Она не спала всю ночь, а только плакала и прижимала к себе плюшевого медведя. Всё закончилось ещё вчера, но Михаэль не могла перестать чувствовать на себе отцовские руки, они трогали и сжимали, сминали, мучили, мучили и мучили. Михаэль заснула только под утро. 18.6. А кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской. 12:31. Вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя.

Оскар и Марк любят рисовать. Рисовать и придумывать собственный мир. Крохотный, вовсе не фантастический - всего-то ветхий дом и сад. Но в этом и вся прелесть: здесь есть всё, что им нужно. Всё, чего ты хочешь, всё, что тебе нужно, и это здесь, прямо перед тобой! История об обычных детях и необычных взрослых, о понимании и игнорировании со стороны родителей. О том, что переживали или переживают многие, и о самой обыкновенно-необыкновенной Лошади.

Юра ненавидел, ненавидел и проклинал тот день, когда звонко хлопнул по мужской ладони и пожал её, нагло глядя в глаза, соглашаясь на то, чтобы тренироваться у Янковского. Повёлся на громкие заголовки газет, называющие его новым Кудрявцевым и пророчащие ему славу великого тренера по фигурному катанию. Сам захотел - кто виноват теперь? Сам разгрёбывай говно. Бойся своих желаний, а то исполнятся, не дай боже.

У Отабека скучная жизнь. Она как любимая песня, поставленная на репид. Приятная - да, уютная - да, успевшая уже осточертеть - тоже да. Алтын этого даже и не замечает, дни тянутся друг за другом, как отвратительно медленный поезд, везущий тебя в никуда. И каждая неделя такая же, как и предыдущая.

Он один, один во всём мире, Маленький принц своей галактики. Галактики, в которой нет ни одного честолюбца, ни единой розы и никаких фонарщиков. Никто не нарисует ему ни барашка, ни ящика, в котором он будет жить. Он один, один во всём мире, ни против мира, ни за него. Он на обочине, за МКАДом. У него никого нет, только старый велосипед и кот. Всё.