Отвратительно было признавать, но сердце ныло в тупой щемящей тоске по чувству близости и нужности кому-то. Он и забыл какого это. Лучше бы ему не напоминали.

Оно, кстати, не резиновое.

— Да, Осман, я сегодня не занята, — ровным тоном произносит Лейла, прижимая телефон к уху и смотря прямо в глаза Эмре, который стоит с ухмылкой перед ней. — Госпожа Дениз? Да, узнали? Ваше переложение на счет ужина в силе? Хорошо, жду звонка, — тянет Дивит, так же вглядываясь в глаза девушки напротив. Они почти одновременно кладут трубки. Эмре продолжает смотреть на нее, когда Лейла, хмыкнув, выходит из его кабинета. Ну, игра началась.

Жизнь многих людей всегда наполнена разными яркими красками. Они описывают их жизнь, сложные пережитые моменты и трудные ситуации, наравне с радостными душещипательными моментами, которые греют душу, окрашивая ее в теплые оттенки. Но цвет, который преобладает в жизни Эмре лишь один. Только черный. Беспросветный черный.

Стайлз все время размышляет, как сказать Лидии, что она ему нравится. Все доходит до того, что Скотт пытался остановить Стилински от воровства вишни, которую он хотел преподнести Мартин.