P.S. Я надеюсь, если это перерастёт во влюблённость, она растерзает меня до смерти. Спасибо.

Волосы её были словно шёлк, а кожа нежна словно бархат. Каждый взмах ресниц сравним со взмахом крыльев бабочки: такой трепетный, неуловимый и болезненный. Светлые, безжизненные глаза каждый вечер наполнялись слезами, обжигающими, очерняющими эту светлую кожу девичьих щёк. Руки мои были грубы. Каждое действие было полно больной, озабоченной и страшной любви, нет, это была не любовь — это было сумасшедшее обожание мысли того, что она должна принадлежать лишь мне одному. Когда я обратился в это?

в диапазоне абсолютно чистых эмоций, я бегу по созданному собой лабиринту.