-Он безумно похож на тебя. Дерек усмехнулся, а потом поднял сияющий красным взгляд на Стайлза. Тот чуть поморщился, ощущая, как сильно давит на него чужая грудная клетка, словно соединяя их. -Нет, Стайлз. Меня действительно прокляли, потому что он вырос твоей копией.

Он любил не столько резкость его появлений, сколько их естественность. Всё полетело в тартарары? Его время. Все закончилось, не оставив от тебя камня на камне? Вот вам хитрая полуулыбка, так красиво очерчивающая скулу и сильные руки, которые перетекают с его поясницы чуть ниже, но сжимаются только на бёдрах, оставляя следы и эфемерные ощущения для самых грязных фантазий. И нет, Эдвин никогда - никогда, Нико, ты должна мне верить, - не представлял подобных поворотов сюжета.

-Да, Драко. Я буду твоим другом. В этот день Поттер впервые увидел, как полыхает сталь. Бледное выточенное лицо застыло, но глаза - глаза потомка двадцати восьми говорили больше, чем Малфой и Поттер сказали друг другу за все эти годы.

Твоё имя тянуть - как горчащий терпкостью коньяк, янтарными бликами отражающийся в лакированном дереве бара, так напоминавший мне твои чуть влажные в истоме глаза, орехово-кофейные, с рассыпанными бликами чужих ночных жизней в твоих зрачках. Прежде чем ты назовёшь меня мразью, посмею попросить уважения, и - дочитать до конца.

Каччан будет вечно помнить пронзившую его боль - сколько обещаний бы не давал ему Деку, сколько бы не клялся беззастенчиво и наивно, подавая свою слабую детскую ручонку, он и не вспомнил его, утопленный в изорванной личности и преследующих его кошмарах, ставших протлевшими воспоминаниями, но откликнулся на интонации этого гребанного двумордого, явившегося с тем самым постным еблом, что так бесило его каждую, блядь, секунду.