Громкое дело потрясает Фонтейн, снося остальные новости с заголовков газет. Город трубит о каждой новой известной детали, взрываясь, когда узнаёт, что сам Лорд Нёвиллет, величайший судья страны, возвращается из деловой поездки, чтобы расследовать дело. Статный, влиятельный, галантный и, что самое главное, холостой мужчина останавливается в отдалённом интернате, где проводится бал. Сердце пропускает удар, когда главный жених Фонтейна говорит с родной сестрой, даря ей мягкую улыбку.

Морок ползёт за ним по земле. Предвестник чумы, свидетель смерти, проклятье, страх - он делит статус божественной кары с туманом, спускающимся с гор, сочившимся из почвы, струящимся из воды и расцветающим в душах всего живого, что есть в мире Яви. Он связывает два мира, пребывая в каждом из них, охраняет людей и останавливает хворь. Он жрец. Жрец, но не защитник. Жрец - часть леса, живущая бок о бок с людьми, справедливо хранящими страх в своём разуме и сердце.

Преподаватель не может вестись на поводу эмоций, даже когда его грудную клетку выжигает ненависть, а липкое унижение вкапывает его в землю. Рацио не может позволить себе вдохнуть лишний раз, ведь каждое его движение - борьба с желанием убить или быть убитым.

Мафия, дикий запад, перекати поле, свист, кактус и бандиты. Противники не дышат, следя за движениями друг друга. Один из них резко достаёт пистолет и... - Сэр, нашего босса украли! - раздаётся голос, прерывающий внутренний триумф Бутхилла, который отворачивается от противника, сражённого искусственной пулей. - А? Босса мафии украли? - Д-да... Вас к телефону... - заканчивает низенький помощник, пока Бутхилл, запустив большой палец под ремень, вальяжно заходит в бар.