Очевидно, это больше односторонняя привязанность, чем что-либо ещё, и факт того, что Нам Гю знает это и всё еще не переживает как стоило бы, кажется немного жалким. Так что, если вдуматься, нынешняя ситуация Нам Гю совсем не имеет смысла. Она, кстати, заключается в том, что он сидит с Таносом на этой дурацкой пружинистой кровати в полной темноте, и они вылизывают рты друг друга так, будто им по тринадцать и они только узнали, что целоваться с языком, вообще-то, возможно.

Царапины на ладонях и коленях Нам Гю от того, как его вышвырнули из лимузина, уже почти сошли на нет, но иногда они болят так, будто появились несколько секунд назад. Прошли недели. Ему не стоит думать о том, каким холодным тогда ощущался ночной воздух на его покрытой синяками коже. Не стоит думать о том, как затвердела кровь под ногтями. Не стоит вспоминать, каким беспомощным он чувствовал себя, хромая по пути к своей квартире, замерзший и одинокий. Не стоит. Но он вспоминает.