Питер смотрел на друга. Нед смотрел на Питера. — Ты предлагаешь мне подделать возраст и биографию, чтобы попасть на стажировку к Тони Старку, — медленно сказал Питер. — Да. — Это… плохая идея. — Ужасная. — Меня поймают. — Возможно. — И выгонят с позором. — Вероятно. Питер помолчал. — …Но сначала они увидят мой проект, — тихо добавил он. Нед ухмыльнулся во все тридцать два зуба.

— FRI, — хрипло позвал Тони. — У меня галлюцинации от недосыпа, или мой ребёнок украшает башню к Хэллоуину в июле? — Мистер Паркер демонстрирует усиленную ночную активность паукообразных желез, сэр. — бесстрастно ответила FRIDAY. — Рекомендую приобрести пульверизатор с водой. Это гуманно останавливает плетение у большинства пауков. — Я не буду брызгать на него водой, как на нашкодившего кота! — возмутился Тони, но тут же задумался. — Хотя идея неплохая. Отставить, FRI, я этого не говорил.

Сэм уже открыл рот, чтобы пошутить, но его прервал звонок лифта — оттуда выскочил весёлый подросток. Тони удивился: ещё утром мальчишка был сам не свой. А теперь — сияет. Но следующие слова объяснили всё. Питер заговорил по-итальянски. Тони знал, что никто в комнате, кроме него самого, даже всезнайка Романофф, не говорит на этом языке.

Au! В которой Денис стал русалкой. Макс думает, что теряет голову от горя и видит призрак Дениса.

Тишина в мастерской была другой. При жизни Тони она никогда не молчала — всегда гудели генераторы, пищали датчики, ПЯТНИЦА что-то докладывала бархатным голосом, а поверх всего этого — стук, скрежет, ругань и музыка, которую Питеру запрещали слушать, но он всё равно тайком добавлял в плейлист. Сейчас мастерская молчала так, будто умерла вместе с хозяином.