Добро пожаловать в мой притон словесного безумия.
Здесь переплетаются романтика, драма и сарказм в пропорциях, которые Минздрав официально признал «причиной хронического ахуя». Если вы искали предсказуемость — закройте вкладку нахуй и канонизируйтесь в тишине.
Кто я?
Я — тот самый перфекционист, который не выпустит главу, пока не доведёт её до идеала (или пока санитары не отберут клавиатуру). Мои персонажи живут в моей голове, устраивают там оргии без моего разрешения и регулярно шлют меня нахуй, когда я пытаюсь навязать им мораль. Спорить с ними — невероятно, сука, бесполезно.
Что вас здесь ждёт:
• Сопли и нежность, от которых ваше «осуждаю» растает, как сахар в кипятке. Умею в любовь так, что вы забудете, как дышать.
• Юмор, который бьёт метко и часто ниже пояса. Если вы не боитесь сломать смех — добро пожаловать в нашу банду.
• Драма и стекло, после которых актёры дорам будут аплодировать мне стоя, а вы — рыдать, уткнувшись в грязные тряпки.
• Персонажи, которых хочется обнять, но лучше не надо — они откусят вам лицо и даже не извинятся.
Я пишу, редактирую, вырезаю и вставляю, пока сцена не начинает дышать (или пока я сам не перестану). Если вы видите новую главу — значит, я выжил, а мой текст пережил сотни правок, литры кофе, пару нервных срывов и один вызов Сатаны.
Читайте. Чувствуйте. Охуевайте.
Смеётесь — значит, мы в одной банде.
Плачете — значит, я — ваш личный палач, и я чертовски хорош в своём деле.
Хотите ещё — значит, ваши «заводские настройки» такие же поломанные, как и мои.
Джонхан с рождения живёт с хрупкими руками — они ломкие и почти ничего не выдерживают. Каждое прикосновение и мелкая задача становятся для него испытанием, а стыд и страх постоянно сопровождают его. Всё меняется, когда в его жизни появляется Сынчоль — заботливый, терпеливый и тёплый парень, который учит доверять, смеяться над неловкими моментами и принимать себя. Вместе они проходят путь от стыда и неловкости к нежности, доверию и первой настоящей близости.
После изнурительной репетиции до поздней ночи в тренировочном зале остаются только двое. В мягком свете ламп между точными движениями и сбившимся дыханием возникает что-то, что нельзя назвать просто дружбой. Наутро всё кажется прежним — шумная кухня, подколы Сынквана, утренний хаос в общежитии. Но между ними уже есть тишина, в которой слишком много сказано без слов.
Пятница в «Райских сумерках». Кевин Дэй окончательно заебал всех своим нытьём, Рене Уокер искренне старается сделать так, чтобы Эндрю Миньярд никого не убил, а Элисон Рейнольдс сбегает к барной стойке на шпильках по цене почки Нила Джостена. Она давно привыкла, что по ней пускают слюни и завидуют, но услышать «принцесса, расслабь булки» - это уже роскошь. Роланд ни капли не пожалел, что ушёл покурить, а пьяный Ники Хэммик летит рыбкой ломать всю малину.
Крч, идея в том, что гг (срать, хоть парень, хоть девушка), поначалу крутит отношения с одн(им/ой), а потом оказывается, что все это время у гг был еще кто то. Гг сказал(а), что поговорил(а) на этот счет с тем несчастным и он(а) не против того, чтобы они встречались (тип расстались). Но это была не ...
