AU, в котором Минхо и Хёнджин — близкие друзья и тупят на протяжении почти нескольких лет // Их плечи неловко сталкиваются в дверях, и это длится меньше секунды. Это не инён — восемь слоёв жизни — когда взаимный шорох одежды свидетельствует об общей истории в прошлых жизнях, эфемерных, далёких и неправдоподобно трагичных. Это случайная встреча, это череда параллельных намерений и диаметрально противоположных судеб. Чудом находящих пересечение.

Canonverse!AU // Говорят, если болит, нужно приложить к этому месту кота, и боль отступит. При этом стоит держать в голове два факта: Минхо, несмотря на поразительное сходство, не кот и он Хёнджину ничем не обязан. Но Минхо остаётся. В рытвинах, кратерах и кровоточащих ранах. Он протягивает Хёнджину руку и укрывает его собой, как доспехами. Не забирает боль, а разделяет её.

– Все мы выгораем рано или поздно. Это нормально. Ты уже довольно долго занимаешься хоккеем. Легко потерять интерес. Я же могу его тебе вернуть. Снова зажечь искру. Минхо побаивается, что в таком случае всё сгорит дотла. Хёнджин любит с ним — и с Минхо, и с огнём — играть.

— Когда кто-то кажется тебе милым, игра окончена. — Так было у тебя и оппы? — Да, — безаппеляционно заявляет он, и вау, актёрская игра высшего разряда, принесите ему Пэксан за то, что так правдоподобно вжился в роль. И всё же зритель встаёт и уходит, потому что, как только они вернутся в Сеул, это будет неважно. Хёнджин отряхивает брюки от земли. — Хёнджин-и… не просто милый.

Vampire!AU // Во рту сцеживалась обильная слюна пополам с язвами презрения. — ... слышишь меня, хён?.. Минхо ненавидел этот звук. Нежность в его голосе, которым Хёнджин неизменно подзывал его, как любимого пса. Не хватало только того, что бы рукой по бедру похлопал в призыве. Будто что-то вроде Минхо её заслуживало.