Пальцы Шэдоу Милка расслабленно и почти бездумно скользят по плечам Пьюр Ваниллы, когда тот, в ответ, с неприязнью дергается. И Мастер Обмана, конечно, видит, не может не видеть. От того его лицо приобретает хищное выражение, смотрите-ка, кто-то не так бесчувственен, как желал казаться. И Мастер Обмана уже начинает скучать – это было так очевидно, он мог бы зайти дальше. Лживый Отшельник действительно не был таким же, как он.

Загадочный итальянский театр в самом центре Лос-Анджелеса, лишь недавно воссиявший там, где доселе его совершенно точно не было, готов отворить свои тяжелые, невероятно величественные золотые двери перед избалованными, до сути прогнившими горожанами, позволяя прикоснуться к, способному поразить каждого, искусству. Театр, как и его эксцентричного владельца, окутывают тонны таинственных слухов. Впрочем, они перестают быть такими уж слухами, когда занавес опускается.

Отвергнутая жертва, бедное дитя. В культе перед ним благоговели, повторяя, что Мастер Обмана послал его поспособствовать своему возвращению. Ванилла же был практически уверен, что его просто недорезали. Культ, впрочем, верил, что он Избранный. Обязанный отдать свою жизнь в руки Хозяина Лжи. Великая честь легла на его плечи. А он хороший верующий. И сделает всё, чтобы исполнить предназначение. Даже если бог никогда не отвечал ему. Уже давно не отвечал никому. Молодой профессор… заинтересован.