Джунхёк замер. А потом резко втянул ртом воздух, когда почувствовал, как эта тьма обволакивала его, касалась плеч и локтей, словно приглашая стать её частью. Она ласкала, оставляя за собой следы порока не столько на теле — на слабом, теряющем веру духе. Темнота разрезалась перед глазами.

Город, стоящий на костях. Священник, который не верит, что Бог слышит. Демон, который слышит слишком много. Их встреча не сулит ничего хорошего. Но это единственное, что у них есть здесь, на отшибе жизни, где Дьявол перевёрнут, святые теряют блеск своих ликов, а тишина становится желанной роскошью.

И громко, на весь коридор: — Докча-сси! Ты здесь? Хивон издала звук, похожий на предсмертный хрип кота, которому наступили на хвост. Докча прикрыл глаза рукой. Уголки губ предательски дрогнули.

Сомнительно это было. Аккуратная коробочка в виде красного сердца вызывала отвращение, а милый золотистый бантик сверху мозолил взгляд. Такое даже не отдать никому. У всех в их лагере в лучшем случае будет несварение. Хотя... На ум приходила лишь одна раздражающая личность. Даже если кое-какое доброе Созвездие опять будет вопить странные высказывания на весь Звёздный поток.