в памяти намертво, оставался в разуме даже тогда, когда приходилось заставлять себя гнать его из дурной головы. Ее присутствие дарило спектр всех желанных чувств, уход же безжалостно резал по сердцу. Случайные встречи порой приводят к значительным переменам. И по воле судьбы Кате удалось ощутить это на собственной шкуре.

Ее бледность подобна самому первому снегу на поверхности промерзлой земли, холодность и синева глазниц – бескрайнему океану, ступив в который, ты точно окажешься утопленником. Острие ее коньков намного острее шипов вокруг сердца. И, исходя из этого факта, остается только надеяться на то, что с ее благословением оно не вонзится прямиком в грудь из-за одного неверного шага.

Когда в зажатых ладонях остались лишь отголоски потертых воспоминаний, а в реальности на тебя глядит пара разъяренных глаз, осознание, что все уже никогда не будет так, как прежде, пробегает дрожью по затылку. Лишенные прошлой жизни и шанса возвратиться к ней вновь, они устанавливают в новой свои личные правила и не терпят возражений. Остается только принять их бесспорно и молча, если не хочешь, чтобы тебя за отрицание стоптали с грязью.

Григорьева никогда бы и подумать не смогла, что, по глупости отстранившись от собственных прежних установок, обретет нечто куда более значимое, чем все ее прошлые пережитки блеклого существования.

Соня снова сталкивается с обидчиками лбами, харкается собственной кровью и только скалится в ответ на быдловские речи. Несомненно, сложно быть непринятым из-за иных взглядов и нежелания становиться частью стада без мнения. До тех пор, пока в твою жизнь незвано не врывается тот, с кем проживать это все оказывается легче, чем в одиночку.