Его пальцы дрожали, когда он чуть сильнее притянул Таноса ближе, прижимаясь щекой к его плечу. Это было так странно, так непривычно, но и так правильно, как будто он наконец нашёл своё место.

Танос всегда был в его поле зрения. Нам Гю кружил вокруг него, как мотылёк вокруг пламени, даже если Танос и не удостаивал его особым вниманием. Теперь всё иначе. Теперь Танос скользит губами по его шее, оставляя на коже влажные, тёплые следы, метки, которых невозможно не заметить. Теперь он жадно впивается в его губы, целует так, будто от этого зависит жизнь.