«Алый рот, слаще которого для него нет ничего на свете… Он берёт его своим, жадно всосав его губы, погрузившись голодным языком в сочную и горячую мягкость, взяв им в плен его язык, ответивший ему с равно ярой страстью, и пьёт, хмелея…»

Дракула на практике доказывает Ван Хельсингу, что красавец-архангел не так уж равнодушен к чарам прекрасного архидемона, как бы ему того хотелось.

Особая ночь Дракулы.

Сплетают страстно обвивающиеся друг вокруг друга, сочно гладящие друг друга языки ещё сильнее, достают ими ещё дальше, до самых дальних уголков, скользят ими по внутренней стороне щёк, по зубам, проводят их кончиками по нёбу и везде, куда только могут дотянуться, словно стараясь вобрать в себя друг друга, звучно, смачно пожирая рты друг друга, обмениваясь ярыми ласками, и разжигая бушующий меж их бёдер пожар ещё крепче.

Сюрприз, преподнесённый Ван Хельсингом Дракуле.