Шэдоу Милк умеет многое: язвить, отшучиваться, делать вид, что ему всё равно. Но есть одна вещь, которую он никак не может освоить — говорить правду о своих чувствах. Цветы? Просто так. Печенье? На глаза попалось. Поцелуй? Промахнулся. Он так долго отнекивался, что сам почти поверил: это ничего не значит. Но в эту пятницу он перестанет врать. Потому что врать тому, кто видит тебя насквозь — бесполезно.

Он светлый. Весь. Смотрю и щурюсь, но не отвожу глаз. Краду его тепло взглядом, потому что не смею попросить руками. В животе жжёт. В груди давит. В горле стоит ком. Я хочу сжать его до хруста, до треска, до того, как он перестанет дышать. Раскрошить к чёрту. Потому что этот свет мне не принадлежит. Но я всё равно возьму его. Хотя бы так.

Шэдоу думал, что ангелы либо читают нотации, либо сразу сносят голову с плеч. Ванилла думал, что демоны хамят, дерутся и при любой возможности насылают проклятия. Оба оказались правы. И одновременно глубоко ошибались.

Выпускной. Дача, пиво, шашлык и несколько дней полной свободы. Саня Взорских собирался отлично провести начало каникул. Если бы не Эдик Словцов — школьный «журнашлюха», заноза в заднице и человек, которого Саня раньше мечтал придушить собственными руками. Проблема в том, что чем больше Саня смотрит на Эдика, тем сложнее становится его ненавидеть. И всё идёт совсем не по плану.