Ложь молодой царь может простить токмо одному.

За то, что только раз в году бывает май, за блеклую зарю ненастного дня кого угодно ты на свете обвиняй, но только не меня, прошу, не меня...

Раз. Глаза цвета горечавки плотно закрыты. Два. Целует губы, в кровь перстнем избитые. Три. Страх прорастает васильковым цветком в лёгких. Четыре. Реальность уже не имеет границ чётких. Пять. Сон размывается, становится былью. Шесть. Охота прилечь, да сделаться пылью. Семь. Не слышно шагов, пробирается холод под кожу. Восемь. У него нет костей, и разума тоже. Девять. Он хочет проснуться, не чувствовать боли. Десять. И он захлебнётся же в собственной крови.

Сложно быть одному.