Автобот попытался оттолкнуть его, но предакон был быстрее. Он снова провел когтем по уязвимой точке, и корпус Прайма затрясся в немом спазме. Его оптики потемнели от перегрузки, системы буквально кричали от внезапного удара удовольствия. — Прекрати! — рявкнул Оптимус, но это прозвучало скорее как мольба, чем как его обычный командный голос. — И почему же? — Предакинг прижался губами к чужим аудиосенсорам, не прекращая стимуляцию.

— Сколько времени я ждал этого, — голос предакона звучал как рык, — Ты даже не представляешь, как я мечтал сломать твою праведную выдержку. Как долго мне приходилось смотреть на тебя, на поле боя, и пересиливать желание взять тебя именно такого. Холодного, расчетливого, воинственного... Когда с твоего горячего корпуса капал конденсат, фейс был скрыт за маской, а оптика сосредоточенна. Разве ты сам не думаешь, что в такие моменты выглядишь горячо?