Мой самый не любимый тип людей - высокомерные мажорики с самооценкой, пробивающей потолок. А еще рыжие. Терпеть их не могу! Как-то в детстве рыжая девчонка отобрала у меня с сестрой маленький красный грузовичок, побегала, поиграла, да сломала все колеса. С тех пор вот не выношу. Люмин тогда заплакала, а я мстить пошел, сломал любимой кукле той девочки ноги. Сломать, что ли, этому придурку, чтоб не лез?

В отличие от старой общажной, комнатка Тигнари в Гандхарве была меньше, и кровать здесь была меньше, а Сайно и он, наоборот, больше. Не помещались они.

Когда Тарталья заболевал, он никогда не оставался дома. Он шатался, плавился изнутри от температуры, шмыгал, обрастая платочками и салфетками, но крепко сжимал свои гидромечи готовый к тренировке вверенных ему новобранцев. Он служил Царице верой и правдой, отдавая всего себя своей работе и должности, и не смел пропустить и дня. Нет, только не из-за какой-то простуды!

Пульчинелла только ворчал, когда его милый парнишка за этими шортиками так и бегал с стоящим колом членом вместо мозгов. А Скарамучча только рад поразвлечься был, а то: «Скучно тут у вас, уныло. А ты, - говорит, за Тарталью цепляясь, - забавный.» Пульчинеллу тогда чуть инфаркт не хватил.

Котики... Пятерки... Сигареты совсем его образу не шли.