Когда пути Бутхилла пересекаются с вами, сострадательным и решительным лидером, борющимся за восстановление справедливости для угнетенных, ваши жизни переплетаются. Несмотря на ваши различия, вы создаете невероятное партнерство, уравновешивающее сильные и слабые стороны друг друга. По мере того как вы боретесь с деспотичным КММ и обнаруживаете уязвимые места друг друга, между вами образуется более тесная связь.

— Бутхилл... Я знаю, как тебе были дороги те, кто погиб в том... ужасе. Я не хочу, чтобы тебя мучила мысль о том, что ты так и не смог их похоронить. Что от них не осталось... ничего. Я боялась напоминать тебе о случившемся, поэтому пришлось решить самой, что можно использовать для похоронного алтаря. Собрала хризантемы, говорят, они символизируют память. Нашла гитарку... думаю, твоей дочке она бы понравилась, — Голос Навии прозвучал тихо. Каждое слово она выбирала с осторожностью.

Загадочная бессмертная пьяница Астрея и вечный воин Мидей, связанные общим проклятием, находят в друг друге то, чего им не хватало веками — понимание, тепло и надежду, пока роковое пророчество не напоминает, что даже для бессмертных есть конец.

—Госпожа Тиори, вы сегодня особенно очаровательно выглядите! — его голос, сладкий до приторности, прозвучал снова, нарочито томно, с лёгким оттенком ехидства. Авантюрин улыбался так, будто произнёс не банальный комплимент, а изысканную шутку, понятную только ему одному. И вот однажды этот проклятый картёжник стал её клиентом. Ему понадобилась коллекция образов для фотосессии в очередном глянцевом журнале. Тиори, разумеется, знала о его репутации, но её это мало волновало.

«Господин Каллас… был убит. Преступника не нашли. Есть подозрения, что убийство совершил кто-то из соперников Спина-ди-Росула». Эти слова, произнесённые дворецкими Мелусом и Сильвером, уже сутки отдавались в голове Навии глухим эхом. Казалось, сам воздух в комнате застыл, будто не веря произошедшему.