— Сумасшедшая, — цедил он сквозь зубы, показывая средний палец в ответ, когда в очередной раз видел, как она лукаво подмигивала ему и отправляла воздушный поцелуй. Его бесило, когда она плелась за ним, словно влюблённый щенок. Бесило, когда она признавалась ему каждый день в любви. Она его чертовски раздражала. Он знал, что что-то с ней не так. Не мог избавиться от чувства, что за её обаятельной улыбкой скрывалось что-то зловещее.

Что, если в тот день Изуку сделал то, что посоветовал ему Бакуго? А потом прожил целую жизнь. Стал героем. Спас мир. И проснулся.

Класс 1-А не может понять, почему Изуку вдруг стал агрессивным социопатом. Лига Злодеев не может понять, почему их лидер начал ходить с тетрадью и записывать туда их детские травмы. Герои в панике, злодеи в слезах. Обе стороны понимают – здесь что-то не так.

Почти всю жизнь Кацуки Бакуго верил, что сила — в причуде, а превосходство — в насмешках над теми, у кого её нет. Судьба жестоко посмеялась над ним в ответ, преподнеся самый болезненный урок, когда его собственная дочь оказалась беспричудной.

— К черту мужей! — громко воскликнула Камелия, ее серые глаза сверкали внезапным вызовом. — Нам больше не нужны эти бестолковые самцы, которые только и умеют, что оставлять нас одних! Свободу женам, я говорю! (История о том, как посиделка чуть не превратилась в восстание жен)