Белов сидел на полу больницы, обняв руками острые колени. Он часто моргал и вертел глазами в сторону шума, не поворачивая при этом головы. По коридору ходили люди: стучали костыли, каблуки разной высоты, шуршали тапочки пациентов и ботинки врачей. — Чего на полу сидите? — Так лучше видно.

Александр Белов возвращается в союз, с планами на мирную жизнь. Война окончена и его услуги отныне не нужны. Однако Латинская Америка ждёт инженера из Швейцарии. Москва ждёт агента с докладом. А он ждёт письма от человека, которого, возможно, уже нет.

И было так: катилась по щеке одинокая слеза — солёная, горькая, никем не замеченная. И в ней, как в малом зеркале, отразился весь мир в час великой скорби. Один год — одна слеза. В те дни шагала по Европе коричневая чума, и кровь захлёстывала города, словно волна морская. Но не только явная война души — была и иная брань, тайная: война разведок, война умов, война теней. Там, где слово значило больше меча, а молчание спасало жизни, схлестнулись в смертельной схватке разведки великих стран...

Ноябрь 1945 года. Война окончена, но последствия ее еще долгое время будут эхом отзываться в жизни людей. Нюрнберг — старинный немецкий город — приковал к себе взгляд всего мира. Журналисты, военные-стран победительниц и их же контрразведка пытающаяся предотвратить срыв трибунала... Бывшие нацисты планирующие сорвать процесс. И множество жителей послевоенного Нюрнберга пытающиеся просто выжить и не умереть от голода.

Капитан Игорь Аникушин отклоняется чуть вбок и вниз. Пули с ядом лишь слегка ранят его, а не убивают. Изменит ли после всего произошедшего он своё мнение о особистах?