Шесть раз, когда профессор Люцифер Морнингстар не мог вызвать телесного Патронуса, и первый раз, когда это у него получилось.

Шизуо может не думать о своем прошлом, ему некого узнавать на чужих, неизвестных улицах. Плывя в толпе, не нужно прислушиваться к звуку собственного имени, как и вглядываться в лица напротив в поисках привычной улыбки или дружеского приветствия. Именно тогда он и вспоминает об Изае. После нескольких лет, прошедших с момента их последней схватки, Шизуо видит знакомое лицо в чужом городе.

Ацуши ежедневно собирал образ напарника по крупицам и крохотным деталям, заглядывал в того, словно в бездну, что отзывалась эхом лишь через раз.

Когда-то Расемон казался Ацуши только черным зверем, монстром, поглощающим все и вся, как описал его сам Рюноске. Он был предвестником смерти, насилия и кровопролития. И долгое время Ацуши искренне верил в эту истину. Но настало время перемен. Накаджиме пришлось взглянуть на вещи под другим углом. Особенно после того пути, что двое проделали навстречу друг другу. Теперь же целью Ацуши было узнать и полюбить все, связанное с человеком по имени Акутагава Рюноске.

— Получается, Шизу-чан проглотит меня целиком? Как птичку-овсянку! Только не забудь прикрыть лицо от глаз Господних! Видишь ли, это довольно грязное дело: кости, перья и даже клюв… — У тебя нет перьев, — ответил Шизуо, не понимая, к чему это все. Удивление моментально поумерило его пыл. — Как и крыльев, надо заметить, — усмехнулся Изая, и Хейваджима задался вопросом: как же тому удается летать?