- Здесь нельзя курить. Из раздумий выводит чужой голос. Буквально выводит. Эндрю лениво приоткрывает один глаз смотря на потревожившего его, и так шаткий покой, снова затягивается, ухмыляется и выдыхает струйку дыма ноунейму в лицо. Ага, как же, ноунейм, Эндрю не хотел бы знать кто такой Натаниэль Виснински, но опять же, Кевин Дэй. - Нил Джостен. Выдает плоское в ответ: - Окей.

И тогда появился он. Полтора метра безудержной бэзэмоциональности. Активной агрессии на все, что ему казалось – в девяносто случаях из ста Нил был с ним согласен – было не правильным. Взглядом, что препарировал всех вокруг, а Нила уж тем более, скальпелем. Жестко, умеючи и величественно. А Нила много и качественно резали ножами, он разбирается, только тут было что-то... Притягательное?

-Кирк, - Олег присаживается на колени и берет лицо О'Райли в свои ладони, утирая дорожки слез большими пальцами, - Просто поверь мне, как и все остальное время. Мы на верном пути. Хорошо? Кирк смотрит в эти бездонные Карие глаза и понимает, что хочет подарить их обладателю все тепло и радость мира. Впервые не мешать русскую водку и ирландский виски научил его Мердок. И этот урок О'Райли выучил много раз. Но в самый последний раз он осознает это сейчас. Олег это больше чем просто перепихон

- Олеж, как будто взаправду. Волков стискивает зубы. С ебанцой Сережи он давно знаком. Но, с такой ебанцой библейских размахов, нет. Олег думал, что на транках, или чем там их пичкают, Разумовский будет овощем. Но сейчас… Они словно возвращаются на несколько лет назад. На первую экскурсию по Эрмитажу. Только тогда Сережа восхищался картинами, а сейчас грязной работой профессионального наемника.

- Олег, - Сергей все же очухивается и с нажимом спрашивает - Что происходит? Показатели в норме. - А помнишь наш первый поцелуй? - Олег! - Вот именно так возмущенно ты и кричал. Словно это я зажал тебя в туалете клуба. Боже мой, ты тогда так напился. Нам было по шестнадцать, я все думал, что ты спутал меня с какой-то телочкой.