– Я умом моим служу закону Божию, а плотию закону греха. Прошлый понедельник и невинная исповедь, с которой все началось. Она должна была быть послушным агнцем божьим, а не грязным животным, которое сегодня утром проснулось, сжимая бедрами мягкое одеяло, набитое овечьей шерстью, потому что ей приснился сон о нем. И вот сейчас, снова, только от одной мысли о руках святого отца, это желанное чувство распространялось внизу живота, скручивая ее нервы в тугой, напряженный комок.