Он видит ее, словно впервые: наполовину залитую древним светом, наполовину в тени. Она улыбается ему, потому что все еще наивна и юна и думает, что выиграла этот спор благодаря своей логике и, прежде всего, непоколебимой вере в доброту человечества. В любую другую ночь он бы посмеялся над ней, разнес бы в пух и прах ее иллюзии и надежды. Но это начало. Чего именно — он не может точно понять. Может быть, всего. Все его естество запуталось в ней.

— Малфой, наблюдение за тем, как ты совершаешь проникновение со взломом, не прибавляет мне спокойствия, — строго отчеканила Гермиона, следуя за ним в офис. Она всегда называла его по фамилии, когда пыталась пристыдить. Рабочий стол в дальней части комнаты был превосходного размера, просто идеален для его целей. Драко развернулся к ней с хищной усмешкой. Гермиона стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди, и смотрела на него с подозрением во взгляде. — Ни за что.

Драко застает Гермиону за весьма недвусмысленным занятием. *** — Покажи мне себя, и я сделаю то же, — ухмылка скользнула по его губам, но блеск в глазах был удивительно серьезным. По ее позвоночнику пробежала дрожь, и Гермиона сильней прижалась к стене. Близость его тела странным образом играла с ней: разум кричал, что она должна высвободиться, бросить в него заклинание — да что угодно, а не стоять там и слушать, и вместе с тем по ее телу до самых кончиков пальцев разливалось возбуждение.

Война в разгаре. Гермиона Грейнджер, интеллектуальный центр Ордена, захвачена. Не сумев проникнуть в ее разум в ходе допроса, Волдеморт прибегает к весьма мучительному способу сломить ее с помощью Драко Малфоя. *** Он взглянул на нее с отвращением. Она выглядела разбитой. — Хватит глазеть на меня, — прорычал он, борясь с искушением ударить ее. — Тупая идиотка! Всегда строила из себя такую умничку. Они не смогли сломить тебя пытками, но любовное зелье превратило тебя в хнычущую предательницу?

Сборник драбблов разной длины и тематики по Драмионе. Разная Гермиона. Разный Драко. Одна и та же неповторимая химия:)