— Ты так и не записалась к психологу? — вопрос, запустивший цепную реакцию «раздражение — отрицание — скандал». Т/И громко скулит сквозь зубы, запрокидывая голову и отворачиваясь обратно к газовой плите, норовясь помешать яичницу и выключить огонь. — Мы обсуждали это тысячу раз, мне не нужен никакой психолог. Это просто усталость. И погода мерзкая. Пару дней, и я буду в порядке. — Я это слышу уже которую неделю, — качает головой Вадим, забирая нож и дорезая хлеб...

В конце концов, мы превращаемся в тех, кого больше всего боялись.

— Я тебе сейчас втащу, клянусь! Сядь ровно! — время от времени рявкала Т/И, замахиваясь, чтобы с локтя врезать по непоседливому затылку. Сашка смеялся и жмурился. От в какой-то степени уютной обстановки, от приятных прикосновений к собственной голове, от смешно скрипящей зубами Т/И. — Ты всегда так говоришь, а по итогу ни одного удара, — дразнится, гад такой, — Так что все твои слова лишь пустой трёп и угрозы.