«Ничто не предвещало беды» — любимая фраза каждого из нас. В моем случае всё кричало об обратном. Беда повисла в воздухе отравляя его своим зловонием. — Сокджин, мы тут подумали… — начала было мать, но отчим остановил её жестом. Мол: «Пусть для начала поест». А я стою в прихожей и понимаю: Ничего хорошего ждать не следует.

Не знаю почему, но я улыбаюсь. Мне плевать на то, что я плачу, что задыхаюсь, а сердце до жути изнывает болью. Я хочу улыбаться, ради тебя. Ведь только рядом с тобой, я могу быть собой...

Сейчас он стоит лицом к лицу со своим страхом; мужчина приблизился к шее младшего, облизнув ее, продолжая мокрую дорожку к губам омеги. Брюнет сомкнул свои пухлые губы, дабы избежать проникновения в его рот. Альфа насильно проник языком в рот мальчика. Хан прикусил язык блондина, но старшего это не остановило, а лишь больше возбудило, ведь ему нравилось, когда жертва сопротивлялась, его это больше заводило.

В течении следующих нескольких дней, Джисону казалось, что он пробыл в странной, даже пугающей прострации долгие годы. Он чувствовал, что его восприятие окружающего мира стало совершенно иным не то что раньше. Хотя, ему даже не было с чем сравнивать, ведь он ничего не помнил. Только своё имя, коим его называл тот незнакомец.

У этой пары все было прекрасно. Они жили в тепле и ласке друг друга, радовались жизни вместе с их дочкой... До этого дня...