Сарада сунула руки в карманы куртки. Той самой куртки. Мужского бренда, которую раньше носил Боруто. Она постоянно спадала с плеча из-за размера, но Сарада не снимала ее. Потому что боялась. Что она проснется и не вспомнит его лица. Что имя «Боруто» станет пустым звуком. Куртка была якорем. Знаком. Обещанием не забывать.

Боруто закрыл глаза. В темноте перед его внутренним взором снова и снова вспыхивала картина: её падающее тело, растрепавшиеся черные волосы, алые глаза, затухающие слишком быстро. — Ты всегда пытаешься всё взять на себя, — пробормотал он в ткань одеяла. — Думаешь, если у тебя Мангекё, ты должна тащить всех на себе. Но ты не одна, Сарада. Ты никогда не была одна.